Александр Бурцев – Русские народные сказки и суеверные рассказы про нечистую силу (страница 60)

— Ладно, я, господа честные, подумаю: только загадки мои будут вам стоить дорого.

Незнамый человек (рис. Н. Герардова)

— Что хочешь, братец, бери, только дело нам скажи.

— Это дело, господа, будет стоить дорого, по тысячи рублей с человека.

— Об этом, братец, слова нет — хошь сейчас деньги вынем.

— А нет, господа, мне оказывается этого мало; надо взять с вас по три тысячи с человека.

— Ну, братец, не стоим и за три тысячи, только скажи скорее твои загадки.

Сами вынули между тем деньги и выдали их мужику, а он обсказал свои загадки. Распустил их царь по домам живых и здоровых; по мужика послал он гонца, вытребовал его к себе и спросил:

— Что, дроворубушко, каково потеребил гусей без лебедей?

— Взял, ваше царское величество, я с них по три тысячки с носу.

— Ну вот, братец, ты теперь и узнал, куда девают деньги писаришки да господа.

Скажи-ка ты, дроворубушко! (рис. Н. Герардова)

Мальчик, выросший в бочке

Однажды царевич пошел прогуляться по деревне, посмотреть на деревенских девушек. У одной вдовы, жившей в той деревне, было три дочери-красавицы. В то время они парились в бане, и царевич, желая слышать их разговор, подошел к стене.

Младшие сестры спросили у старшей:

— Какую работу ты лучше всего сделаешь?

Она отвечала:

— Вот какую: из одной крупинки я сделаю всякого рода кушанья и напитки!

То же самое спросили потом у средней сестры.

— Я из одной льняной нитки сделаю разные дорогие материи, — отвечала она.

А младшая отвечала на этот вопрос:

— Я не забочусь о работах, в трех родах разрешусь девятью сыновьями, у которых сбоку светит луна, на маковке блестит солнце, руки по локоть золотые, ноги по колена серебряные.

Царевич запомнил это и сказал:

— Та девица моя, если она таких детей родит.

И возвратился домой, где он рассказал все родителям.

Во дворце жила одна старушка, желавшая выдать замуж за царевича свою дочь. Но царевичу не нравилась эта девушка, и он женился на дочери вдовы. Вскоре жена его сделалась беременна, а он отправился на войну. В его отсутствие жена разрешилась тремя сыновьями, и к ней в качестве бабки была позвана та самая старушка, которая хотела царевича женить на своей дочери. Эта старушка, питая ненависть к царевне, взяла новорожденных младенцев и спрятала их, а на их место положила трех щенков.

Когда царевич возвратился с войны, родные сказали ему:

— Надо казнить твою жену; она родит щенков в царское семейство.

Царевич, однако ж, не казнил ее, а думал: «Пускай она родит еще раз».

Через некоторое время царевна опять забеременела, а царевич снова должен был ехать на войну. И опять в отсутствие царевича его жена родила трех сыновей, а бабка при ней была та же старушка, что и в первый раз, и опять она подменила детей щенками. Когда же царевич возвратился, родные снова просили его, чтоб он убил свою жену за то, что она родит вместо детей щенят, но он пощадил ее и на этот раз и решился ждать, покуда она родит еще в третий раз.

Царевич подошел к стене (рис. Н. Герардова)

По прошествии некоторого времени царевна снова сделалась беременна, а царевичу опять пришлось идти на войну. В отсутствие мужа царевна разрешилась тремя сыновьями, и бабкой была та же старушка, что и раньше. Но на этот раз царевна третьего мальчика скрыла от старушки и спрятала его под груди, а та об этом не догадалась и потому могла подменить щенками только двух младенцев. Когда же царевич возвратился с войны и узнал, что жена опять родила вместо детей щенков, он все-таки не убил своей жены, несмотря на то, что родные настаивали на этом, а только велел посадить ее в пустую бочку и вытолкнуть в море, что и было исполнено.

Бедная же женщина унесла с собой спрятанного ею под грудью младенца и вместе с ним долго носилась по морским волнам, закупоренная в бочке. Наконец им стало тесно, потому что мальчик начал подрастать, и он сказал матери:

— Я расшибу бочку!

— Не расшибай, — отвечала мать, — мы еще на воде.

Бочка опять плавала долго, и им все становилось теснее и теснее. Мальчик опять хотел расшибить бочку, но мать снова не позволила ему делать этого. Наконец в бочке сделалось совсем тесно, и мальчик сказал:

— Я расшибу бочку.

Тогда мать, заметив по качанию бочки, что они находятся недалеко от берега, позволила ему разломать бочку.

Они вышли из бочки и ступили на землю. Потом они пошли вдоль берега, и сын спросил у матери:

— Что нам прежде всего нужно?

— Жилище, — отвечала мать.

Затем они поднялись на высокую гору, где мальчик потряс в воздухе шелковой косынкой, и вдруг пред ними явился прекрасный дом, похожий на дворец. Мать и сын поселились в этом доме. Затем мать сделала из своего молока девять лепешек, испекла их и поставила на стол остывать. Тут по дороге шло восемь здоровых мужчин; мать думала, что это воры, и спряталась с сыном за печь. Прохожие взошли в дом и заметили лепешки, отведали их и говорят:

— Здесь девять лепешек, а нас только восемь, где же девятый?

Тогда мальчик вышел из-за печи и сказал:

— Я здесь.

Другие обрадовались и спросили:

— Где же наша мать?

Он сказал им, где мать, и они до того обрадовались, что и на пол ее не пустили.

Злая старушка (рис. Н. Герардова)

Вскоре пришел к ним в дом один нищий и попросил у них милостыни. Они накормили и напоили его и притом еще дали ему решето серебра. Как только им что-нибудь было нужно, они трясли косынкой и тотчас получали все, что желали. Нищий ушел от братьев и отправился во дворец. Там царь спросил его:

— Не находил ли ты другого места, старичок, когда сюда шел?

Старик отвечал:

— Я уже был в лучших домах, чем этот.

— А где?

Старик рассказал ему все, и царь решился отправиться туда же и взял его в провожатые.

Когда они приблизились к дому, мать сказала сыновьям:

— Отец ваш идет.

Мальчики поспешили к нему навстречу, подняли его и на своих руках понесли его к себе в дом. Здесь все открылось. Царевич просил свою жену идти с ним во дворец, а она не согласилась, потому что царевич уже женился на дочери старушки.

— Она недолго там будет, — сказал тогда царевич и отправился к себе во дворец, где распорядился, чтоб его вторую жену, дочь старухи, привязали к хвосту лучшего жеребца. Его приказание тотчас было исполнено. Жеребец шибко побежал оттуда и до сих пор все еще не возвращался. Царевич же после того взял к себе во дворец свою прежнюю жену с сыновьями, и они все вместе стали жить благополучно.