Александр Бурьяк – Владимир Высоцкий как гений песенного ширпотреба, сгоревший в творчестве ради излишеств (страница 9)
Высоцкий и еврейство. В СССР 99% русских считали фамилию «Высоцкий» исключительно славянской (90% и теперь считают) из-за своего невежества в «еврейском вопросе», зато 99% евреев такой ошибки не делали и уверенно видели в Высоцком еврея с вытекающими из этого последствиями. Становлению Высоцкого в качестве всеобщего любимца способствовала как русская, так и еврейская часть общества (причём последняя, думаю, — особенно).
Рядом с Высоцким всегда было много евреев и полуевреев. Ну да, конечно, такой была театрально-киношная среда в Москве.
Талант есть частью результат воздействия среды: среда может способствовать развитию задатков, а может и тормозить его. И среда задаёт направление развития. Высоцкий, каким мы его вроде бы знаем, человек искусства, — в значительной степени продукт своей довольно еврейской микросреды.
Высоцкий смог стать чрезвычайно популярным в русскоязычной части мира только потому, что в условиях цензуры и в отсутствие интернета его еврейскость была незаметной. Если бы он звался, к примеру, Натаном Соломоновичем Розенблюмом, имел вполне семитскую внешность и вдобавок картавил, то не помог бы никакой талант. Массовое обожание бы не получилось, а получилась бы только кое-какая известность. Александр Яковлевич Розенбаум, правда, как-то пробился, но популярность у него значительно меньшая, чем у Высоцкого, и портретов Розенбаума на полотняных торбах я никогда не видел. И я не думаю, что национально-озабоченные русские ходят на концерты Розенбаума (а ведь при нынешнем состоянии России быть национально-озабоченным — это национальный и гражданский долг всякого истинно русского человека).
Геннадий Брук, Виталий Хазанский («Высоцкий и еврейский мир»):
«Подробности о еврейских корнях Владимира Высоцкого по отцовской линии хорошо известны благодаря архивным поискам киевских краеведов Михаила Кальницкого и Вадима Ткаченко и воспоминаниям двоюродной сестры поэта Ирэны Высоцкой. Родословная поэта прослежена вплоть до прапрадедов Мордки Бронштейна и Акима Райха.»
«Мать и все предки по материнской линии — русские, с соответствующими традициями…»
«По чисто формальным признакам, Высоцкий евреем не был: ни по-советски — запись „русский“ в 5-й графе, ни по-еврейски: по Галахе — не еврей, поскольку не рождён еврейской матерью и не исповедует иудаизм.»
«Как Высоцкий относился к своему еврейству? Несомненно, что относился очень хорошо! Он общался со своими еврейскими дедом и бабушкой, которые, по свидетельству живущей в Израиле родственницы Высоцкого, дома говорили на идише. Следовательно, поэт, слышал еврейскую речь…»
«Напомним также, что среди близких друзей Высоцкого были Давид Маркиш, сын известнейшего еврейского писателя и поэта Переца Маркиша (писал, преимущественно на идише, расстрелян в 1952 году) и Всеволод Абдулов (сын народного артиста РСФСР Осипа Наумовича Абдулова и Елизаветы Моисеевны Метельской).»
«Высоцкий был близко знаком с выдающимся идишским поэтом Матвеем Грубияном (фронтовиком, после войны отдавшим семь лет лагерям по делу ЕАК), бывал и пел у него дома, хорошо знал его стихи Л. Надель, „Матвей Грубиян слушает Высоцкого“, „Индекс“, 06.02.2009. Вероятно, что через родственников по отцовской линии, а также через общение с семьями товарищей-евреев, он перенял знание некоторых еврейских словечек, некоторые черты юмора. В своей статье Е. Браз ссылался на мнение Р. Рошема, что Высоцкий знал идиш.»
«… мы видим: в той или иной форме „еврейская тема“ в произведениях поэта появлялась на всём протяжении творчества (см. тж. В. Попов, 2000), от самого раннего, до зрелого, иногда в виде развернутых произведений, целиком посвящённых „еврейскому вопросу“, иногда в виде мимолётных вставок. Так в „Антисемитах“ Эйнштейн, а также Каплер, Чарли Чаплин, Маркс и друг-Рабинович, названы уже именно как знаменитые евреи, а стало быть — в обсуждаемом аспекте.»
«В том, что появление ряда еврейских мотивов в творчестве Высоцкого — следствие осознания им своих еврейских корней, сомнений не вызывает: ни у какого иного русского поэта, нет столь многочисленных проявлений еврейской темы в творчестве, разве что, у Галича…»
«В 1990 г., на радость коренным израильтянам, вышел перевод на иврит книги Марины Влади „Владимир Высоцкий“. В этом же году, который можно бы назвать „Годом Высоцкого в Израиле“, израильский театр „Бэйт-Лэсин“ поставил на иврите спектакль „Владимир Высоцкий“. Тогда же в рамках международного Иерусалимского театрального фестиваля, к гастролям в Израиле московского Театра на Таганке, сценарий спектакля „Владимир Высоцкий“ был издан в переводе на иврит.»
«Материалы о творчестве поэта вошли в „Пособие для подготовки старшеклассников к экзамену на аттестат зрелости (багрут)“ И. Фогельсона (1995), и в учебник русского языка „На одной планете“ (2002) для израильских школ.»
Из беседы с Наумом Коржавиным (с сайта otblesk.com):
«— Вам не приходилось бывать на каком-нибудь выступлении Высоцкого, где бы он исполнял свои песни „вживую“ — то есть не на магнитофоне?
— Я был только один раз на его концерте в Бостоне, в США. Это было году в 79-м, по-моему, зимой, когда он дал несколько концертов-выступлений в нескольких колледжах на восточном побережье США. Он вообще-то собирался не по колледжам выступать, а по синагогам — это было бы ему выгоднее с материальной стороны: намного дешевле была бы стоимость зала. Но ему в посольстве сказали, что если он будет петь по сионистским центрам, то…»
А ещё в Израиле продаётся чай торговой марки «Высоцкий» (Wissotzky Tea), но это к тому лишь, что фамилия «Высоцкий» у евреев на виду и на хорошем счету: в дореволюционной России существовало крупное предприятие по торговле чаем, основанное Вульфом Янкелевичем Высоцким (1824–1904), достаравшимся до Почётного гражданина Москвы и Поставщика Двора Его Императорского Величества.
В вопросе еврейскости Высоцкого доверимся еврейским специалистам: они сведущи в признаках, по каким это надо анализировать.
Правда, другие еврейские специалисты говорят уже о его выдающейся русскости. Петр Ваиль, Александр Генис («Шампанское и политура. О песне Владимира Высоцкого»; статья написана ещё при его жизни):
«Во всем русскоязычном, но многонациональном советском искусстве трудно найти человека с более „русской“ душой, чем Высоцкий. На всем, что он делает (хоть и Гамлета в театре), стоит клеймо made in Russia. И как-то непонятно: хорошо или плохо — этот гипертрофированный, обнаженный и болезненный, как заусеница, „русизм“ Высоцкого. Но понятно одно: Высоцкий — явление характернейшее. Мода на него приходила уже раз пять и ни разу не уходила.»
«Высоцкий — это по-настоящему народное искусство в том смысле, что оно идет из глубины национального самосознания, и все, что он творит, растворяется в стране, как свое, родное, от сохи.»
«Высоцкий как-то сразу нащупал свою тему: русский человек. Кто он, и что из него сделала советская власть. Не теорией, а нутром он нашел те бесчисленные черточки, которые делают человека русским. Он сам такой. Ему и к бабке не ходи — посмотреть лишь в зеркало. И он лепит в сотнях песен русский характер. Вот он — русский на тройке, что любит быструю езду. И несут хрестоматийные кони, привередливые кони — сани, а в них сидит ездок, которому на все наплевать, лишь бы скорее несли и чтоб пороша в глаза… Русский этот легко узнаваем.»
(…)
«Высоцкий еще и поборник жанра, создавший несколько сотен высокохудожественных, не очень высокохудожественных и совсем не высокохудожественных песен.»
(…)
«Это — результат того самого эффекта сотворчества „под рюмку“ и святой веры в крамольность Высоцкого, в которую, кажется, свято поверил и он сам. Высоцкий, хрипя и рвя струны, изобрел небольшой, но очень производительный печатный станочек для выделки самых подлинных ассигнаций. Но как-то забылся — ручка вертится легко, педаль не тугая, мотор поет — и ненароком наводнил рынок. Началась инфляция. Который Высоцкий, сделанный добротно, а который штамповка в штурмовщину? А разве важно? Теперь уже — разве важно?»
«Необходимая часть функционального соавторства — чтение между строк — оборачивается бессмысленными поисками запретного там, где его нет. А Высоцкий все намекает, все нагнетает и с такой, бывало, мощью, такой пушечной-по-воробьям силой что-нибудь эдакое особо пустяковое загнет, что, содрогнувшись и стряхнув мурашки, задумаешься: „А вдруг, а может?..“ Нет, может, но не хочет.»
«Раздается по Советскому Союзу намекающий рев вместо смысла, и слабеют колени у школьников, и напиваются студенты и учащиеся профтехучилищ, и переглядываются доктора наук. А Высоцкий спекулирует на Высоцком.»
(…)
«…в какой еще стране найдешь компанию физиков-академиков, поющих, скажем: „Не помогли мне ни Верка, ни водка. С водки похмелье, а с Верки, что взять…“ Поют нежные девочки, стараясь хрипеть, поют семиклассники за первой бутылкой портвейна, поют студенческие отряды, стервенея от сухого закона, поют в кино с экрана, поют магнитофонные ленты, необходимые в доме всякого интеллигентного человека.»
«Да не так это сложно, и не то, чтобы запрещено. Киноактер Владимир Высоцкий снялся в двух десятках советских фильмов и в каждом пел. Актер Театра на Таганке Владимир Высоцкий больше десяти лет играет на сцене. Бард Владимир Высоцкий записал с полдюжины пластинок — вплоть до партии Попугая из „Алисы в Стране чудес“. Короче говоря, Высоцкий — отнюдь не Галич. При всем запрете на Высоцкого Высоцкий не запретен. Не разрешен, но и не запрещен.»