Александр Богатырёв – Там, где нас нет... (страница 62)
Мира вежливо удивилась. Именно так. Обозначила на лице эдакое царственное удивление и вопрос.
И да: мне надо же ещё как-то представиться! По имени!
- По некоторым обстоятельствам, я временно отказался от своего имени. Так что.... Зови меня "Светлячок"! - брякнул я первое пришедшее на ум. Прямо по тому, как назвал мою "недомагию" зак-архивариус.
- "Светлячок"?!! - подпрыгнула девочка.
Реально подпрыгнула. Я даже испугался, что она макушкой в потолок воткнётся. Ан нет! Таки не достала.
- А что не так?
- Там... Там на всех перекрёстках развешаны объявления. Если ты тот самый Светлячок, то тебя ищут!!!
- И вас, кстати, тоже. - Напомнил я неприятный для неё факт.
******
Да, лечить пришлось обоих.
И самого Иму, и его сестричку. Девочке реально стало плохо от того, что она проглотила почти не жуя. Резь в желудке её мучила долго. Но так как я кое-что уже знал из трав -- ещё в Шадан Курам у травника научился -- сделал и сестричке снадобье.
Для братца же -- пошёл тот самый порошок, что я не так давно в деревне заготовил. Той самой, которую снесли сражающиеся и из которой пришлось так резво удирать. Так и скормил братцу -- сначала хину, а потом залил ему в глотку бульон. Скормил с рук парочку мелких кусочков мяса -- специально резал как можно мельче. Тот, как и сестричка, проглотил их не жуя. Слаб он был просто кошмарно.
За всем процессом кормления Мира наблюдала с некоторым страхом.
Я подумал, что она опасается за брата -- типа я его сейчас травлю. Тогда я демонстративно сожрал порцию хины сам, запил и заел, а после ещё и ей предложил. Попытку отказаться от лекарства пресёк. Не хватало, чтобы и она тут у меня свалилась. Начавшееся истощение от голода плюс малярия -- боюсь такое сочетание может выдержать только организм братца. Но сестрица точно отправится к праотцам.
Да и из других соображений: если в этой провинции болезнь так свирепствует, то надо бы чисто для профилактики всем попить.
- Пей! Если ты сейчас не болеешь, это не значит, что болезнь не проникла в тебя и скоро не свалит тебя. Комары нас всех кусают.
- А причём тут комары? - не поняла Мира.
- Они переносят болезнь от одного человека к другому.
- Э-э?!!
- Вы этого не знали? - делаю я круглые глаза.
Да, средние века и сейчас сии дети века никак не знают таких "тонкостей" как причины инфекционных заболеваний. А о переносчиках -- тем более.
- Ой... Великий Нин говорил... - проговорилась Мира.
Вот это новость! Оказывается, всё-таки знают!
- О комарах? Что они переносят болезнь?
- Угу.
Да уж! Натурально "Великий Нин"! И завоеватель, и просветитель в одном флаконе.
- Так ведь Он говорил! И если это лекарство убивает в тебе болезнь, то пей! Великий Нин завещал! - тут же наседаю я на Миру.
- А он не говорил как её лечить! - тут же нашла она отмазку.
- А я знаю! Видела? И я тоже пью. Чтобы не заболеть.
- Так её что, всегда надо пить, чтобы не заболеть? - погрустнела принцесса.
- Нет. Не всегда. Но пока твой братец выздоравливает -- мы будем пить. И ты, и я. Вместе с ним.
Мира нерешительно взяла ложку с лекарством. Понюхала его. Но взглянув на меня, приготовившего ей миску с бульоном, она решительно тяпнула дозу и...
Выпучив глаза она, выронив ложку, сначала схватилась за свой красивый ротик, возмущённо замычала и чуть не выплюнула всё обратно.
- Глотай! - сказал я резко, но видно она уже проглотила большую часть лекарства, так как начала мотать головой и размахивать руками.
- Запей!
Да, бульон в закуску для этого лекарства -- издевательство над бульоном. Он получился вкусный. Но княжеская дочка всё-таки начала его глотать. И по мере того, как зверская горечь уходила изо рта, её лицо разглаживалось, и она наконец, сообразила, что пьёт. Я аж испугался что она снова заполучит резь в желудке. Благо там мяса на донышке было совсем чуть-чуть.
- Будем так все вместе потреблять лекарство. Три раза в день -- утром, в полдень и вечером.
Лицо принцесски стало немедленно капризным.
- Сейчас от того, заболеешь ты или нет, зависит твоя жизнь. Ты видела, какой слабый стал твой брат, как только заболел. И ты помнишь, что он очень сильный. Был. До болезни.
Мира с жалостью посмотрела на брата, сидевшего возле стены и молча слушавшего нашу перепалку. Тот поднял на меня взор и спросил.
- А оно реально лечит? - еле выговорил он. Скептик, однако!
- Я много людей уже вылечил этим лекарством. Скоро ты сам почувствуешь облегчение.
Има посмотрел на меня бесконечно усталым взором. Но не найдя что ответить, просто кивнул.
Вот так и прижились у меня эти двое беглецов.
Утро начиналось с тихого скулежа Миры, готовившейся морально к приёму лекарства. А принимала она его под бдительными взорами обоих представителей мужского населения нашей пещерки. После, распорядок был более-менее обыденным. Правда поначалу, пришлось серьёзно приглядывать за Мирой, чтобы она, не выдержав, не стянула что-то съестное.
Братец - тот просто валялся, изредка вставая со своего травяного ложа. А вот эта особа -- такое впечатление, что спокойно она сидеть вообще не умеет. Всё её тянуло сунуть свой носик во всё, что увидит. Еле успел убрать подальше сумку с теми самыми свитками, чтобы она их не увидела. А то -- палево. Один раз уже вляпался из-за них.
По мере возможности расспрашивал принцессу об окружающем мире. Об устройстве государств. О магии. Словом, обо всём, что только было возможно. И отмазка у меня была железная: "я иностранец и здешних порядков не знаю". А так как "из-за моря", то вообще до всего мне есть дело. Иногда и братец что-то рассказывал. Но что я заметил, то, что случилось с ними, судьба княжества Кай-Де(оно так по-полному именовалось), для них было табу. Видно слишком болезненные воспоминания. Охотно верю! Особенно после тех магов, убивших походя, ни за что, по простой прихоти, совершенно не знакомых им, и совершенно неповинных людей.
Поначалу, я старался её вообще одну и без присмотра не оставлять. Их надо было раскармливать постепенно, а какими она голодными глазами смотрела на мои припасы, я это очень хорошо заметил. Не было никакой гарантии, что она, не ослушавшись меня, не полезет за мясом и не сдержавшись наестся до отвала. С летальным исходом. Братик производил впечатление серьёзного человека. Тем более, что заметил, как я раз за разом увеличиваю их "пайку". Так что когда мне понадобилось сходить за водой я, как бы невзначай, предложил Мире прогуляться к ручью.
Ходок, как оказалось, из княжеской дочки аховый. Ещё не оправилась, потому еле шла. И как она мне тогда помогла затащить братца к пещере, не представляю -- наверное все оставшиеся силы, собрала да выложилась. Но так или иначе, упорная особа. Хоть и медленно, но шла, перелезая через препятствия в виде стволов деревьев или просто завалов из валунов. Идти хоть и метров триста надо было, но поход за водой вылился в целую эпопею. Так что я не стал как горный козёл скакать по препятствиям, а просто уравнял свою скорость передвижения и её. А чтобы она не замечала трудностей, отвлёк разговором.
А о чём я мог у неё спрашивать?
Да всё о том же -- о мире, в который попал. О людях, обычаях.
Как-то случайно, обмолвился о тех магах-убийцах, что на поле убили крестьян. Ну никак это происшествие не шло у меня из головы. Упомянул, как бы между прочим, что "у нас так не принято -- убивать кого-либо, без серьёзной причины и без суда".
У Миры личико тут же стало печальным.
- У нас тоже не принято. Но эти не следуют Заветам Нина. Не ценят жизни. Там, в Царстве Утренней Зари, вообще народ дикий. У них даже печать раба есть.
- Даже печать раба? - удивился я. Ведь, если мне память не изменяет, нас СДЕЛАЛИ рабами. Так и что же тогда даёт отсутствие печати раба?
- Великий Нин завещал, никого не делать рабами. И ввёл систему Печатей, чтобы навсегда избавить наш народ от этого позора. И мы стали сильными без этой печати. Но в Царстве Утренней Зари, там живёт злой император. Он... Он даже своих сановников делает рабами. Не навсегда, но...
- Ага. Видел. В деревне Шадан Курам содержат в рабстве вельмож из дворца Карама.
- Какой ужас! - воскликнула Мира, остановившись и схватившись ладошками за лицо.
- Я там был, но мало чем смог им помочь.
- А! - подпрыгнула Мира. - Так ты и им дал свою Магию Слова?
- В смысле? - не понял я.
- Ты им сказал стих?
- Да. И им тоже. Перед тем как уйти. Напомнил в стихах, кто они есть и кем должны остаться.
Кстати, я тут увлёкся слегка переводами. Тем более что знал основные принципы стихосложения, и кажется, у меня получалось неплохо. Этим я тоже вчерась заправил четверостишие, чтобы поднять настроение. Впечатление было -- все эстрадные дивы нервно курят в углу. Какое-то у местных особое восприятие стихов.
- Значит помог! - уверенно заявила Мира.