Александр Быченин – След Химеры (страница 84)

— Вот это уже интересно!

— … а еще реже бывает так, что проникновение неединичное, причем в относительно короткий временной промежуток. Короткий в космических масштабах, естественно.

— Миллион лет? Миллиард?..

— Тысячелетия.

— Надеюсь, вы оперируете моим понятийным аппаратом?

— А у тебя остались в этом какие-то сомнения?

— В мозги мне залезли?

— Просканировали, пока ты гулял по виртуалу. Так это у вас называется. Это было необходимо. В противном случае мы не смогли бы осуществить вербальный контакт. Ни одна из составляющих нашей мультиличности не обладала необходимыми знаниями.

Ага! Значит, вы сюда загремели еще до Исхода!

— Нам понятно, какое именно событие обозначено данным идентификатором. Ответ положительный. Будут еще несущественные вопросы?

— А как же!

— Мы готовы ответить.

— По ходу разберемся.

— Хорошо, — склонил голову «Грег». — Тогда вернемся к концепции проникновения чужеродных объектов в другие Вселенные. Как ты думаешь, Денис, что произойдет с системой, когда в нее внедрится инородное тело?

— Развалится, ясное дело.

— Это крайний вариант. Еще?

— Ничего не произойдет.

— Это тоже крайний вариант, только с противоположным знаком. Еще?

— Система его «переварит», встроив в себя.

— Это положительный исход, благоприятный скорее для системы, нежели для инородного тела. Еще?

— Чужеродное тело подстроит систему под себя, но не разрушит ее, — вздохнул я. — Если, конечно, у системы имеется изрядный запас прочности, например, если она гораздо масштабнее инородного тела. Чего вы из меня банальности вытягиваете? Неужели сразу сказать нельзя было?

— Мы хотели, чтобы концепция прозвучала из твоих уст. Чтобы ты ее полностью осознал.

— Хорош уже Грегори копировать! Это они с кэпом считают, что я еще молод и горяч, а иногда даже туп. Надоело.

— Мы приносим извинения. Кажется, это подходящий ритуал для данной ситуации?

— Более чем. Дальше что?

— Мы практически добрались до главного. Немного терпения, наш юный друг.

— Опять Грега врубил?!

Мне почудилось, или эта пятнистая хрень несмотря на полное отсутствие глаз окинула меня очень хорошо знакомым ироничным взглядом? М-мать, у них еще и чувство юмора имеется! С такими, пожалуй, наладишь контакт…

— Больше не будем, — повинился «Грег». — Так вот, о главном. Совсем недавно, всего двести двадцать семь лет назад, имело место такое проникновение. В нашу Вселенную проник объект из какой-то другой Вселенной. Мы не знаем, как именно он это проделал. Мы также понятия не имеем, на какие энергетические затраты пошел объект, чтобы пробить условную «стену» между Вселенными. Назовем ее Барьер. В вашей науке физике на нынешнем этапе развития точного определения для Барьера нет. Можем лишь сказать, что это некая граничная область, в которой осуществляется сложнейшее взаимодействие между пространством и временем — они замкнуты сами на себя, образуя сферу…

— Точно сферу? Может, тор?

— Не точно. Право на существование имеют обе гипотезы. Но мы предпочитаем оперировать понятием «сфера». Так вот, граничная область…

— Вы имеете в виду сингулярность? Ту точку, из которой взял начало Большой Взрыв?

— Очень грубо приблизительно. Мы бы сказали, весьма отдаленно. Но более точного определения привести не можем.

— Да и бог с ним…

— Ты веришь в трансцендентные сущности, Денис?

— Ну… верю — это слишком громко сказано. Скорее, допускаю их существование. А вам это зачем?

— Вера — понятие иррациональное. Но оно может послужить препятствием для достижения взаимопонимания.

— Сколько пафоса! Вы что, думаете, что я могу воспринять этот самый объект из другой Вселенной как Бога? Очень смешно.

— Мы рады, что не возникло недопонимания на этой почве. И ты правильно оценил сущность объекта — это разум. Очень далекий и от вас, как популяции, и от нас, но все же разум. А еще он носитель физических законов иной Вселенной.

— Да уж, гремучая смесь!

— Ты уже догадываешься, к чему мы ведем?

— Не без этого… я же не зря про Мультиверсум подумал. Кстати, а как вы относитесь к инфляционной модели Вселенной? Почему вы думаете, что пришелец именно из другой Вселенной, а не из пузыря-домена нашей же Вселенной, только с иными физическими константами?

— Мы предполагаем, — терпеливо пояснил «Грег». — К тому же инфляционная модель ничуть не противоречит нашим словам — чем изолированные домены в принципе отличаются от иных — тоже изолированных — Вселенных?

— Принципиально — ничем, — вынужденно признал я. — Ладно. Хотелось бы конкретики, так что договаривайте.

— Да, собственно, немного осталось. Проникший в нашу Вселенную объект реализовал тот самый случай, когда инородное тело изменяет систему, но не разрушает ее. И чтобы тебе было понятнее, приведем аналогию с занозой в пальце. Маленькая щепка в подушечке никак не повлияет на состояние тела в целом — оно будет исправно выполнять все присущие ему функции. Ноги будут шагать, легкие — дышать, глаза — воспринимать визуальную информацию, уши — аудиальную, кожа — осязательную. Руки будут хватать, держать, манипулировать. То есть все в целом без изменений. Но если спуститься с уровня организма на уровень конкретного пальца, выяснится, что тут далеко не то же самое — небольшая боль в мышце, дискомфорт, затрудненное движение… а если добраться до собственно занозы, мы обнаружим зону септического поражения, нагноение, поврежденный эпидермис и мышечную ткать. Теперь вернемся к нашему гостю. Проломив Барьер, он проник в наш пространственно-временной континуум, не повлияв на него в целом — Вселенная, как ты и сам можешь почувствовать на собственной шкуре, по-прежнему цела и неприветлива, но вызвал изменение физических констант в локальном объеме — примерно в половине рукава Ориона галактики Млечный Путь. Согласись, для Вселенной это даже меньше, чем отдельно взятая клетка эпидермиса для человеческого организма.

— Н-да уж…

И хотел бы поспорить, да не выйдет. Пренебрежимо малая величина, как говорят ученые мужи.

— Ну а дальше произошло то, о чем ты наверняка и сам уже догадался: внезапное изменение физических констант, даже незначительное, может иметь очень далеко идущие последствия. Смертельные последствия, причем не только для отдельных особей, но и целых видов.

— Из-за этого вымерли Предтечи?

— Часть. Большинству же просто не повезло.

— Шутите?

— Нисколько! Знаешь, Денис, что может быть страшнее изменения физических констант? Изменение законов вероятности.

Черт!!! Ведь на поверхности же лежало! Моя любимая мерфология, чтоб ее!

— Именно. Законы вероятности в локальном объеме Вселенной вблизи вторгнувшегося объекта изменились, причем произошел перекос в сторону реализации неблагоприятных вариантов. То, что представители твоего вида называют «законом подлости». Вероятностная аномалия вызвала множественные техногенные катастрофы планетарных масштабов, вследствие чего вымерли остальные Предтечи. Ну и застарелые конфликты, до того худо-бедно разрешаемые, привели к войнам и геноциду. Примеров можно привести великое множество. Впрочем, не будем терять времени. У тебя, как мы видим, есть вопросы?

— Естественно, — кивнул я. — И начну с самого главного: кто вы?

— Мы — Охотник! — торжественно возвестил «Грег».

— Вы. А они? — уточнил я, для верности ткнув пальцем в «кэпа».

— Они тоже.

— Очень содержательно.

— Мы не ответили на твой вопрос?

— И эти сущности уверяют, что не являются компьютерными программами! — возмутился я. — Явно же машинная логика! Или вы специально?

— Нам не понятен смысл твоего посыла.

— Посыла… надо же! Очень верное определение. Короче! Я жажду подробностей. Откуда вы? Почему мультиличность? Чем занимаетесь?

— Из данной Вселенной. Потому что объединяем множество сознаний в единую систему. Охотимся на Химеру.

— Шутку оценил. Очень смешно. Надеюсь, вы понимаете, что такое «сарказм»?