Александр Чиненков – Честь вайнаха (страница 19)

Он подошёл к ящикам и открыл один из них. Внутри лежали несколько снарядов без боеголовок. «Фугасы, – сразу же узнал их Болотников. – Мощные, но бесполезные без взрывателей снаряды. Значит… Использовать их как взрывчатку нельзя. Может быть, для специалиста это возможно, но у меня не хватает на то профессиональных знаний…»

Привыкшими к полумраку глазами он более внимательно осмотрел подвал. В углу, чуть в стороне от железной двери, увидел красные газовые баллоны, накрытые куском брезента. «А вот это подойдёт для взрыва подвала, – подумал он. – Интересно, сколько их?»

Болотников пересчитал баллоны – пять пустых, а десять заполнены газом. «Запасливый старик, – подумал он об Алихане. – Наверное, раз и на весь год в свой дом газ завозит. Вот только и их взорвать будет сложно. У меня даже спичек нет в наличии…»

Дальнейший осмотр ничего не дал. Подвал был заполнен корзинами и всякой всячиной, которую использовать уже нецелесообразно и выбросить жаль. «Да-а-а, дела мои плохи, – подумал уныло капитан. – Здесь я беззащитен как ребёнок…» И вдруг…

– Эй, ты, крыса подвальная, открывай! – услышал он окрик над головой, затем кто-то стал колотить по крышке подвала чем-то тяжёлым. – Я тебе ещё двоих на подселение привёл!

«Это Габис, – подумал Болотников, чувствуя, как сжимается в груди сердце и холодеют внутренности. – Однако быстро он меня нашёл. Ха, а что меня, собственно, было искать? Кроме подвала, мне бежать было некуда…»

Ну а дальше между ним и главарём боевиков произошёл разговор, который ещё больше встревожил капитана. Габис давил, угрожал, а он огрызался и отвечал на угрозы своими угрозами, которые совсем не действовали на амира, который намёками подчёркивал, что ему ничего не стоит проникнуть в подвал. К тому же Габис был уверен, что находящиеся в подвале снаряды Болотникову не взорвать.

«Похоже, что, спрятавшись в подвал, я сам себя загнал в ловушку, – сделал печальный для себя вывод капитан. – Боевики уверены, что я никуда отсюда не денусь, и… Им пока ещё не до меня. А когда, спасаясь от федералов, они сами все залезут в подвал, вот тогда…»

Когда из разговора с главарём боевиков капитан понял, что он собирается «подселить» к нему Алихана с внуком, в его голове и вовсе всё перевернулось с ног на голову. «Для чего Габис это делает? – думал Болотников. – Не иначе какая-то уловка. Бандит что-то задумал или он просто глупец, не видящий ничего дальше собственного носа?»

Так и не поняв логики, которой руководствовался Габис, капитан решил впустить в подвал старика и его внука. «Я не знаю, для чего бандит это делает, – подумал он, – но я не могу не впустить Алихана и Арсу. Пусть он застрелит меня сразу, как только я открою вход, или убьёт нас всех вместе, бросив гранату, всё равно конец один. Так стоит ли ломать голову над „спасением“, которого всё равно не будет?»

Едва он отодвинул засов, Габис втолкнул в проход сначала старика, а затем сбросил едва живого юношу. Амир с усмешкой захлопнул крышку, которую Болотников тут же снова запер на засов.

4

Алихан сам спустился в подвал по каменной лестнице, а вот Арса… Юноша буквально скатился по ступенькам вниз. Капитан сразу же поспешил к нему. Встав на колени перед стонущим Арсой, он внимательно ощупал его тело.

– Ну? Что с ним? – озабоченно поинтересовался Алихан, присаживаясь рядом.

– Не берусь утверждать, но переломов я не нахожу, – ответил Болотников. – Рёбра целы, руки-ноги тоже… А вот шея… Шея отекла, воспалены мышцы и лимфоузлы. Это Габис его так? Но за что?

– Внук вступился за меня и выстрелил в этого бешеного шайтана, – глухо ответил старик.

– А за что Габис напал на тебя? – поинтересовался капитан, вставая с колен.

– За то, что увидел мёртвого араба и не нашёл в комнате тебя, – сказал Алихан, тоже выпрямляясь. – Он взбесился, набросился на меня, и тут вошёл Арса… Внук выстрелил и ранил шайтана в грудь. За это Габис чуть не задушил его.

– Но почему он не убил вас? – воскликнул удивлённо Болотников. – Такой зверь, как он…

– Он не может убить нас, – не дослушав капитана, стал задумчиво отвечать Алихан. – Мы его заложники. Ты, наверное, понял, что происходит на улице?

– Да, – кивнул Болотников. – Я даже видел в окно кружащий над домом вертолёт, а затем… Затем рухнул потолок. Я успел перепилить цепочку и спасся, забравшись под кровать. А вот араб… Ему не повезло. Его…

– Я видел его тело с куском шифера в груди, – вздохнул Алихан. – Собаке собачья смерть. Шайтан взбесился, увидев араба мёртвым. Не найдя рядом с ним тебя, он обрушил свой гнев на мою голову.

Удручённый старик с минуту помолчал и продолжил:

– И ты, и мы живы потому, что этот бесноватый Габис надеется с нашей помощью выскользнуть из рук федералов. И он не собирается прикрываться нами во время штурма дома войсками, а хочет, чтобы я вывел его через проход в скале.

– А что, действительно существует такой проход? – оживился капитан.

– Существует, – слегка поморщившись, ответил Алихан. – Но вход в него заложен камнями, и, кроме меня, никто не знает, где он.

– А как Габис узнал о проходе? – ещё больше заинтересовался Болотников. – Он же даже не дальний родственник вам.

– Мой бестолковый внук Арса проболтался, – ответил Алихан. – Шайтаны опоили его вином, вот он и рассказал им про проход. Потому они и пришли в мой дом и притащили с собой полудохлого араба.

– Габис сам лично интересовался у тебя о проходе? – спросил капитан. – А может быть, силой пытался выпытать его местонахождение?

– Нет, шайтан знает, что из меня калёным железом ничего не вытянуть, – вздохнул Алихан. – А теперь он задумал вызнать о проходе хитростью.

– Интересно, как? – округлил глаза Болотников.

– Я, конечно, состарился, но мозги мои ещё не высохли совсем, – хмуря лоб, заговорил Алихан. – Тебя и нас с внуком он не убил и собрал здесь потому, что задумал хитрость. Тебя не тронул, чтобы ты стал уговаривать меня указать место, скрывающее проход. Арсу не убил потому, что в случае его смерти я бы ни за что не указал ему на проход. И ещё ты здесь живой потому, что начнёшь разбирать камни в том месте, на которые я укажу. Вот тут Габис и собирается застать нас врасплох.

– Да-а-а, дед был прав, рассказывая мне о твоём поразительном уме и уникальной находчивости! – прошептал восторженно капитан. – Теперь я и сам убедился, что так оно и есть!

– Я всегда любил разгадывать немецкие головоломки, – вздохнул Алихан. – И ошибался редко. Вот и сейчас я уверен, что разгадал планы Габиса, и… Я перестану себя уважать, если не перехитрю его.

– И что, ты уже знаешь, как это сделать? – напрягся Болотников.

– Да, я знаю, что надо делать, – ухмыльнулся, щурясь, старик. – Шайтанам никогда не перехитрить бывалого разведчика.

– А со мной ты не поделишься своими планами? – осторожно поинтересовался капитан.

– Поделюсь, но только частично, чтобы не наломал дров, – остудил его пыл Алихан. – Я собираюсь стать вершителем судеб вторгшихся в мой дом шайтанов. Только от меня будет зависеть, останутся они жить или отправятся в ад. И это уже наступит скоро! Готовься, ты станешь не только свидетелем, но и участником моей боевой операции. А сейчас… Сейчас иди, громко стучи в дверь и зови сюда главного шайтана Габиса. Я подготовил ему такую наживку, которую он проглотит с радостью…

Главарь боевиков явился незамедлительно, как только Болотников постучал в дверь и позвал его. В подвал он вошёл с независимым видом знающего себе цену боевого командира, но в его глазах сквозили растерянность и надежда на благую весть, которую он ожидал услышать от упрямого, несгибаемого старика чеченца.

– Ну и… что там? – встретил его Алихан неожиданным вопросом. – Слышу гудение внизу… Это федералы съезжаются сюда на боевой технике?

– Пусть так, тебе-то что? – недовольно буркнул Габис.

– А вертолёты ещё не прилетели? – хмыкнул насмешливо старик.

– Думаю, что уже вот-вот будут, – хмуря лоб, ответил Габис. – Ты зачем меня позвал? Чтобы задавать эти глупые вопросы?

– Да так, любопытство берёт, – вздохнул Алихан. – Я вот раздумываю над тем, выполнить или нет твои требования.

– И? Долго ты собираешься раздумывать? – исподлобья глянул на него Габис. – Прозреешь, когда федералы войдут во двор и схватят тебя за бороду?

– Если войдут и схватят, то не меня, а вас, шайтанов, – покачал укоризненно головой Алихан. – У федералов не ко мне, а к вам вопросов много накопилось, и ответ держать вам, а не мне.

– Короче, чего ты хочешь, старик? – теряя терпение, начал нервничать Габис. – Держать ответ за что-то я собираюсь только перед Всевышним, а ты… Не ходи вокруг и около, а переходи к делу.

– Будь по-твоему, к делу так к делу, – пожимая плечами, сказал Алихан. – У тебя автомат, значит, ты здесь главный. А у меня вот оружия нет, но я осмеливаюсь в ответ на твои выдвинуть свои требования.

– Чего-о-о? – округлил глаза Габис. – Ты что, с ума спятил, шакал старый?

– Не хочешь слушать, так сразу убей меня, – повышая голос, сказал Алихан. – Иначе разговора у нас не получится.

Главарь боевиков сначала покраснел от душившей его досады, затем побледнел. А когда его лицо приняло пепельный оттенок, он, перешагивая через свою гордыню, вынужденно выдавил:

– Ну? Говори свои требования, старик.

– Хорошо, слушай, – кивнул Алихан. – Русский доктор рядом, я его вижу, мой внук тоже недалеко. А где же моя дочь, Лиза? Ты сказал, что она тоже здесь и, как и мы, взята тобой в заложники.