Александр Чубарьян – От средневековья к новому времени (страница 90)

В истории развития земских соборов особое значение имели события начала XVII в., времени «безгосударства», когда в годы польско-шведской интервенции и массовых народных движений (Смутное время) не было устойчивой и долговременной царской власти. «Совет всей земли», созданный в Ярославле, выполнял функции правительства в последний период борьбы с интервентами. По существу, его деятельность продолжил земский собор 1613 г., избравший царем Михаила Романова. Первое время после этого земские соборы созывались часто и состояли иногда из большого числа выборных с мест. На некоторых соборах и в 1610–1620 гг. были представлены, как и на соборах XVI в., только служилые и посадские люди и духовенство, находившиеся тогда в Москве.

Порядок представительства в значительной мере зависел от степени экстренности созыва собора и характера обсуждавшихся вопросов. Иногда возникали и заранее не предусмотренные вопросы: еще на соборе 1566 г., созванном в связи с Ливонской войной, предлагали отменить опричнину; собор в 1642 г., созванный для обсуждения вопроса об Азове, рассматривал положение московских и городовых дворян. На земских соборах в середине XVII в. обсуждалась проблема воссоединения Украины с Россией, подготавливались соглашения, принятые в 1654 г. Переяславской Радой — событием, знаменующим переломный этап в судьбах восточнославянских народов.

Поводом к созыву соборов в середине XVII в., как и в середине XVI в. были народные восстания. В 1649 г. было принято Соборное уложение царя Алексея Михайловича — кодекс законов, подготовкой которого занималась особая комиссия во главе с боярином Н. И. Одоевским. Источниками его послужили прежний Судебник, указные книги приказов, коллективные челобитные столичных и провинциальных дворян, посадских людей, а также памятники права Великого княжества Литовского и Византии. В Уложении, состоявшем из 25 глав (967 статей), разработаны вопросы государственного, административного, гражданского, уголовного права и порядка судопроизводства. Оно сохраняло силу основного закрна России до первой половины XIX в. Соборное уложение закрепило основные системы управления в центре и на местах, еще более ужесточив наказания за нарушение законов. В интересах феодалов была утверждена общегосударственная система крепостного права, дворяне получали права наследственного владения своими поместьями. Однако, удовлетворяя жителей посада, уничтожили привилегированные (освобожденные от части налогов) белые слободы, принадлежавшие крупным феодалам. Абсолютистские тенденции государственного развития стали обнаруживаться все явственнее.

В столице власть остается сосредоточенной в Боярской думе, состав которой стал менее знатным по происхождению, и в приказах. В городах еще в XVI в. появилась должность городовых воевод, возглавлявших военное и гражданское управление городом с уездом. С начала XVII в. должность воевод была введена во всех городах, где они заменили наместников и городовых приказчиков. В крупные города посылали воевод «с товарищи» (т. е. второго и третьего воевод). Воеводы имели в городах приказную, или съезжую, избу и контролировали органы местного самоуправления, избиравшиеся посадскими людьми и черносошными крестьянами.

Несмотря на типичный для абсолютных монархий этого периода фаворитизм, обычное функционирование государства в области внутренней и внешней политики прежде всего опиралось на действия чиновников государственного аппарата, зависело от их опыта, общественных умонастроений, степени взаимосвязи между собой и с верхами общества. Без налаженной системы центральных и местных учреждений, достаточно организованного и устойчивого управленческого аппарата государство не смогло бы осуществить свои административные, военные, судебные, финансовые и другие функции.

Деятельность местных сословно-представительных учреждений и земских соборов позволяет говорить о сословной монархии в России середины XVI — середины XVII в., о феодальной монархии с сословным представительством. Сословные учреждения не только приспособились к проведению абсолютистской политики, но и сами во многом содействовали утверждению именно абсолютистских начал в государственном управлении, а также консолидации сословий и превращению их в классы-сословия.

События середины 1560-х — середины 1580-х годов показали достаточную устойчивость оформившегося в середине XVI в. аппарата центрального и местного управления. Эта государственная система выдержала испытания массовых народных волнений и интервенции начала XVII в., закреплена была Соборным уложением 1649 г. и удержалась, все более зволюционируя в направлении абсолютизма, вплоть до преобразований Петра I.

Глава 11

ЮГО-ВОСТОЧНАЯ ЕВРОПА

В XVI — первой половине XVII в. большинство земель Юго-Восточной Европы — Болгария, Греция, Сербия, Албания, Босния, Македония, Герцеговина, Воеводина — находились под властью Османской империи. Ее вассалами были Валашское, Молдавское и Трансильванское княжества, а также Дубровник. Дубровницкая республика, расположенная на Адриатике, уплачивала Порте ежегодную дань — харадж в 12 500 дукатов, поэтому Порта считала дубровчан своими подданными; зависимость Дубровника от Порты была обусловлена также тем, что по всей сухопутной границе республика соседствовала с османскими владениями. Часть прибрежных земель и островов на Адриатике и Ионийском море, как и Крит, принадлежали Венецианской республике. Словенские земли Австрии, разделявшиеся на ряд давних территориально-государственных образований (Каринтия, Крайна, Штирия, графство Горица), входили в состав многонациональной державы Габсбургов. Вместе с тем австрийские эрцгерцоги в силу избрания Фердинанда I Габсбурга королем Венгрии и Хорватии (1526 г.) приобрели власть и над хорватскими землями, часть которых уже в XVI в. была захвачена османами. Таким образом, южнославянские области были лишь одной из многих составных частей феодальной монархии, отличительной чертой которой было сословное представительство. Административно-территориальная дробность, господство феодалов в политической и экономической области сочетались и с наличием центральной власти Габсбургов, вначале выражавшейся только в существовании единой династии и лишь постепенно начавшей создание централизованного аппарата управления.

Нужда Габсбургов в средствах для создания армии приводила в Словении к новым уступкам дворянству в ответ на его согласие утвердить налоги; в Хорватии длительная османская угроза и военное противостояние в соединении с централизаторскими стремлениями династии привели в XVI в. к административному разделу хорватских земель, еще не захваченных османами, наБанскую Крайну, или Банскую Хорватию, — провинцию, возглавлявшуюся королевским наместником — баном, и Хорватско-Славонскую Крайну, включавшую земли на рубеже с Османской империей. Реальная власть в Хорватско-Словонской Крайне находилась в руках командования наемных императорских отрядов. Политика габсбургской централизации, имевшая целью более тесное объединение всех подвластных земель, закономерно приводила к заметному ущемлению сословных привилегий местной феодальной верхушки. Такое ограничение традиционных национальных государственно-правовых институтов открывало возможности для германизации земель, включенных в состав Австрийской державы, особенно Словении.

Однако реальные успехи этой политики Габсбургов в принадлежавших им южнославянских землях были неодинаковы. Если в словенских землях в середине XVI в. сословия добились некоторых уступок от центральной власти, в том числе и в вопросах вероисповедания в связи с Реформацией и ростом влияния протестантов, то уже в конце XVI — начале XVII в. успехи контрреформации позволили Габсбургам значительно ослабить роль местных сословных собраний и укрепить свою власть в этих землях. В Хорватии и в XVII в. позиции местного дворянства, особенно крупных магнатов, оставались еще сильными: хорватские феодалы требовали вернуть области, непосредственно подчиненные центральным венским учреждениям, в состав Хорватского королевства; их целью было не только возвращение своих прежних земельных владений и расширение их за счет Османской империи, но и закрепощение свободного крестьянства, составлявшего значительную часть императорского войска на границе с Османской державой.

Иной тип политической структуры представляли венецианские провинции на Балканах и Дубровник. Город-государство Дубровник, используя покровительство соседних феодальных держав, сохранил свою независимость от Венеции; города-коммуны Котор, Сплит, Задар были вынуждены признать власть Венеции или же были просто ею захвачены.

В южнославянских и греческих приморских районах и островах Венеция полностью подчинила местное население в политическом и экономическом отношении. В прежде самостоятельных городских коммунах правительство «Светлейшей» назначало своего правителя — венецианца. Он осуществлял реальную власть в пределах коммуны, участвуя в судебном разбирательстве вместе с выборными из числа местных нобилей, надзирая за обороной города и деятельностью низших чиновников коммуны. Усиливая контроль за своими адриатическими владениями, Венеция создала в конце XVI в. также пост верховного правителя балканских провинций — генерального провидура Далмации и Албании с резиденцией в Задаре; другой наместник контролировал греческие колонии республики — Ионические острова и Крит.