Александр Дугин – Тайны архивов. Запад – виновник начала Второй мировой войны (страница 22)

а) От кого советское правительство получило сообщение о том, что германские войска в Румынии имеют своей целью оккупацию Болгарии, Греции и Проливов?

Деканозов сказал, что этот источник правительственной информации ему не известен. Он сослался на то, что, как было заявлено ранее, об этом говорится во всех донесениях. На это я, не намереваясь обсуждать последнее германское заявление, ответил, что ни при каких обстоятельствах мы не позволим Англии получить плацдарм в Греции и что мы внимательно за этим следим.

Кроме того, во всем этом для советского правительства нет ничего нового, об этом уже говорилось господину Молотову некоторое время назад.

б) Почему советское правительство воспринимает как само собой разумеющееся то, что Англия, предвосхищая операции германских войск, попробует оккупировать Проливы? В ответ Деканозов сослался лишь на свое первоначальное заявление. Его правительству не известно, может ли произойти что-либо подобного рода, однако у него нет сомнений относительно соответствующих английских мер, если произойдет германское вступление в Болгарию, Грецию и Проливы.

В заключение я снова зарезервировал за собой право ответить на это заявление.

После того как я сделал еще несколько замечаний относительно успехов германских военно-воздушных сил в борьбе против британского флота в Средиземноморье, полпред ушел, выразив надежду на получение скорого ответа.

Вейцзекер.

Берлин. 22 января 1941 г.

Я принял советского полпреда этим вечером и устно сообщил ему ответ на его заявление от 17 января. Затем я вручил ему текст ответа в форме меморандума.

Я также сказал Деканозову, что граф Шуленбург передаст соответствующее сообщение господину Молотову либо этим вечером, либо завтра утром.

Деканозов тогда поинтересовался, как он сказал – для своей личной информации, о подразумеваемом смысле некоторых выражений данного ему ответа. Он хотел выяснить, когда можно ожидать прохода германских войск через Болгарию в Грецию, о чем говорится в ответе, а также является ли это решение окончательным.

В этой связи я указал полпреду на параграфы 1 и 3 текста меморандума.

Затем полпред повторил из своего заявления от 17-го сего месяца, что советское правительство рассматривает появление каких-либо иностранных войск на территории Болгарии как нарушение интересов безопасности СССР. Наше заявление в конце параграфа 3 меморандума не соответствует этой точке зрения.

Я ответил, что наша точка зрения ясно изложена в параграфе 3 и параграфе 4 меморандума.

Мы уверены, что наши планы служат интересам СССР, который был бы против получения Англией плацдарма в этих районах. Более того, я попросил полпреда дома еще раз внимательно просмотреть меморандум. Тогда он, безусловно, придет к заключению, что наш ответ рассеивает его беспокойство.

Настоящее пересылается имперскому министру иностранных дел по телеграфу.

Вейцзекер.

Берлин. 22 февраля 1941 г.

Конфиденциально. Главе дипломатической миссии или его представителю лично. Государственная тайна. Должно быть расшифровано лично. Совершенно секретно. Ответ курьером или секретным шифром.

В телеграфной инструкции за № 36 от 7 января было сделано указание на то, что в течение какого-то времени желательно поддерживать неопределенность в сообщениях о количестве германских войск и что в подходящее время будет сообщено о полной мощи войск. Теперь это время пришло.

В Румынии в боевой готовности находятся 680 000 (шестьсот восемьдесят тысяч) германских войск. Среди них очень высокий процент технических войск, особенно бронетанковых сил, с самым современным вооружением. В тылу этих войск, в Германии, находятся неисчерпаемые резервы, в том числе регулярные войска, сосредоточенные на германо-югославской границе.

Я прошу членов дипломатической миссии и возможных доверенных лиц начать приемлемым способом во впечатляющей форме давать знать об этой силе, указывая, что ее более чем достаточно, чтобы справиться на Балканах с любым непредвиденным обстоятельством с любой стороны, причем делать это не только в правительственных кругах, но также и среди заинтересованных иностранных дипломатов. Оставляю на Ваше усмотрение, когда не следует называть точную цифру, указанную выше. Напротив, можно также использовать намеки и околичности, как, например, «едва ли не 700 000» и т. п.

Берлин. 27 февраля 1941 г.

Срочно! Послу лично!

Пожалуйста, в пятницу 28 февраля, ближе к вечеру, посетите господина Молотова и устно передайте ему следующее:

Как известно советскому правительству, в течение некоторого времени ведутся переговоры между имперским министром и итальянским правительством, с одной стороны, и болгарским правительством, с другой стороны, о присоединении Болгарии к Тройственному пакту.

Эти переговоры теперь закончились. Было решено, что Болгария присоединится к Тройственному пакту. Протокол об этом присоединении будет подписан 1 марта.

Имперское правительство желает заранее информировать об этом советское правительство.

Прошу Вас вечером 1 марта еще раз посетить господина Молотова и сообщить ему следующее:

Находящиеся в нашем распоряжении сведения о британских намерениях в отношении Греции заставили имперское правительство немедленно предпринять дальнейшие шаги по обеспечению безопасности, прежде всего – переброску германских войск на болгарскую землю. Указав на заявление, сделанное советскому правительству 23 января, прошу Вас добавить, что наши предупредительные меры направлены на предотвращение получения Британией прочного плацдарма в Греции. В случае, если господин Молотов захочет более подробных объяснений, Вы должны руководствоваться следующим: эти меры безопасности предпринимаются исключительно для предотвращения укрепления Британии на греческой территории; во-вторых, эти мероприятия не направлены против Турции, и мы будем уважать турецкий суверенитет, разве что Турция совершит против нас какой-нибудь враждебный акт; в-третьих, эта концентрация германских войск является военным мероприятием, и устранение британской опасности в Греции автоматически приведет к выводу германских войск.

Прошу Вас сообщить мне телеграфом, как господин Молотов принял Ваше сообщение.

Для Вашего личного сведения Вам также сообщается, что болгарский посланник в Москве 28 февраля и 1 марта сделает от имени своего правительства аналогичные сообщения.

Риббентроп.

Москва. 1 марта 1941 г.

Я посетил господина Молотова этим вечером…

Молотов воспринял мое сообщение с понятной тревогой и заявил, что правительство Германской империи было информировано о точке зрения советского правительства 25 ноября 1940 г. Позиция советского правительства в этом вопросе все еще определяется этим сообщением. В то время будущее положение Болгарии рассматривалось в рамках определенных обстоятельств. В настоящее время события приняли новый оборот. Однако мнение советского правительства, что Болгария входит в зону безопасности СССР, остается неизменным.

Несмотря на мои возражения, что вступление Болгарии в Тройственный пакт ни в коем случае не наносит ущерба интересам Советского Союза, Молотов придерживался своего мнения, заявив, что вступление Болгарии происходит в ситуации довольно отличной от той, которая имелась в виду, и что, к сожалению, ему не очевидно, что развертывающиеся события умещаются в рамки заявления советского правительства от 25 ноября.

Шуленбург.

Берлин. 13 марта 1941 г.

Государственная тайна.

Генерал Варлимонт[50] и капитан военно-морских сил Бюркнер[51] высказали мнение, что по определенным причинам необходимы скорейшее прекращение деятельности многочисленных русских комиссий, работающих на германской территории на Востоке, и их немедленная отправка домой. Подобные комиссии все еще находятся на германской территории в связи с возвращением из Германии в Литву литовских эмигрантов. Еще действует германо-русская пограничная комиссия, а также несколько местных подкомиссий. Одни из этих подкомиссий находятся на русской территории, а другие – на территории Германии (и, между прочим, к югу от Сувалок). Работа этих подкомиссий должна была быть закончена к 10 марта. По ряду причин они еще не начали своей работы. ОКВ требует, чтобы было сделано все возможное для недопущения их работы.

Присутствие русских в этих районах Германии может быть разрешено лишь до 25 марта. В северном секторе уже собираются крупные контингенты германских войск. С 20 марта будут иметь место еще более крупные концентрации.

В связи с этим встает вопрос, не займет ли армия здание русского консулата в Кенигсберге.

Риттер.

Берлин. 5 апреля 1941 г.

О статусе советских поставок сырья в Германию.

Вначале, после заключения германо-советского хозяйственного соглашения от 10 января 1941 г., наблюдалась заметная сдержанность советской стороны в практической реализации советских поставок, что, вероятно, частично было связано с охлаждением политических отношений с рейхом. Заключение отдельных торговых соглашений, как правило, наталкивалось на большие трудности. В результате в январе и феврале ввоз сырья из Советского Союза оставался относительно низким (17 миллионов марок и 11 миллионов марок, включая сюда же самую крупную и самую важную часть – 200 000 тонн бессарабского зерна).