Александр Чубарьян – От средневековья к новому времени (страница 66)

Помимо регулярных, существовали гражданские войска. Основу их составляли городские милиции. Они охраняли общественный порядок и помогали войскам при осаде городов. С 1581 г. вмешательство милиции в политические дела было запрещено, хотя в критических случаях этот запрет нарушался. В сельских районах в годы освободительной войны сходную роль играли отряды самообороны, участвовавшие в крупных крестьянских выступлениях.

Военно-морской флот обеспечивал торговое преобладание Республики на морях и океанах. Верховное командование принадлежало статхаудеру Голландии как главному адмиралу. Ниже по иерархии шли его заместитель, адмиралы и вице-адмиралы, командовавшие флотами, штурманы, капитаны, офицеры. На эти должности Генеральные штаты назначали, за редкими исключениями, только нидерландцев.

Адмиралтейства после революции были реорганизованы по «плакату» 1597 г. в пять коллегий: три — в Голландии, по одной — в Зеландии и Фрисландии. Коллегии контролировались Генеральными и местными штатами.

Кальвинистская церковь стала официальной и подчинялась властям. Конфискованная недвижимость католической церкви лишь частично использовалась на нужды реформатов, другая ее часть управлялась специальной администрацией, затем это имущество постепенно распродали, а остатки его перешли в разряд земель Генеральных штатов. «Кальвинизация» Республики шла замедленно. К 1672 г. лишь ⅓ населения состояла из кальвинистов. Правящая регентская олигархия опасалась «теократических» претензий кальвинистской церкви, поддерживаемой народными массами, особенно в городах, и жестко ее контролировала. Территориальные объединения церкви (классис), консистории и приходские церковные советы находились в тесном контакте с местными властями, видевшими в них только помощников и духовных наставников. Церковной юрисдикции подлежали мелкие гражданские дела, аморальные поступки, чисто церковные вопросы. Мерами воздействия были внушение, публичное порицание, временный запрет посещать церковь и крайняя — исключение из общины. Многие дела рассматривались и в светских и в церковных судах, в частности банкротства, считавшиеся у кальвинистов тяжким проступком. Благотворительность осуществлялась церквами, муниципальными и местными властями. Назначение пасторов (с большим или меньшим участием светских властей) вызывало острое соперничество.

Государственный строй Республики представлял «эластичную федерацию». Провинции обладали широкой автономией: через своих депутатов они могли оказывать более или менее существенное влияние на принятие решений в Генеральных штатах. Практика была сложнее и гибче.

Среди полномочных провинций привилегированное место принадлежало вносившему всего 5,5 % «генералитетского» сбора феодально-аграрному Хелдеру, как имевшему юридический статус герцогства. Фактически же доминирующее место занимала вторая по табелю о рангах («графство») Голландия, самая мощная экономически провинция, где проживало до половины населения Республики, вносившая 58 % сбора. Политический строй ее также был наиболее развитым; его нормативы оказывали унифицирующее воздействие на государственно-правовое развитие всех остальных провинций («голландизация»).

Штаты в Голландии сложились еще в бургундский период, после революции они выглядели как «городские». Принц Вильгельм I Оранский контролировал «первый член» штатов — дворянство, имевшее один голос. Остальные шесть голосов принадлежали большим городам. Чтобы создать им противовес, принц предоставил право участия в работе штатов «малым» городам, а также приглашал представителей крестьян. С 1575,г. штаты Голландии превратились в более узкую коллегию «командированных советников», где принц пользовался значительным авторитетом, формально не будучи депутатом. С 1584 г. штаты разделились на южную (основную) часть, где заседал очень влиятельный во всей Республике великий пенсионарий, и северную часть с региональным статусом. Решения по основным вопросам принимались только единогласно.

Зеландия до революции являлась «территориальной сеньорией», тесно связанной с Голландией. До восстания 1576 г. она оставалась частично в руках испанцев. Штаты возродились в ней в 1576 г. В «первом члене» их — дворянстве — решающее место принадлежало Вильгельму I Оранскому, который как маркиз Феера и сеньор Флиссингена контролировал и голоса одноименных городов. Остальные четыре места принадлежали крупным городам. Зеландия вносила 11,5 %-ную квоту.

В штатах Утрехта (5,75-процентная квота) заседали депутаты от пяти соборных капитулов («первый член»), рыцарства, от г. Утрехта и четырех «малых городов». После революции от капитулов, сохранивших свое значение и недвижимость, делегировались уже не католические клирики, а равное число рыцарей и горожан. Сохранил свое представительство каноник и казначей Аудмюнстера. С 1593 г. штаты Утрехта перешли на систему «командированных советников», а с 1645 г. — с мажоритарного на единогласный принцип принятия решений.

Оверэйссел, отделившаяся от Утрехта территория (3,5-процентная квота), слаборазвитая аграрная периферия, как правомочная провинция оформился в ходе революции. Штаты здесь конституировались в 1593 г. сразу же в форме «командированных советников». Их посылали дворянство, представлявшее также крестьян, и крупные города.

Спецификой государственного устройства, и в частности штатов, отличалась Фрисландия (11,5-процентная квота). Здесь еще достаточно прочными оставались пережитки общинного строя, переплетавшиеся со слаборазвитой государственностью. Ландтаг, сохранявший черты народного собрания, постепенно превратился в штаты: делегаты избирались на паритетных началах от дворян и вольных полноправных крестьян-общинников, наследственных владельцев земли, по территориальным единицам — гритам. Позднее в штатах сложилась коллегия «командированных советников», где сельские гриты имели шесть голосов, а города — три. Решения принимались единогласно. Однако в Республике эта демократическая структура быстро коррумпировалась. Регенты и другие богачи скупали за бесценок мелкие земельные участки, дававшие право голоса, и захватывали власть в штатах и сельских общинах. Выборы превращались нередко в фарс.

В сходном положении находилась отделившаяся от Фрисландии область Хронинген (квота — 5,75 %), где остро враждовали между собой г. Хронинген и его сельская округа — Оммелант. Как и во Фрисландии, в ландтаге были представлены горожане и крестьяне. Но на местах развернулись оргия подкупа голосующих и скупка земельных участков с правом голоса в основном городскими регентами. Таким путем г. Хронинген подчинил себе Оммелант.

Хелдер (Гелдерн) имел свои особенности в политическом устройстве, главными органами управления в нем были статхаудеры и подчиненный им «Суд» (Двор), обладавший административными правами. После 1578 г. власть здесь перешла к местным штатам, в которых имели преимущество дворяне, поскольку и представители городов частично состояли из рыцарей.

Статхаудеры существовали во всех провинциях и имели большие прерогативы. Они председательствовали в Судах, выступали посредниками в спорах, не решенных в штатах, назначали многих должностных лиц в провинциальных органах власти и т. д.

Суд (Двор) во всех провинциях являлся высшей универсальной судебной инстанцией, надзирающей за деятельностью нижестоящих органов юстиции. В законодательстве переплетались нормы обычного и римского права. В провинциях с замедленным развитием политического устройства, в частности во Фрисландии, Хронингене, Оверэйсселе, преобладало обычное право.

Налогово-финансовыми делами ведали в провинциях Счетные палаты. В Оверэйсселе и некоторых других провинциях, не имевших своих Счетных палат, их компетенция принадлежала штатам. Раскладка общереспубликанских налогов в провинциях велась штатами, часто вместе с городами. Местные налоги вотировались и разверстывались штатами провинций и городами.

Управление водным хозяйством было наиболее централизованным в Голландии; децентрализация преобладала в Зеландии. Повсеместно существовало специальное «дамбовое» право; даже непреднамеренное повреждение водозащитных сооружений могло повлечь смертный приговор. Существовало специальное «дамбовое» налогообложение.

В городах система местных органов власти, администрации и юрисдикции была, в сущности, однотипна: фрудсхапен, магистраты, суды шеффенов, отраслевые комиссии, милиции. Повсюду имел место ярко выраженный элемент сословной корпоративности и олигархичности, более жесткой, чем при испанском режиме.

Помимо полноправных провинций в состав Республики входило еще шесть категорий земель: союзные — полу-автономные; зависимые от центральных властей; бесправные «генералитетские» области; отдельные зависимые территории; свободные сеньории с полной или частичной автономией; анклавы других государств (Юлих-Клеве), в той или иной мере контролировавшиеся Генеральными штатами.

Союзная земля Дренте (квота — 1 %) подписала Утрехтскую унию, затем была временно оккупирована испанцами. После освобождения ей не вернули статуса полномочной провинции, хотя во внутренних делах она была автономной. Дренте была лишена представительства в Генеральных штатах и других правительственных коллегиях Республики.