Александр Делинский – Тени под куполом.Сломанный рай.Книга 1 (страница 66)

Ребёнок спал.

Кожа его оставалась тёплой, вопреки воздуху.

– Артём…

– М-м?

– Ты чувствуешь?

– Что?

– Здесь… пульс.

Он остановился.

Послушал.

И правда – под ногами, сквозь металл, слышался слабый ритм.

Редкий, но чёткий.

Будто сама земля дышала.

– Это насосы, – сказал он после паузы, но голос звучал глухо. – Старые резервные.

Она кивнула, но не поверила.

То, что она чувствовала, не было машинным шумом.

Это было живое.

Тоннель повернул, потолок стал ниже.

Вдоль стен, на уровне глаз, тянулись старые кабели.

Некоторые ещё светились – слабым синим, как жилы под кожей.

Иногда они шевелились.

Не от ветра – от внутреннего тока, словно сеть под ними ещё дышала.

Артём шёл первым.

Он держал фонарь низко, чтобы не ослепить.

Пальцы дрожали – не от страха, от усталости.

– Здесь будет разветвление. – Он показал вперёд. – Потом секция шлюзов, и если повезёт – выход к обслуживающим шахтам.

– Если нет?

– Тогда мы… найдём другой путь.

Она хотела сказать: «А если не найдём?» – но не смогла.

Голос не послушался.

Вдалеке, где туннель уходил в темноту, мелькнул свет.

Сначала крошечный, потом сильнее – как будто кто-то включил фонарь в ответ.

Они остановились.

– Это… отражение? – спросила она.

Артём щурился.

– Нет. Свет движется.

Он погасил свой фонарь.

Тьма сомкнулась, но вдали – всё ещё свечение.

Пульсирующее, будто дыхание.

– Это не дроны, – сказал он после паузы. – Иначе бы шумели.

– Тогда кто?

Он не ответил.

Свет мигнул – один, два, три раза.

Пауза.

Снова три.

Ритм.

Человеческий.

– Кто-то ждёт, – произнесла Ольга, и в голосе звучала надежда.

Артём посмотрел на ребёнка.

Младенец чуть шевельнулся, и свет в тоннеле ответил ему – вспыхнул ярче, будто отзываясь.

– Нет, – тихо сказал он. – Не нас. Её.

И тогда воздух вокруг изменился.

Пульс под ногами стал сильнее, будто земля поняла, что её зовут.

Тоннель дрогнул, по стенам пробежал слабый разряд – голубая искра, словно приветствие.

Ольга подняла глаза.

Впервые с момента побега она не чувствовала страха.

Она чувствовала… принадлежность.

Он чувствовал вес.

Не физический – настоящий, вес живого.

Мир под ним дрожал, туннель гудел низким басом, будто земля пела под дыханием машин,

а на его руках лежала капсула, тяжёлая, холодная, обвитая сетью старых кабелей.

Она дышала.

Да – именно так: дышала.

Мягкие вспышки внутреннего света проходили по её поверхности, как пульс.

Ольга шла позади, держа фонарь.

Её шаги были лёгкими, почти беззвучными, но он слышал каждый – будто сердце следовало за ним.