Александр Чернов – Чужая свадьба (страница 2)

Вторая гостья – высокая брюнетка с тонкой талией – была лет на пять старше своей подруги. Лицо у нее было миловидным, волосы удлиненными, во всем облике сквозила какая-то то ли покорность, то ли обреченность. Об этом свидетельствовали и безвольно опущенные плечи, и усталая улыбка, и грустный взгляд больших карих глаз. Одета скромно: в ношенную, очевидно, не один сезон легкую курточку, черный шерстяной костюм и светлую блузку с повязанным вокруг шеи бантом.

– Мы хотели прийти пораньше, как договаривались, чтобы помочь вам, – с порога затараторила блондинка, – но шеф отпустил нас с работы лишь два часа назад. А этого времени, Витенька, сам понимаешь, женщине едва хватит на мейкап, прическу и переодевание. Но мы с Ильмирой сейчас же подключимся и быстренько накроем на стол.

– Помощь ваша не потребуется, – заявил Нечаев. – Ольга управилась со всем сама.

Блондинка сделала большие глаза и вполголоса шутливо воскликнула:

– Какое счастье, что хоть сегодня у меня сохранится маникюр! Обожаю приходить прямо к столу!

– Люда шутит, – тихим грудным голосом призналась Ильмира. – Наверняка и нам есть чем заняться. Мы готовы!

– Для Люды и ее маникюра будет особая работа, – хохотнул Виктор. – Мытье посуды и стирка салфеток.

Блондинка, с интересом осматривавшая прихожую, обитую каким-то диковинным материалом, скорчила гримаску и хотела, видимо, язвительно ответить, но в этот миг в прихожую вплыла Берикова и категоричным тоном заявила:

– Никто ничего в этом доме делать не будет! Я пригласила гостей, и это моя обязанность накрывать и убирать со стола, а уж посуду помоем в полудомойке.

Блондинка показала Виктору язык и, обращаясь к хозяйке, защебетала:

– Мы доставляем вам столько хлопот, столько хлопот! А это все Виктор! Хотели вот отметить Международный женский день на работе, но он заявил, что будем праздновать только у вас! Он якобы приготовил какой-то сюрприз. Держал его в тайне, а вот сегодня мы о нем узнаем. Правда, Витя?

– Правда, правда, – отмахнулся Нечаев и указал на блондинку. – Кстати, вот эту молчаливую особу зовут Людмила. Она главный и единственный бухгалтер нашего магазина. Ильмира – продавец. Ну и разрешите представить вам гостеприимную хозяйку квартиры – Ольгу Есеновну Берикову.

– Давайте без отчества, просто Ольга, – сказала Берикова и широко распахнула створки двери в гостиную. – Проходите, девочки, устраивайтесь! А Виктор включит вам музыку.

Следующая пара гостей прибыла полчаса спустя.

Шумный импозантный мужчина лет тридцати пяти с крупными чертами лица и жесткими темными волосами, торчащими надо лбом, как козырек кепки, вручил Ольге букет цветов и, поцеловав ей ручку, представился:

– Олег Вениаминович Кадамов! – Держался он уверенно, с достоинством.

– Между прочим, директор нашего магазина! – добавил вошедший в прихожую Виктор. – А это завскладом – Фефелев Анатолий Владимирович.

Мужчина пенсионного возраста, смахивающий на надутого индюка, пригладил росшие по бокам лысого черепа волосы, число которых не превышало двух-трех десятков, важно раскланялся и передал Нечаеву две бутылки с темно-красным, почти черным напитком.

– Вино собственного изготовления. – Голос у него был звучным, хорошо поставленным, с начальственными нотками.

– Анатолий Владимирович винодел, – пояснил Ольге Нечаев. – В подвале его гаража маленький винзавод. Шутка, разумеется. Прошу всех к столу! – Виктор сделал широкий жест. – И где же это наша молодежь запропастилась?

– Подойдут позже, – ответил директор. – День предпраздничный, торговля идет бойко. Бизнес превыше всего, Витя. Пусть немного поработают.

Когда гости расселись, Кадамов поднял фужер с шампанским.

– За милых дам! – провозгласил он тост, затем нагнулся, достал из-под стола неизвестно как оказавшийся там пакет с подарками и вручил их женщинам.

– Какая прелесть! – раскудахталась Людмила, вертя в руках сверток в целлофановой обертке.

После третьей рюмки гости заметно оживились, а к тому времени, когда заявилась последняя партия гостей, пир был в самом разгаре.

Рыжеволосой Татьяне, девушке на выданье, с густонакрашенным привлекательным лицом, Кадамов тоже вручил сверток, усадил рядом с собой и принялся потчевать.

Саша – мужчина за тридцать лет, с бегающими светло-голубыми глазками, острым носом и пышными усами, маскирующими тонкие губы, опрокинул в себя сразу полстакана водки и закусил огурцом.

– Завтра работаем, шеф? – спросил он у Кадамова.

– Разумеется! – Директор подцепил вилкой шпроту и отправил ее в рот. – У людей праздник, а у нас, как всегда, рабочий день… А ты, Игорек, ешь, ешь, не стесняйся! – он фамильярно похлопал по плечу нескладного круглоголового паренька призывного возраста с узкими плечами и прыщеватым невыразительным лицом.

Парень не стеснялся – ел за троих.

Нечаев встал с бокалом шампанского. Вид у него был сконфуженный и глуповатый.

– Друзья!.. Гм-гм… В общем, мы с Ольгой вчера подали заявление в загс!..

– Ага! – заорал захмелевший директор. – И ты держал это в тайне? Еще друг называется!

Остальные члены застолья в силу своего темперамента реагировали не так бурно, однако тоже, казалось, искренне обрадовались.

– Когда свадьба? – спросил Саша. Он себе ни в чем не отказывал и по количеству выпитых рюмок был уже далеко впереди всей честной компании.

Нечаев отпил шампанского, поставил фужер на стол.

– В следующем месяце. Пышной свадьбы не будет, придут человек тридцать. Вы все в числе приглашенных.

– Ура! – завопил Кадамов. Вел он себя очень развязно.

– За молодых! – предложила Ильмира.

– Горько! – пробасил Фефелев.

Все нестройно чокнулись, а Виктор привлек к себе Ольгу и звучно чмокнул ее в губы. Потом достал из кармана небольшую коробочку и раскрыл ее. На черном бархате блеснул драгоценный камень, вправленный в кольцо.

– Какая прелесть! – воскликнула Берикова и хлопнула в ладоши.

– Это тебе! – Под одобрительные возгласы присутствующих Нечаев протянул Ольге подарок и, чтобы скрыть смущение, подтрунивая над самим собой, добавил: – В знак моей безграничной любви и преданности.

Берикова тут же надела колечко на безымянный палец и, отведя руку в сторону, полюбовалась им.

– Танцуют молодые! – неожиданно прокричал директор и громко захлопал в ладоши. – Просим! Про-осим!

Отодвинув стул, Саша ринулся к музыкальному центру. Дивно запел саксофон. Под жидкие аплодисменты Берикова выплыла на середину зала и грациозно сложила свои красивые белые руки на плечах подоспевшего Нечаева. Пара задвигалась в такт музыке. Присутствующие стихли. Внимание мужчин приковывал смелый разрез на платье Ольги, из которого выглядывала стройная ножка, соблазнительно обтянутая колготками. Внимание женщин было сосредоточено на итальянском столовом гарнитуре, французской мягкой мебели, коврах, дорогих портьерах. Завидная невеста Ольга Есеновна!

– Ты сегодня останешься у меня? – покачиваясь на волнах сладко звучавшей музыки, спросила Берикова у Виктора. Саксофон пел громко, поэтому парочка могла не опасаться, что их услышат гости.

Нечаев сцепил за спиной партнерши руки и крепко прижал ее к себе.

– А ты хочешь, чтобы я остался? – шепнул он ей на ушко.

– Не заставляй меня первой признаваться тебе в своих желаниях, – тоном капризной девочки сказала Ольга. – Ты же прекрасно знаешь, что хочу!

– Тогда останусь.

– И вообще, когда ты насовсем переедешь ко мне?

Тему переезда молодые еще не обсуждали. Разумеется, Виктор был рад предложению невесты, но предпочел поломаться. Он изобразил на лице недоумение.

– Ты хочешь, чтобы мы жили у тебя?

– Нет, конечно! – тоном, не лишенным сарказма, ответила Берикова. – Я хочу, чтобы мы оставили мою благоустроенную квартиру и переехали жить в твою однокомнатную халупу, что досталась тебе от твоей бывшей благоверной.

– Не язви! – рассмеялся Нечаев и, пользуясь тем, что в этот момент партнерша находилась лицом к гостям, ущипнул ее пониже спины.

– Так когда же? – сохраняя серьезность, спросила Ольга.

– После свадьбы.

– Послушай! – с притворным возмущением воскликнула Берикова. – Кто, в конце концов, из нас должен изображать целомудренную невесту – ты или я?!

– Ты, – признался Нечаев и наконец сдался: – Ладно, завтра же перееду.

Зазвучала ритмичная музыка. Гости вскочили с мест и пустились в пляс. Пол задрожал от топота, на столе зазвенели рбмки, а у соседей этажом ниже наверняка закачалась люстра.

Виктор воспользовался моментом и улизнул в кухню покурить. К нему присоединился директор. Через пару минут он потушил сигарету и зашел в туалет. В узкой тесной комнатушке с низким потолком пахло гарью. Выйдя, Кадамов столкнулся в коридоре с Ольгой. Она несла поднос с громадным тортом, украшенным всевозможными завитушками и розочками.

– Где-то что-то горит! – сообщил директор.

– Бомжи в подвале огонь развели, – Берикова подняла торт повыше, чтобы не задеть начальника жениха, и протиснулась в прихожую. – Когда-нибудь эти бродяги спалят весь дом!

Заметив Нечаева, Кадамов подозвал его.