Александр Чубарьян – От средневековья к новому времени (страница 188)
В XVI в. процесс секуляризации затронул и музыкальное искусство. Популярными стали концерты в светских салонах. Произведения исполнялись обычно на виуэле, в конце столетия уступившей место гитаре. Композиторы обращались в своем творчестве к народным формам. Виуэлисты Л. де Милан, Т. Л. де Виктория, А. де Мударра, прославившиеся виртуозным исполнением, создали настоящую музыкальную литературу. На церковную органную музыку оказали некоторое влияние итальянская и фламандская школы. Знаменитыми стали выдающиеся органисты А. Кабесон (1510–1566) и Ф. де Салинас (1513–1590), известный также своими работами по теории музыки и математики.
В первой половине XVII в. развитие музыкально-драматического театра в иберийских странах привело к возникновению сарсуэлы — национального жанра, своеобразно сочетающего в себе вокальные номера, танец и сценический диалог. В 1629 г. в Мадриде была поставлена лирическая драма «Лес без любви» на слова Лопе де Веги.
В XVII в. большую популярность и распространение в Испании и Португалии, а затем и в европейских странах получил иберийский музыкальный инструмент — гитара. Продолжала развиваться и органная музыка. В странах Пиренейского полуострова выделилась группа лучших исполнителей, а также теоретиков этого вида искусства: испанцы — Б. Клавихо, X. Каванильес; португальцы — Ф. Корреа ди Аражу, П. Фалезиу.
В первой половине XVII в. в европейском изобразительном искусстве особое место заняла испанская живопись. Несмотря на преобладание религиозной тематики и подражание манере итальянского художника Караваджо, испанское искусство, отличаясь глубоко национальными чертами, развивалось в реалистическом направлении.
Страстный поиск жизненной правды, глубокий интерес к внутреннему миру человека отличают творчество выдающихся испанских художников X. де Риберы (1591–1652) и Ф. Сурбарана (1598 —ок. 1669). Рибера большую часть жизни прожил в Италии, оказав большое влияние на многих итальянских художников, но не порывал связи с родиной. Он создал ряд выдающихся полотен, занявших почетное место в музеях мира, — «Мученичество Святого Себастьяна», «Аполлон и Марсий», «Смеющийся Демокрит», «Диоген». Большая часть картин, созданных Сурбараном, сыном эстремадурского крестьянина, посвящена сценам из жизни святых. Его полотна отличаются глубоким реализмом, лишены фантастических и потусторонних элементов, несмотря на использование художником религиозных сюжетов.
Творчески обосновать преимущества реалистического принципа в изобразительном искусстве попытался Ф. Пачеко в своем труде «Искусство живописи». Он ратовал за подражание природе, писание с натуры, требовал ясности в картине. Творчество ученика Пачеко Диего Родригеса де Сильвы Веласкеса (1599–1660) приобрело мировую славу. Веласкес был придворным живописцем, вынужденным маневрировать между различными враждующими группировками при дворе, но он сохранил высокое духовное благородство и человеческое достоинство, создавая глубоко реалистические, правдивые образы. Современники прозвали его художником Истины. Написанные им картины («Сдача Бреды», портрет графа-герцога Оливареса, «Менины», «Пряхи», цикл портретов придворных карликов) навсегда вошли в фонд сокровищницы мировой культуры.
Несмотря на реакционную роль испанского абсолютизма, вставшего на позиции Контрреформации во второй половине XVI в., иберийская культура сохранила демократические, народные черты. Поэты, писатели, художники других стран нередко черпали свое вдохновение в испано-португальской культуре. Француз Лесаж, переработав «Хромого беса» Велеса де Гевары, создал одноименное произведение. Сюжет Дон Жуана, впервые использованный Тирео де Молиной, перешагнул Пиренеи и стал излюбленной темой поэтов и драматургов других стран (Мольер, Байрон, Пушкин).
Сведения, полученные в ходе великих географических открытий, способствовали подрыву доверия к средневековым авторитетам и церкви и становлению научных представлений о мире.
Формирование иберийских культур шло в тесном взаимодействии с общеевропейским культурным развитием. Испытав на себе воздействие передовых форм, выработанных итальянским гуманизмом и так называемым Северным Возрождением, культура Испании и Португалии не только сохранила и развила самобытные, чисто национальные черты, но и обогатила своими достижениями мировую культуру.
Глава 8
КУЛЬТУРА СТРАН БАЛКАНСКОГО И ЦЕНТРАЛЬНОЕВРОПЕЙСКОГО РЕГИОНОВ
Период с конца XV — до середины XVII в. для культуры стран Юго-Восточной Европы был очень неблагоприятен, особенно в областях, завоеванных османами. Уничтожение памятников культуры, гибель или бегство в другие земли многих писателей, художников, зодчих, тяжелейший политический, социальный и духовный гнет привели к почти полному замиранию культуры. Немногими ее очагами оставались монастыри, находившиеся в стороне от основных государственных центров и магистралей. Роль хранителя славянских и греческих культур продолжал играть Афон. Однако и в этих центрах ощущается снижение уровня культуры, изменяются ее характер и формы. В Болгарии османы полностью запретили строительство монастырей. Маленькие же однонефные храмы почти ничем не отличались от обычных жилых домов. Первый монументальный крестовокупольный храм был построен в Банковском монастыре лишь в 1504 г. Появляются такие характерные признаки архитектуры мусульманских городов, как мечети, постоялые дворы, бани.
Снижается художественный уровень живописного искусства, в особенности монументальной живописи, на Балканах; для большинства фресок характерны схематизм, графичность, сближавшая их с иконами и даже книжной миниатюрой. Эти черты свойственны болгарским (монастыри Драгалевский, Кремиковский, Погановский) и сербским (Дубочица, Великая Хоча, Печская патриархия) фрескам XVI в. Снижается квалификация мастеров, уменьшаются размеры церковных построек, меняется их характер. И только к концу XVI в. наблюдаются тенденции, связанные с большей динамичностью в композициях фресок. Эта особенность наиболее заметна в росписях Куриловского монастыря (1596 г.).
Для развития южнославянской монументальной живописи после османского нашествия характерна известная противоречивость. И в реалиях фресок, и в орнаментике ей ближе идеалы народного искусства. Развивается прикладное искусство, прежде всего резьба по дереву, причудливо украшавшая двери храмов (один из лучших образцов — в Слепче в Болгарии, конец XV — начало XVI в.), стены и потолки жилищ.
Демократизация наблюдается и в других областях балканской культуры, особенно в литературе. Наиболее показательны болгарские рукописные Дамаскины — популярные сборники, получившие название по имени греческого писателя Дамаскина Студита. Сборник его сочинений «Сокровища» был переведен с греческого и дополнен популярными в народной среде произведениями: «Житие Николая Мирликийского», апокрифами, различными поучениями. Язык дамаскинов был уже весьма далек от лексики и норм старо- и среднеболгарского языка, максимально сближен с народным.
Значительным сдвигом в истории культуры южных славян было появление книгопечатания. Первая печатная книга — хорватский глаголический Миссал (1483 г.). В 1494 г. в Цетинье Макарий напечатал кириллический Осмогласник; до конца века там же вышло еще шесть богослужебных изданий. Книги печатались и в различных сербских монастырях (Ми-лешевском, Руянском и др.), выходили и в Венеции.
Для общественно-политической мысли южнославянских народов характерна острая реакция на самый факт их порабощения и утрату государственной самостоятельности. Болгарские писатели Григорий Цамблак, Иоасаф Видинский, Владислав Грамматик и сербские — монах Исайя и Константин Философ в XIV–XV вв. первыми отозвались на трагические события. И впоследствии южнославянские авторы не оставляли этой животрепещущей темы. Среди произведений выделяются «Житие и служба Георгию Новому» попа Пейо и «Житие и служба Николаю Новому» Матфея Грамматика. Оба болгарских автора прославляют стойкость своих героев, их преданность родине, ее вере, традициям, обличают фанатичную жестокость завоевателей.
В Сербии османская тема получила особое развитие в произведениях эпического жанра. Продолжает развиваться цикл песен, связанный с трагической Косовской битвой; широкую популярность приобретают песни о королевиче Марко; воспеваются ведущие борьбу с османами венгерские полководцы, например Янкул (Янош Хуниади). Сербские летописи и хронографы живо реагируют на все события, связанные с османским завоеванием; с болью и горечью пишут о страшном «налоге кровью», когда для формирования янычарского войска у родителей отнимали детей; описывают походы и завоевания османов и с нескрываемой радостью отмечают их поражения.
Та же тема волнует писателей и публицистов стран, еще не завоеванных османами, но чувствовавших угрозу порабощения. В Хорватии уже в середине XV в. поэт и ученый Юрий Шижгорич ужасался варварским разорениям османов. «Мы страждем каждый миг от басурманских рук», — вторил ему прославленный поэт Марко Марулич (1450–1524). Последователь Марулича — Фран Транквилл (1490–1571) предупреждал все европейские страны, и «даже британцев», о нависшей над ними страшной опасности. Живым участием к страждущим от ига завоевателей переполнены были выступления Бартоломея Джурджевича (1506–1566), печатавшиеся в Антверпене, Риме, Базеле, Париже, Праге, Кракове. Эти же события волновали многих ученых-гуманистов Дубровника, например Цервы-Туберона (ум. в 1527).