Александр Чивилев – Война в пустоте. Книга первая (страница 14)

– Засранцы раздолбали нас при отходе. Дрон должен был прикрыть нас, но они долбанули по нему чем-то тяжелым, – пояснил боец, которого назвали Тобиашем.

– И… и… и что нам теперь делать?! – не унимался парень.

– Перекройте заднюю дверь, что ведет к жилому сектору, и откройте ту, боковую, – превозмогая боль, Санчес указал рукой на тоннель, идущий к электростанции. – Если не удержимся здесь, то отступим туда. Быть может, они не осмелятся стрелять рядом с реактором.

Люди принялись исполнять его приказ.

– Сеньор Санчес, а что там с остальными отрядами? – глядя на главного безопасника, обеспокоенно спросил Аугусто.

– Я не могу ни с кем связаться. Они или погибли, или китайцы развернули где-то глушилку, – со стоном поднявшись на ноги, ответил тот.

Внезапно, свет в помещении погас. Перепуганные ополченцы судорожно включили фонари.

– Они уже у двери, – тихо сказала Эстрелла.

– Скоро начнут вскрывать, – прокомментировал кто-то.

– Займите позиции, будьте готовы, – приказал своим людям Энрике.

– Эй, капрал, – окликнул его Санчес, – помни что я тебе говорил.

Внезапно раздавшийся из-за двери металлический стук, напугал ополченцев, заставив их вскинуть оружие.

– Эй, кто там! Отзовись! – раздался в радиоэфире чужой голос.

– Чего вы от нас хотите, ублюдки?! – зло спросил у неизвестного врага Санчес.

– Я думаю, это очевидно! Нам нужен ваш город: ваша вода, которую вы тут добываете, ваша еда…

– Но мы же и так давали вам всё, что нужно! Вы были нашими ближайшими торговыми партнерами!

– Ближайшими, но не единственными. Помимо нас, вы торговали так же и с нашими врагами! К тому-же, председатель Чэн, справедливо считает, что под нашим управлением вам всем будет лучше!

Стоящий за гермодверью вражеский солдат говорил по-испански с сильным акцентом. Интонации его голоса, при этом были совершенно спокойными. Энрике не мог видеть его лица, но ему казалось, что тот улыбался.

– Да что ты несешь, черт-возьми?! – вспылил агротехник.

– Что я несу? Я несу справедливость! – раздался ответ. – Пока вы тут пируете, сидя в своих роскошных, просторных квартирах, имея под боком колоссальные запасы воды и пищи, наши люди в Ливее и Лушане ютятся в норах словно жалкие крысы, считая при этом каждый грамм воды, каждую калорию! Послушайте, мы пришли сюда не для того, чтобы убить вас! Мы пришли сюда лишь за тем, чтобы заставить вас поделиться своим богатством! Поверьте мне, оно не стоит ваших жизней! Для всех нас будет лучше, если вы сложите оружие и откроете эту дверь.

– Это наш город, и мы его не сдадим! – выпалил Энрике.

– Но город уже пал! – усмехнувшись, воскликнул китайский боец. – Наши товарищи захватили центр управления и космопорт. Теплицы и станция переработки воды тоже под контролем! Нам осталось лишь взять электростанцию и ваш отряд последний из тех, что стоит у нас на пути. Вы напрасно надеетесь на помощь извне, она не придет! Вас все бросили! Сдавайтесь, или разделите участь своих друзей.

– Зубы заговаривает, подонок. Это всё вранье! – зло прошипел Тобиаш.

– Шеф, что делаем? – обратившись к начальнику, спросила Эстрелла.

Санчес молчал, размышляя.

– Фронтан, возьми кого-нибудь из своих и сходите на разведку. Доберитесь до центра управления, узнайте, как обстановка. Затем вернётесь к нам и отчитаетесь, – наконец молвил он.

– Хорошо, – Энрике кивнул.

Поднявшись на ноги, он осмотрел своих бойцов, размышляя кого бы ему выбрать.

– Аугусто ты остаешься за главного…

Его слова прервал грохот взрыва. Неожиданно для себя, Энрике почувствовал, что летит – резкий поток воздуха подхватил его и с силой впечатал в противоположную от баррикады стену. К счастью для мужчины, скафандр принял на себя воздействие ударной волны, так что его даже не оглушило. Энрике бросил взгляд на их укрепление. Вопреки его опасениям, оно оказалось на месте, бойцы ополчения и службы безопасности сидели за ним, укрытые от взрыва.

– Что это было?! – с паникой в голосе, воскликнул кто-то из гражданских.

– Они пробили дверь! Стреляйте черт-возьми, стреляйте! – закричал Санчес.

Он и двое оставшихся в живых охранников, открыли огонь по образовавшемуся в гермодвери пролому. Из него, в ответ, к ним навстречу, полетел шквал трассирующих пуль. Лежащий на полу Энрике видел, как дернулся и упал Аугусто – грудь старика прошило первой-же очередью. Подхватив свой дробовик, агротехник бросился назад к баррикаде и занял позицию рядом с вжавшимся в угол и отчаянно трясущимся мужчиной, в руках которого мертвой хваткой был зажат пистолет. Найдя удобную щель для стрельбы, Энрике, быстро передергивая затвор, высадил в направлении противника весь магазин и принялся перезаряжаться.

– Эй! Или стреляй или вали отсюда нахрен! – рявкнул он на перепуганного соседа. Бросив на землю оружие, тот поднялся и в полный рост побежал к тоннелю, ведущему к реактору. Пуля настигла его на пятом шаге – пробив затылок шлема, она вышла через визор, параллельно вынеся бедолаги мозги.

«Боже! Что я наделал! – пронеслось в голове Энрике. – эта смерть на моей совести!» Впрочем, времени рефлексировать не было – противник наступал. Дослав патрон в патронник, агротехник вновь навел прицел дробовика на пролом, лишь затем, чтобы увидеть, как из него, в сторону их баррикады вылетает несколько гранат.

– Ложись! – закричала оказавшаяся по соседству Эстрэлла.

Отскочив от пола, гранаты закатились под баррикаду. Два оглушительных взрыва, сопровождаемых яркими, выжигающими глаза вспышками сотрясли помещение. На несколько секунд, Энрике полностью ослеп. Проморгавшись от плясавших перед его взором сине-зеленых зайчиков, он окинул взглядом окружавших его бойцов. Напуганные и дезориентированные, они вжались в свое укрепление. Кто-то кричал. Парень с молотком, сорвав с себя шлем зажимал рукой страшную рану на шее, из которой тугими толчками хлестала алая артериальная кровь. Единственными, на кого взрывы светошумовых гранат не произвели сколь-либо значительного эффекта, оказались закованные в боевые скафандры бойцы службы безопасности. Энрике бросил взгляд на засевшую рядом с ним Эстреллу. Женщина вела огонь по противнику из своего пистолета-пулемета, укрывшись за массивным алюминиевым ящиком.

– Перезарядка. Прикрой! – крикнула она.

Вскинув дробовик, Энрике сделал несколько выстрелов в направлении врага. Через прицел оружия, он увидел, как в проломе по центру гермодвери показался боец, снаряженный тяжелым штурмовым щитом. Пули защитников отскакивали от его поверхности, высекая из неё яркие белые искры. Переступив через дыру, солдат двинулся в их сторону, на ходу стреляя из пистолета. Позади, под его защитой двигались еще несколько спецназовцев.

– У них щит! Тобиаш! – выкрикнул Санчес.

– Понял, шеф!

Тобиаш достал из подсумка гранату и выдернув кольцо, метнул её в сторону врага. Пролетев по пологой дуге, она упала сбоку от атакующих. Идущий впереди боец моментально среагировал, развернув к ней щит, но при этом подставил свой бок под прицел Энрике. «Может я и сдохну тут, но этого-то точно с собой на тот свет заберу» – Подумал он и высадил во врага остаток магазина. Граната взорвалась. Следующие за щитовиком бойцы попадали. Сам-же он, покачнувшись от попавших в бронескафандр пуль, вновь развернул свой щит в направлении обороняющихся и тяжело осел на пол. Энрике принялся перезаряжаться. Из-за гермодвери что-то кричали на китайском. Раненный щитовик вынул дымовую гранату и кинул её в сторону баррикады. Вслед за ней, такие-же гранаты полетели и из пролома. Помещение стало быстро затягиваться черным дымом. Энрике бросил взгляд на паренька с молотком – тот лежал в луже собственной крови в нескольких метрах от него. Застывший взгляд был обращен к потолку.

– Сейчас попрут под прикрытием дыма, – перезаряжаясь, мрачно сказал Тобиаш.

– Есть еще гранаты? – спросил у него Санчес.

– То была последняя.

Дозарядив дробовик, Энрике вновь выглянул через свою амбразуру. Видимость была отвратительная – густой дым заполнил собой всё пространство тоннеля. Внезапно из клубящегося марева, в сторону баррикады полетели трассера, раздалось несколько взрывов. Один из ополченцев упал, другой, не выдержав ужаса боя, бросился бежать по коридору в сторону электростанции. Одна из пуль угодила в бронированный нагрудник Эстреллы, и застряла в нём, сбив охранницу с ног. Матерясь на чем свет стоит, она поднялась и вновь открыла огонь. Энрике тоже стрелял, стараясь выцеливать мерцающие за завесой дыма дульные вспышки.

Видимость упала до ноля, обороняющиеся палили совершенно вслепую. В то же время, ответный огонь вражеских бойцов был невероятно точен – имея в своих скафандрах встроенные мультиспектральные камеры и радары, те прекрасно видели свои цели. Ряды защитников города таяли с каждой секундой. Несколько пуль, пробив баррикаду, прошли совсем рядом с Энрике, одна из них даже задела его по касательной, разодрав рукав скафандра.

– Санчес убит! – выкрикнул Тобиаш.

– Черт! Теперь ты за главного! – ответила Эстрелла.

Энрике сидел, прижавшись спиной к баррикаде, отчаянно сжимая в трясущихся руках дробовик. Сердце яростно колотилось, отдаваясь в ушах колокольным звоном. Он смотрел на лежащих вокруг него убитых и раненых товарищей.

– Хватит… хватит…хватит… – шептал он.