Александр Черевков – Странные истории (страница 16)
Хорошо, что вовремя спохватился. Ни дал волю своему языку, который готов разболтать что угодно, лишь бы навредить разуму. После того, как все мои проблемы, связанные с бывшей работой в столярной мастерской, почти закончились.
Долги по зарплате передо мной со стороны Мишеля стали равны нулю. Если так можно сказать о том, что Мишель обещал мне и Людмиле о постепенной выплате всей задолженности, которую Мишель разбил на банковские чеки по месяцам.
Единственным спорным месяцем был апрель месяц, который Мишелю хотелось списать под яко бы прошедшую оплату. Хотел представить меня и Людмилу в дураках, которые ничего не понимают в бизнесе, а также в зарплате.
Однако у меня были основные козырные карты, тлуш маскорет (сведения о зарплате), а также банковские чеки за март и май месяц проходили через наш банк. В то время как за апрель месяц никакие сведения по оплате долга в банке не проходили.
Поэтому никаких шансов на обман у Мишеля не было. Не думаю, что Мишель такой дурак, что допустит до мирового суда разбирательство по остатку не выплаченной зарплаты. В этом у Мишеля никаких шансов на победу нет. Могу затребовать с него материальный убыток в десять тысяч шекелей и больше. Хотя в нашей повседневной жизни бываю совершенно противоположные стороны наших спорных вопросов. Дальше покажет время.
4. Израильский суд.
Израиль сильно отличается от Советского Союза, в котором мы родились и выросли. Совсем не знаю, как вам рассказать о различии между такими государствами.
Надо прожить десятки лет в Израиле, чтобы понять различия между государствами и народами двух совершенно разных стран, которые населены не только народами с различными вероисповеданиями, но также совершенно иными взглядами на нашу обычную жизнь.
Прожил в Израиле много лет, но до сих пор никак не могу привыкнуть к местным порядкам и вкусам. Например, в Советском Союзе в автобус входили через заднюю дверь, а в Израиле посадка в автобус идёт через переднюю дверь.
Если в Советском Союзе в автобус входили старики, инвалиды, маленькие дети или беременные женщины, то все уступали им своё место в автобусе. В Израиле часто можно увидеть, как старый человек с костылями стоит в проходе автобуса, а рядом сидит молодой человек и не уступит старику своё место.
Даже стоящая беременная женщина в проходе автобуса обычное дело в Израиле. Хотя рядом со стоящей беременной женщиной могут сидеть девицы и парни по возрасту, как дети у беременной женщины.
Не буду говорить о нравах и вкусах местных жителей в Израиле, так как вам всё равно не понять того, что вы никогда не видели и не пережили в совершенно противоположном понятии обычной повседневной жизни людей.
Одно лишь могу сказать, что в Израиле надо, прежде всего, выжить, чтобы после научиться жить. Если новый репатриант (олим ходашим) не устроил с первых дней свою жизнь в Израиле, то в скором времени такой новый репатриант может очутиться в среде бомжей или утопленников в Средиземном море.
Сложнее всего в Израиле найти себе хорошую работу, от которой зависит благополучие нового репатрианта. Вся жизнь в Израиле поставлена на деньги. Здесь продают и покупают все, что не движется или движется.
Можно купить бизнес, жилье, транспорт и даже власть. Если конечно у тебя имеются огромные деньги. Ну, а если у тебя нет денег, то ты продаёшь себя на бирже труда, чтобы выжить за прожиточный минимум.
Так было со мной первые семь лет жизни в Израиле. Постоянно продавал себя на бирже труда местным работодателям. Часто стоял в очередях лишкат авода акадимаим (государственное бюро трудоустройства с высшим образованием) или коахадам (частное бюро трудоустройства).
Рад был любой работе, которую предлагали мне в государственном или в частном бюро трудоустройства. За мизерную плату вкалывал по двенадцать часов в сутки.
Иногда бывало так, что самостоятельно находил себе работу в какой-нибудь маленькой мастерской, в которой хозяин обещал хороший заработок и не тяжёлую работу.
Конечно, хозяин обещал хороший заработок и лёгкую работу. Но как говориться, что даже в мышеловке сыр не бывает дешёвым. За сыр надо платить свободой.
Зачастую у нового хозяина оказывался тяжёлый физический труд за малую оплату. Однако деваться было некуда. Мог обратно остаться без работы и без куска хлеба к столу. Поэтому оставался работать добровольно принудительно. Пока хватало терпения испытывать постоянное издевательство хозяина над собой рядом с тяжёлой многочасовой работой.
Такое со мной случалось довольно часто. Чаще сам уходил от такого хозяина. Не ждал, пока мне скажут "ле ха байта" (иди домой). То же самое, что по-русски "Пошёл вон!".
Так в Израиле увольняют с работы. Но самое подлое даже не в этом, что тебя выгонят с работы как не нужную собаку. Подлее то, что ты не можешь ответить бывшему хозяину словом и кулаком. За мат по-русски ты можешь остаться без своего последнего заработка.
За мордобитие тебя могут посадить в тюрьму и одновременно оштрафовать в пользу пострадавшего хозяина, который может объявить в суде такой моральный штраф в деньгах, что так придётся вкалывать бесплатно на этого хозяина всю свою или его оставшуюся жизнь.
Смотря на то, кто из двоих раньше загнётся. Так в Израиле творится полное беззаконие. Оставшись в очередной раз без работы, не нашёл себе работу ни в государственном и ни в частном бюро трудоустройства.
12 ноября 1996 года пошёл в поисках работы на «Северную промышленную зону», которая находится в Ашдоде в шести километрах от моего дома.
Из-за экономии денег вообще ни езжу на общественном транспорте по городу и пригороду. Всюду хожу лишь пешком. Прогулка полезна одновременно моему карману и здоровью.
При входе в «Северную промышленную зону» с левой стороны от дороги построили новое четырёхэтажное здание, в котором разместились различные офисы и мастерские.
Решил попытать свою удачу в поисках работы в этом новом здании со странным названием «KIA».
Наверно, по одноименному названию фирмы корейского завода по выпуску легковых автомобилей, которые решили продавать в одном из салонов выставки на первом этаже в новом здании?
Заглядывая во все подряд помещения с вывесками мастерских, наткнулся на вывеску с русским названием столярной мастерской «Алекс-плюс». Тут же открыл дверь столярной мастерской.
Сразу очутился, в огромном помещении. Зал столярки, как современный спортивный зал новой русской школы. С элементами советского института по спортивной гимнастике.
С той лишь разницей, что вместо спортивных снарядов в этом огромном зале находились станки по обработке материалов из древесины и последующем изготовлении различной мебели для нужд населения.
– Мы вас внимательно слушаем? – обратились ко мне двое парней, один высокий и худой, а другой толстый.
– Ищу себе работу. – сразу, выпалил свою проблему. – Живу в Израиле три года. Здесь постоянно работаю столяром.
– Нам нужны столяры. Мы недавно открыли мастерскую. – сказал толстяк. – Меня зовут Александр Семенов.
– Меня зовут Александр Фридман. – протягивая руку, назвал себя высокий парень. – Мы вас берём к себе работать.
– Приятно познакомиться! – крепко, пожимая руки, Александрам, назвал себя. – Меня зовут Александр Черевков.
– Как бы нам не пришлось поменять название своей столярной мастерской. – удивлённо, сказал Александр Семенов. – Трио Александров само собой напрашивается на новое название нашей столярной мастерской.
– Может быть, так и случиться? – одобрительно, поддержал, идею Александра Семенова. – Поработаем, посмотрим. Однако втроём нам будет очень сложно освоить такой огромный парк станков и оборудования.
– Почему, это втроём?! – удивлённо, спросил вошедший парень среднего роста. – Меня вы забыли, что ли?
– Знакомься! Сергей из Питера. – сказал мне, Александр Фридман. – Он сторож и рабочий в одном лице.
– Все услуги сразу всего за одну зарплату. – смеясь, сказал Сергей, протягивая мне свою мозолистую руку.
– Но! За то за какую зарплату! – удивлённо, сказал Александр Семенов. – Другие могут ему позавидовать.
– Думаю, что к таким рабочим относиться не буду. – шутя, сказал. – Надеюсь, что моя зарплата достойной.
– Все, сэр, зависит лично от вас. – ответил мне, Александр Фридман. – Какая работа, такой заработок ваш.
– Вы, наверно, взяли кредиты на приобретение большого станочного парка? – сказал. обоим хозяевам, показывая на станки. – Такой большой станочный парк надо обрабатывать большой работой. Знаю по своему бизнесу в Таджикистане. Если у вас не будет постоянных, больших заказов, то вы вскоре станете полными банкротами.
– Мы тоже прекрасно знаем свой бизнес. – сказал Александр Семенов. – У нас, поэтому имеется собственный агент художник-дизайнер по мебели, который ездит по всему Израилю, предлагает наши столярные работы.
– Между прочим, тоже художник-дизайнер по мебели. – сказал тёзкам. – Могу пригодиться вам в таком качестве.
– Обязательно учтём при совместной работе. – сказал Александр Семенов. – Сегодня начинаем работать.
В первый же день нашего знакомства словно предсказал будущее банкротство столярной мастерской «Алекс-плюс». Мы все четверо работали на износ, чтобы удержать на плаву столярную мастерскую.
Весь световой день крутились мы, как белки в колесе не только за работой в столярной мастерской, но также над эскизами в разработке новой современной мебели.