Александр Бренер – В гостях у Берроуза. Американская повесть (страница 23)

Прочитав про волосатые пятки в африканской сказке, я испытал восторг и ужас.

А в доме Берроуза я воочию увидел волосатые пятки Патти.

Они были совершенно такие, как в тех сказках.

И вот что самое удивительное: они меня нисколько не охладили.

Я не почувствовал ни отвращения, ни тревоги, ни испуга.

Мой мужской аппетит не пропал, моя сила удесятерилась, моя похоть обострилась до предела.

Я дрючил её и дрючил.

У меня был железный стояк, как у Геркулеса.

Но я не мог кончить.

Это тоже случилось со мной впервые: невозможность кончить.

В прошлом, бывало, я кончал раньше, чем надо.

Да, чёрт возьми, бывало.

Бывало и так, что я сильно задерживался с этим. Но чтобы совсем не кончить – такое случилось только с Патти.

Неужели дело было в её пятках?

Я пилил её мощно, а вот кончить не получилось. Зато она кончила целых пять раз (сама мне потом сказала).

– Ули-ли-тю-ти-ли-у-ли…

14

После этого мы сидели в холле и опять ели тосты с пармезаном.

И запивали их ледяным пивом.

И улыбались друг другу.

Патти сказала:

– Знаешь, когда я была маленькой, мой отец будил меня пощечинами каждое утро. Он работал на заводе и не очень церемонился с нами. Он поднимал меня, моих сестёр и брата оплеухами, от которых у нас ещё два часа горели щёки. Мы орали благим матом, так что соседи тоже не нуждались в будильнике: наши вопли их будили. Можешь себе такое представить?

Я сказал, что хорошо представляю.

Я тоже не любил вставать по утрам в школу.

А Патти:

– Всё это давно миновало. И они уже не с нами. They’re all dead now and perhaps I am too, my dear.

– Кто? – спросил я.

– All of them, – сказала Патти.

Я подумал, что она говорит о Роберте Мэпплторпе.

Или, может, о своём папе?

Или о Пабло Неруде?

Или о Клюеве?

Или об Артюре Рембо?

Или ещё о ком-то?

У неё были грустные глаза и густые брови.

Она закурила сигарету без фильтра: Natural American Spirit.

Она была одета в роскошную чёрную блузку.

Или это была мужская рубашка?

После нашего совокупления кожа на её скулах пылала.

И эти припухшие губы…

И волосатые пятки…

Она сказала:

– Где же Уильям? Куда они делись? Мы ведь их гости.

Если не ошибаюсь, она мне ещё сказала:

– I think you’re excrement, my dear.

Или мне это только показалось?

Я посмотрел на неё недоуменно.

А она:

– Кто ты? На самом-то деле?

Я не знал, что ответить.

Мой английский язык никуда не годился!

А Патти:

– Я не знаю, кто я. А ты знаешь?

– Ты – Патти.

– Патти?

– Патти.

– Правда Патти?

– Правда.

– Я не уверена… А если даже и Патти, то какая Патти?

Я хотел сказать: «Патти Смит», но подумал, что это глупо.

И, возможно, это было неправдой.

Может, она была вовсе не Патти Смит, а Дебби Харри.

Или Мата Хари.

Или София Ротару.

Или…