Александр Чубарьян – От средневековья к новому времени (страница 91)

Резко ограничив автономию подчиненных ей городских коммун, Венеция в то же время была вынуждена допустить сохранение прежних органов местного самоуправления, продолжавших вести городские дела под постоянным контролем венецианских правителей. Недовольство местного населения обостряло борьбу главных сословий — патрициев и попола-нов-пучан в коммунах. Пополаны стремились добиться участия в Большом совете — Великом вече города, где всем вершили патриции, и уравне-нения прав пополанских советов с Большим советом. После упорной борьбы во многих коммунах Далмации пополаны все же добились расширения своих политических прав, участия в решении основных городских проблем.

Политическая система Дубровницкой республики сохранила почти неизменные черты сложившегося здесь ранее коммунального строя, связанного с полным засильем местного патрициата (властела по-сербохорватски). Вся государственная власть в республике принадлежала замкнутой касте патрициев, которая препятствовала расширению круга правящих патрицианских семей Дубровника, не говоря уже о жителях окрестных селений и островов. Политическое господство дубровницких нобилей облегчалось весьма благоприятными экономическими условиями, расцветом торговли, усилением дифференциации в среде пополанов. Выделение наиболее зажиточных слоев пополанства привело к созданию новых замкнутых корпораций, отделенных от массы городских жителей, но не получивших доступа к власти.

Политическая структура Османской империи и ее балканских владений была существенно иной. Управление всеми владениями султана в Европе, Азии и Африке осуществлялось из Стамбула (Константинополя), где находился двор султана и Высокая Порта — правительство империи. Гражданскую и военную администрацию на местах возглавляли наместники — беглербеги; вначале все подвластные Порте земли на Балканах — Румелия — находились в ведении румелийского беглербега. Позднее, с завоеванием османами территории Венгерского королевства, были созданы особые наместничества с центрами в Буде (1541 г.) и Темешваре (1552 г.); часть румелийских провинций затем была выделена в Боснийский беглербеглук (1580 г.). В более мелких административных единицах — санджаках и нахиях — управляли низшие османские чиновники, подчиненные соответствующим беглербегам и в целом Порте.

Существование монархической власти и централизованной системы управления, однако, не позволяет ставить политическую систему Порты в один ряд с восточными деспотиями или европейскими абсолютными монархиями. Вся администрация состояла из османских чиновников и вершила управление по османским законам и нормам исламского права. Специфической чертой Османской державы было и отсутствие сословного представительства. Османская империя возникла в Азии и Юго-Восточной Европе путем весьма обширных завоеваний иноверческих и иноэтнических территорий, следствием чего было уничтожение таких самостоятельных христианских государств, как Византия, Сербия, Болгария, Босния и др., и превращение всех народов этой части континента в подвластное Порте и османскому феодальному классу бесправное население. С образованием политической структуры, по своему существу и происхождению враждебной устремлениям населения покоренных стран, появились и черты теократического господства.

Османские завоеватели распространяли теократический принцип власти не только на взаимоотношения господствующего народа, господствующей веры, и покоренных народов, но и на отношения в среде иноверных, немусульманских подданных султана. После завоевания балканских земель была введена так называемая система миллетов — религиозных общин. Стремясь обеспечить поддержку местного христианского духовенства для упрочения своего господства в захваченных землях Юго-Восточной Европы, Порта сделала главой первого и самого многочисленного греческого миллета-общины патриарха Константинополя; высшее греческое духовенство, ставшее полномочным и единственным посредником всех православных жителей империи в сношениях с Портой, смогло закрепить и свое привилегированное положение в южнославянских землях, где самостоятельные Тырновская (болгарская) и Печская (сербская) патриархии были уничтожены. Лишь после восстановления Сербской патриархии в 1557 г. с разрешения Порты сербские иерархи могли выступать в такой же роли, соперничая с греческими патриархами и католическими клириками. Аналогичные церковные общины были созданы в начале XVI в. для армян-гри-гориан и для иудеев, число которых особенно возросло в Салониках и других балканских городах после их изгнания из Испании.

Система миллетов укрепляла османскую власть на Балканах, обеспечивая сотрудничество высшего духовенства немусульманских народов с Портой. Предстоятели миллетов, получая определенные привилегии от Порты, разрешение взимать церковные сборы в свою пользу, вести судебные дела единоверцев, выступали в роли не только религиозных, но и светских руководителей своей паствы под эгидой Порты. В то же время они в какой-то мере поддерживали этногосударственные традиции своих народов, что неоднократно вызывало жестокие репрессии османских властей.

Важную роль в упрочении османской администрации на Балканах играло и сохраненное Портой местное самоуправление покоренного населения — греков, албанцев, южных славян. Полуфеодальная верхушка немусульманских народов, получая от османских властей небольшие налоговые льготы и отдельные привилегии, выполняла их распоряжения по сбору налогов, отряжала крестьян для выполнения государственных повинностей, оказывала содействие посланцам и отрядам Порты. Включение местного самоуправления в систему османской администрации облегчало ведение дел чиновниками Порты, но в то же время создавало и возможности для объединения покоренного населения, для выступлений его против османской власти.

Эти особенности османского управления балканскими землями привели к появлению здесь уже в XVI в., а еще в большей мере в XVII в. самостоятельных или полусамостоятельных областей, обычно в горных, малодоступных районах — в Албании, отчасти в Греции и Черногории, где местные жители в ходе долгой и упорной борьбы добились фактического упразднения османской администрации, налоги Порте уплачивали лишь эпизодически, зачастую только в результате карательных походов войск Порты. В таком положении находились горцы прибрежной области южной Албании — Химары, жители Черногории, округа Мани в Южном Пелопоннесе, отбивавшиеся от посягательств османских феодалов и ссылавшиеся обычно на привилегии, якобы полученные от султанов (постепенно, с ослаблением Порты, султаны их признавали и утверждали). Сходных прав сумели добиться от Порты и жители греческих островов Эгейского моря — Наксоса, Тасоса, Пароса, Пеары и др., привилегии которых были подтверждены в 1580 г. султаном Мурадом III. В период длительных войн Османской империи с другими державами, особенно в конце XVI — начале XVII в., эти фактически автономные или полуавтономные области оказывались лишь в номинальной зависимости от Порты.

В целом политические структуры в Юго-Восточной Европе в XVI — первой половине XVII в. отличались значительным своеобразием. Феодальная абсолютная монархия, уже одержавшая серьезные успехи в Западной Европе, делала лишь первые шаги в южнославянских владениях Габсбургов, в Хорватии и Словении, что объясняется прежде всего подавляющим господством феодального способа производства, засильем феодальных землевладельцев в политической системе, слабостью торгово-ремесленных городских слоев.

Немаловажным отличием политических систем, существовавших в Юго-Восточной Европе, от структур Запада был также периферийный, зависимый характер администрации подавляющего большинства этих земель, реальное или даже формальное отсутствие государственной самостоятельности у местного населения, за исключением Дубровника. Государственная власть обычно была чуждой, иноэтничной, более того — иноверной, что было следствием завоевания южнославянских земель, Албании и Византии османами, присоединения некоторых греческих и южнославянских городов и островов Венецией, превращения Хорватии и словенских земель в зависимый придаток Австрийской монархии Габсбургов и тем самым Германской империи. Отсутствие самостоятельной государственности для большей части местного населения означало консервацию самых тяжких форм зависимости и угнетения и средневековых политических структур. Примечательной чертой является сохранение у подвластных османам народов таких низших звеньев прежней политической системы, как самоуправление в общинах, сильных элементов вековых государственноправовых и этносоциальных традиций, которые, несмотря на стремление Порты подчинить их своим интересам, использовались в ходе освободительной антиосманской борьбы. Наконец, важной чертой османской политической структуры было наличие теократических особенностей, определявших не только отношения привилегированного и неполноправного населения, но и взаимоотношения внутри отдельных религиозных общностей немусульманских жителей Османской державы.

Глава 12

ДУНАЙСКИЕ КНЯЖЕСТВА

В начале XVI в. в Валахии усилилось османское влияние, проводником которого в княжестве становится крупное боярство Крайовы. Благодаря своим богатствам и родственным связям с турецкими сановниками крайов-ские бояре оказывали давление на господаря, заставляя его действовать в русле своих интересов и политики Порты. Влияние их на политическую жизнь княжества заставляло господарей добиваться их поддержки для утверждения на престоле.