Александр Дугин – Тайны архивов. НКВД СССР: 1937–1938. Взгляд изнутри (страница 34)
Ответ: Почти каждый раз, когда я выезжал за границу, ПАУКЕР поручал мне покупать для него различные вещи.
Вопрос: Следствие располагает данными о том, что вы не только получали от ПАУКЕРА поручения покупать вещи, но и выполняли другие его поручения. Вы это признаете?
Ответ: Действительно, начиная с 1929 года, я в каждую свою поездку за границу получал от ПАУКЕРА запечатанные конверты и передавал их ВЕЛЬТЕРУ.
Вопрос: Кто такой ВЕЛЬТЕР?
Ответ: ВЕЛЬТЕР — именно тот агент германской разведки, с которым я был связан разведывательной деятельностью.
Вопрос: С какого времени вы начали перевозить письма ПАУКЕРА к ВЕЛЬТЕРУ?
Ответ: Первое письмо я получил от ПАУКЕРА в 1929 году. С тех пор регулярно в каждую поездку я также получал письма от него.
Вопрос: А для ПАУКЕРА от ВЕЛЬТЕРА вы привозили какие-либо письма?
Ответ: Да. Впервые я привез ПАУКЕРУ письмо летом 1929 года, которое получил в Берлине от ВЕЛЬТЕРА с указанием, что это письмо я должен передать ПАУКЕРУ.
Вопрос: Изложите подробно, при каких обстоятельствах ВЕЛЬТЕР вручил вам это письмо для передачи ПАУКЕРУ?
Ответ: Летом 1929 года я был в командировке в Берлине для закупки технического оборудования. При приезде в Берлин я встретился с ВЕЛЬТЕРОМ в одном из кафе в заранее назначенное время. При выходе из кафе мы сели в машину ВЕЛЬТЕРА и поехали за город. Отъехав от Берлина 10 или 15 километров, мы вышли из машины, и я на словах передал ВЕЛЬТЕРУ ряд интересующих его сведений о работе оперативного отдела бывшего ОГПУ. Он попросил меня написать сводку. Сводка была мною написана и передана на другой день ВЕЛЬТЕРУ.
Через несколько дней я вновь встретился с ВЕЛЬТЕРОМ. Поехали за город. В дороге ВЕЛЬТЕР начал меня расспрашивать про начальствующий состав Оперативного отдела. Я рассказал ему, что начальником отдела является ПАУКЕР Карл Викторович. Он долго меня расспрашивал о ПАУКЕРЕ, его положении в ГПУ, личной жизни и моих с ним взаимоотношениях.
На все вопросы я старался дать исчерпывающий ответ. В конце беседы он еще раз остановился на моих отношениях с ПАУКЕРОМ, а затем попросил меня выполнить его просьбу передать ПАУКЕРУ письмо. Я категорически отказался брать письмо и вообще выполнять какие-либо поручения ВЕЛЬТЕРА по связи с ПАУКЕРОМ, объяснив ему, что я боюсь выполнять подобного рода поручения.
ВЕЛЬТЕР мне заявил, что я напрасно испугался, что поручение это сводится только к передаче письма ПАУКЕРУ, причем — ВЕЛЬТЕР подчеркнул мне это несколько раз — эта передача письма не связана с какой-либо опасностью для меня. Я потребовал от ВЕЛЬТЕРА объяснения, сказав ему, что если он не будет со мной более откровенным, то я не приму его поручения. Тогда он мне сказал: «Вам нечего бояться ПАУКЕРА, так как он выполняет те же функции, что и вы» и сказал, что с этого времени моя основная работа в германской разведке будет заключаться в том, что я буду перевозить от ПАУКЕРА материал для германской разведки.
Вопрос: Вы согласились взять письмо от ВЕЛЬТЕРА ПАУКЕРУ?
Ответ: Да, письмо я взял и привез его в Москву, где и передал ПАУКЕРУ.
Вопрос: Из ваших показаний явствует, что вы не только были связником германской разведки, но и выполняли целый ряд крупных заданий разведки, в том числе и террористического характера.
Ответ: Мой разговор с ВЕЛЬТЕРОМ относительно того, что я буду агентом для связи с германской разведкой, относится к 1929 году. Затем в последующем я действительно был не только агентом по связи, но и выполнял все задания германской разведки, в том числе и задания, связанные с подготовкой террористических актов над руководством Советского правительства.
Вопрос: Вы заявили, что ВЕЛЬТЕР рассказал о работе ПАУКЕРА в германской разведке и только на основании его слов вы согласились передать письмо своему непосредственному начальнику ПАУКЕРУ. Вряд ли это соответствует действительности. Очевидно, дело обстояло не совсем так.
Ответ: Я забыл указать, что когда я уезжал из Берлина при последней встрече с ВЕЛЬТЕРОМ, он мне сказал, что письмо ПАУКЕРУ я должен передать по паролю и передал мне пароль […]
Вопрос: Получили ли вы какой-либо материал от ПАУКЕРА для передачи в германскую разведку?
Ответ: Да. Начиная с 1929 года, вплоть до последней поездки в конце 1933 года в Берлин, я каждый раз получал от ПАУКЕРА пакеты с вложенными в них материалами. Пакеты эти я перевозил в Берлин и передавал их ВЕЛЬТЕРУ.
Вопрос: Известно ли вам содержание писем, которые вы получали от ПАУКЕРА для передачи ВЕЛЬТЕРУ?
Ответ: Содержание материала, который я перевозил от ПАУКЕРА и передавал в германскую разведку, я не знаю. Это были пакеты большого формата, хорошо запечатанные. Обычно я их получал за короткий срок до отъезда, в дороге не вскрывал. Поэтому содержание их мне не известно.
Вопрос: От ВЕЛЬТЕРА к ПАУКЕРУ вы возили письма?
Ответ: Да, такие случаи были. Но мне сейчас трудно их перечислить, когда и в какую именно поездку я привозил письма ПАУКЕРУ.
Вопрос: А на словах получали ли вы какие-либо указания от ВЕЛЬТЕРА ПАУКЕРУ?
Ответ: В 1933 году в одну из своих поездок я встретился в Берлине с ВЕЛЬТЕРОМ. В эту поездку у меня от ПАУКЕРА для ВЕЛЬТЕРА письма не было. ВЕЛЬТЕР был сильно озлоблен и заявил, что я должен буду передать ПАУКЕРУ о необходимости его личного приезда в Берлин для встречи с одним из руководящих лиц германской разведывательной службы. Я не стал расспрашивать ВЕЛЬТЕРА — чем объясняется его требование приезда ПАУКЕРА в Берлин и, по приезде в Москву, я весь свой разговор с ВЕЛЬТЕРОМ передал ПАУКЕРУ […]
Вопрос: Известно ли вам, состоялась ли поездка и свидание ПАУКЕРА с кем-либо из руководящего состава германской разведывательной службы?
Ответ: В 1933 году, через некоторое время — месяц или два, точно не помню, после моего разговора с ПАУКЕРОМ, он выехал за границу. Как мне известно, он был в Германии и во Франции. В конце 1933 года я также был в Берлине, где имел встречу с ВЕЛЬТЕРОМ. ВЕЛЬТЕР меня сильно благодарил за устройство поездки ПАУКЕРА и, в благодарность за это, он мне дал 1.000 долларов […]
Вопрос: Когда в последний раз вы были за границей?
Ответ: Последний раз я поехал в Берлин в начале 1934 года. С тех пор за границу я больше не выезжал […]
Вопрос: Как же, в дальнейшем, вы лично пересылали свои шпионские материалы в германскую разведку?
Ответ: Начиная с 1934 года, я неоднократно пересылал секретные материалы ВЕЛЬТЕРУ через дипкурьера НКИД — моего знакомого НИВОЛИКА Макса. По моему поручению он их перевозил в Берлин и передавал ВЕЛЬТЕРУ.
Вопрос: Известно ли вам, через кого ПАУКЕР осуществлял свою связь с германской разведкой?
Ответ: Через того же НИВОЛИКА […]
Летом 1935 года БЕРГМАН назначил мне очередную явку. Наша встреча состоялась в Серебряном Бору. БЕРГМАН потребовал от меня личного участия в подготовлявшемся германской разведкой террористическом акте над СТАЛИНЫМ и ВОРОШИЛОВЫМ, причем просил меня передать ПАУКЕРУ, что он тоже должен принять участие в подготовке террористического акта.
БЕРГМАН поставил передо мной категорическое требование, что, если я откажусь от участия в подготовлявшемся убийстве, я буду разоблачен теми или иными путями. Я дал согласие […]
После обсуждения создавшегося положения ПАУКЕР мне сказал, что дает свое согласие принять участие в подготовке террористического акта и велел передать БЕРГМАНУ, что необходимое количество оружия террористам он даст и предоставит им свою дачу для сокрытия от розыска. ПАУКЕР долго думал, какую квартиру предоставить террористам. Затем мне сказал, что его дача вне подозрений и, самое лучшее — если они будут скрываться у него на даче.
Вопрос: Вы не ответили на вопрос, какое участие вы лично должны были принять в террористическом акте?
Ответ: Мое участие заключалось в следующем. Я должен был получить от ПАУКЕРА оружие для террористов и передать его БЕРГМАНУ. В день покушения находиться вблизи от места совершения террористических актов и, после убийства, увезти террористов на дачу ПАУКЕРА […]
Вечером 2 ноября БЕРГМАН вызвал меня на явку. Свидание состоялось у остановки трамвая у «Бегов» на Ленинградском шоссе. БЕРГМАН мне сообщил, что произошел провал, арестовано несколько лиц, которые должны были принять участие в совершении террористического акта. БЕРГМАН просил меня немедленно выяснить у ПАУКЕРА, в каком состоянии находится дело пойманных террористов. На другой день я ПАУКЕРУ сообщил все, что передал мне БЕРГМАН. ПАУКЕР сильно заволновался, обещая быстро все установить. Вечером того же дня он мне сказал, что действительно арестован ряд лиц и что арестованные дали показания о подготовлявшемся террористическом акте и указали, что непосредственным организатором покушения является БЕРГМАН. Все эти сведения я немедленно передал БЕРГМАНУ и сказал ему, что ПАУКЕР считает обязательным его немедленный отъезд в Германию, иначе возможен арест. БЕРГМАН согласился и, действительно, вскоре, буквально днями, уехал в Берлин […]
ДОПРОСИЛ:
Начальник 1 отделения 3 отдела ГУГБ НКВД СССР
капитан государственной безопасности ЯРЦЕВ
В дополнение к моим показаниям о террористической группе БУЛАНОВА сообщаю следующее: работая в органах ОГПУ-НКВД с 1923 года, я, примерно с 1929–1930 гг., когда БУЛАНОВ был секретарем Коллегии, близко с ним сталкивался по работе. Так как я в то время был начальником отделения, которое занималось учетом арестованных и выполнением судебных решений. Со временем мои взаимоотношения с БУЛАНОВЫМ стали дружескими.