Александр Чивилев – Пустотa (страница 29)

Я внимательно взглянул на профессора. Он выглядел лучше, чем неделю назад, уж не знаю, повлиял ли так на него наш разговор или на то были какие-то другие причины, но теперь Андерсон вел себя как то более адекватно, что ли… Стал чаще общаться с экипажем, впрочем, было видно, что исполнение своих обязанностей по-прежнему тяготит его. По негласному уговору часть вопросов, за которые раньше отвечал исключительно он, стала решать Даша. Это не могло укрыться от остальных, впрочем, пока все предпочитали делать вид, что ничего не замечают.

– Так что, ни у кого нет возражений? – спросила командир.

Люди, сидящие в кают-компании, молчали.

– Что ж, тогда, я думаю, решено, будем осваивать зону C по предложенному плану. Сейчас нужно определиться с конструкцией удалённой станции.

– Думаю, пары малых модулей будет достаточно, – высказалась Катрин Розенберг. – Их хватит, чтобы разместить внутри небольшую лабораторию, плюс апартаменты для двух-трёх человек.

– Соединительный тоннель? – спросил я.

Она покачала головой.

– Думаю, не нужен. Просто поставим их рядом и сцепим напрямую, шлюзами. Ещё, конечно, потребуется один атомный генератор, станция жизнеобеспечения и куча научного оборудования: хроматограф, спектроскоп…

– Стоп, – прервала её Дарья. – Давайте лучше поступим так: вы с Ингрид к девяти часам предоставите мне список всего необходимого. Сейчас это обсуждать смысла не вижу, в первую очередь нам в любом случае нужно решить вопрос строительства основной базы.

– Без крана поставить купола на удалённой станции будет сложно, – весомо заметил Вильямсон. – Думаю, все-таки придётся гнать туда вездеход.

– Сгоняем, разок не проблема, – ответил я.

– Так, значит, два малых модуля отдаем под озёрную станцию? – спросила Кусто. – Выходит, для основной базы остаётся…

– Два больших и один малый, – закончил за неё Нортон. – Плюс станция обеспечения плюс хранилище метана и кислорода. Думаю, один большой купол отдадим полностью под лабораторию, второй – под жилой отсек, а в малом устроим склад. Если, конечно, ни у кого нет других идей. – Он обвёл взглядом собравшихся, однако вновь никто не возражал.

– Нам потребуется три рейса челнока, чтобы спустить всё оборудование на поверхность. Когда будет ближайшее окно для посадки? – спросил Трофимов.

Харрис потянулся за своим планшетом, чтобы сделать навигационный расчёт, я же быстро прикинул в голове и сказал:

– Мы находимся на практически идеальной полярной орбите. Учитывая период обращения Титана – чуть менее шестнадцати дней, получается, стартовые окна будут примерно каждые восемь дней. – Я почесал лоб. – Плюс-минус где-то сутки, учитывая возможности «Дедала» в совершении орбитальных манёвров.

– Зона C окажется под нами завтра в 13.37, – окончив расчёты, сказал второй пилот.

– Значит, через две с половиной недели мы сможем полностью развернуть обе базы: и основную, и озёрную, – подытожил Егор.

– Если мы не хотим пропустить завтрашнее окно и потерять неделю, нужно начинать готовиться прямо сейчас, – убирая планшет, сказал Рик Харрис.

– Согласна, – кивнула Даша. – Тогда предлагаю на этом совещание закончить. Рик, – она посмотрела на него, – готовь «Дедал». Да, ещё нам нужно провести ревизию груза, что есть сейчас в челноке. Добровольцы будут?

– Я этим займусь, – поднял руку Джейсон Ву.

– Я помогу, – сказал Юхиро Ямагути.

– Хорошо, тогда группа управления сейчас же начнет готовить «Армстронг» к консервации, – подытожила командир. – Все свободны.

Покинув кают-компанию, я, Даша, Кусто и Вильямсон отправились на мостик. Уже завтра мы погрузимся в челнок и спустимся в нём на поверхность Титана. Всё это время, пока мы будем там внизу, «Армстронг» будет предоставлен сам себе, в одиночестве кружась по орбите этого далёкого мира. Нам следовало подготовить корабль к этому, минимизировать энергопотребление, отключив большую часть систем, оставив лишь необходимый минимум.

Процедура подготовки к консервации не отняла много времени, мы быстро прошлись по инструкции, вырубив всё, что могло выйти из строя за время нашего отсутствия, за исключением гравитационных центрифуг и, разумеется, системы жизнеобеспечения, которые надлежало выключить непосредственно перед отлётом.

Через пару часов пришли Ямагути и Ву, отчитались Даше об оборудовании, находящемся сейчас на борту челнока. По документам выяснилось, что нужна перегрузка: в данный момент в его грузовом отсеке находились три малых жилых модуля, в то время как для строительства основной базы нам требовалось два больших. Это не было ошибкой со стороны людей, готовивших наш полёт. Дело в том, что изначально база планировалась одна, а малые купола были значительно проще в возведении, именно их и предполагалось устанавливать первыми. Как бы то ни было сейчас, расклад несколько поменялся.

***

Я вновь стоял на пороге внешнего шлюза, как и пару месяцев назад, готовый шагнуть в пустоту космоса. В этот раз, правда, перед моим взглядом предстала не привычная уже чёрная бездна, а картина несколько более необычная —гигантский жёлтый шар Титана. Отсюда, с высоты пяти тысяч километров, он походил на какой-то странный, исполинский фрукт, висящий в пустоте. Там, за его непроницаемой взгляду жёлто-оранжевой кожурой облаков, простирался холодный, чуждый нам мир, где шли метановые дожди и текли реки жидких углеводородов. Совсем скоро нам предстояло окунуться в этот ледяной ад, но это должно было случиться завтра, а сейчас же мне надлежало немного побыть космическим грузчиком. Даша находилась рядом, в небольшой герметичной кабине, примыкавшей к центральной секции нашего межпланетника. Кабина имела форму сферы для лучшей обзорности, и именно из неё происходило управление всеми погрузочно-разгрузочными работами снаружи корабля.

– Я вышел, – выплывая из шлюзового отсека, сообщил я.

– Поняла, наблюдаю тебя, – ответила Даша.

– Направляюсь в сторону «Дедала».

Я включил управление реактивным ранцем, развернулся и дал импульс в сторону кормы. Плавно обогнув корабль, оказался на другой его стороне. Титан медленно плыл под ногами, высоко в чёрном небе крошечной точкой сияло Солнце. Я подлетел к челноку и завис возле его носа.

– Открываю грузовой отсек, – сообщила Даша.

Совершенно беззвучно, будто в старом немом фильме, створки отсека отошли в сторону. Имея длину порядка восемнадцати метров и ширину около четырёх, он, разумеется, не был герметичен. Примерно с десяток контейнеров разных размеров были закреплены на специальных рельсовых направляющих в полу, кроме того, в кормовой части, возле откидной аппарели, размещался ровер – восьмиколёсный вездеход с прицепом, который должен был стать нашим основным средством передвижения по поверхности Титана.

Следующие полтора часа мы занимались тем, что перемещали груз между «Дедалом» и «Армстронгом». Даша виртуозно орудовала длинной телескопической рукой манипулятора, подцепляя и перетаскивая контейнеры из внешних грузовых отсеков корабля в трюм шаттла одного аппарата в другой. Я же координировал её действия и закреплял груз на новых местах при помощи специальных винтов и растяжек. Помимо прочего, нам приходилось следить за балансировкой – нельзя было допустить чрезмерного смещения центра тяжести «Дедала», так как это могло привести к потере управления в атмосфере.

Наконец после без малого двух часов интенсивного физического труда работа была сделана. Нам оставалось лишь убедиться, что мы нигде ничего не напутали. Даша называла номера контейнеров, которые должны были сейчас находиться в грузовом отсеке «Дедала», в то время как я проверял их фактическое наличие.

– А15.

– А15 есть, – ответил я.

– А17.

– Секунду. – Я сдал слегка назад и обогнул контейнер с противоположной стороны. Подсвечивая себе путь нашлемным фонарём (мы сейчас летели над ночной стороной), подобрался к табличке с номером.

– А-семнадцатый здесь, – сверившись с надписью на боку контейнера, ответил я.

– D1.

Я развернулся и посмотрел в другой конец грузового отсека.

– Да, вон он, я вижу его отсюда.

– D2.

– Закреплён прямо рядом с A10

– Отлично. Кажется, ничего не забыли, – сказала Даша – Можешь возвращаться.

– Понял тебя, сейчас, дай только отдышаться, – ответил я.

Мне приходилось много двигаться, и в скафандре стало слегка жарковато, на лбу проступила испарина. Я промокнул пот специальной губкой, закреплённой на внутренней стороне шлема, ухватил губами трубку питьевой системы, втянул в себя слегка солоноватую воду. Глянув на индикатор остатка топлива в реактивном ранце, я увидел, что в баках осталось чуть больше пятидесяти процентов.

– Федь, я закрываю створки, тебе лучше уйти оттуда, если не хочешь остаться внутри, – раздался в наушниках голос Даши.

– Да, сейчас.

Я подтянулся к одному из грузовых контейнеров и, слегка толкнувшись ногами, придал своему телу ускорение в сторону от челнока.

– Я снаружи, – вылетев из грузового отсека шаттла, сообщил я.

– Принято, закрываю.

Две гигантских двери под моими ногами сомкнулись, надёжно запечатав свое содержимое.

Я медленно дрейфовал прочь от корабля, отдыхая и любуясь завораживающей картиной: гигантский Сатурн, выглядевший с такого расстояния раз в пять крупнее земной Луны, завис над тёмным горизонтом Титана, опоясанный своими кольцами. Глядя на эту картину, я подумал о том, каких невероятных вершин достигли мы, люди, добравшись сюда, и как же бездарно мы всё просрали, сами себя уничтожив. Что будет теперь? Сможем ли мы выжить как вид или канем в Лету подобно динозаврам?