Александр Богатырёв – Там, где нас нет... (страница 61)
В результате у меня на загривке оказался вес как бы не килограмм девяносто-сто. Хорошо, что братец то ли не стал выпендриваться, то ли снова потерял сознание, но каких-то рукомашеств и прочих хулиганств я с его стороны больше не имел.
- Иди за мной, -- процедил я сквозь зубы сестре еле держась на ногах под тяжестью её братца.
******
К пещерке я притащился на последнем дыхании. Ох и тяжёлый же лось этот братец! Приложив максимум осторожности, я свалил эту тушу с себя, прислонил к скале рядом со входом и плюхнулся тут же. Ноги просто уже не держали.
- Заходи! - указал я девочке на узенький вход надомной. - Гостьей будешь!
- Только после вас! - спохватилась она.
- А то, как-то невежливо... - добавила она.
Вообще доверчивость у неё была запредельная. Ну да ладно! Главное, что проблем не доставляет. А то, что я решил помочь этим пропащим... Это уже моя беда.
- А я сейчас... - слабо махнул я рукой, - передохну. А после этого твоего железнобокого братца затащу. Чтобы никто не украл.
Последнее добавил в шутку, но сестричка серьёзно обеспокоилась за братца.
- А что, могут?!!
- Я пошутил, - пришлось отмахиваться мне. - Тут до дороги далеко. Места дикие, труднопроходимые. И никто не шляется. Кроме меня.
- А... что ты здесь делаешь? - немедленно спросила она.
- Живу, - буркнул я и встал на колени перед её братцем. Предстояла эпопея по затаскиванию сначала наверх, а потом внутрь через узкий проход. Учитывая что вход в мою пещерку реально узкий, - ещё то мероприятие.
- Здесь?!! Живёшь здесь?!! - недоверчиво пискнула феодалочка, обозревая окрестности.
- А чоа? - стал я в позу. - Мы, странствующие монахи, такие! Заберёмся в самую глухомань, и сидим!
Та лишь глаза вытаращила.
Да! Чую, будет с этой чистой душой мне цирк на ближайшую неделю. Ведь раньше вылечить малярию хрен получится. А вот когда братец на ноги поднимется, вот тогда и стребую с них "виру". Надо, правда, выяснить кто они такие и куда идут. А то ещё снова "попаду" как тогда... "нарвался".
Отцепил от пояса моток верёвки, и, глянув на сестричку "тела", принялся пояснять.
- Видишь то бревно? Сама ты по нему и по скальным полочкам без труда наверх заберёшься. А вот я, да с твоим братом -- с трудом. Поэтому, я сейчас обвяжу его вокруг туловища верёвкой и подам тебе конец. Пока я буду подниматься, ты его за эту верёвку придержишь, чтобы я не уронил.
Та непонимающе на меня уставилась.
- Ну живу я там! - ещё раз пояснил я. - А тут разные хищники шляются. Тебе оно надо посреди ночи от них отбиваться?
На последние мои слова в глазах девочки зажглась немаленькая такая озабоченность. Она посмотрела наверх, потом на меня растерянно.
- Давай! Двигай наверх, - подбодрил я её и обратился к снова пришедшему в себя братцу.
- Слышал, что предстоит?
Тот кивнул.
- Тогда помогай.
Из верёвки я сделал нечто сидухи-подвеса для транспортировки пострадавшего. Как когда-то нас, ещё зеленючих новичков, учили на слёте "выживальщиков". Висела вся эта конструкция, вместе с болезным, у меня на плечах. Сам же он во время транспортировки, находился у меня за спиной. Всё, что от него требовалось, так это держаться за меня, как силы позволяют. На сестричку возлагалась задача лишь придержать нас. В меру её сил. Чисто для равновесия.
Процесс затаскивания наверх, несмотря на мои же опасения, прошёл без эксцессов. Взлетел я по скале, с грузом за плечами, как будто только этим всю жизнь занимался.
Сестричка же сжимала страховочную верёвку и тянула до посинения пальцев. Видно братца очень любит, раз так расстаралась.
Протащить болезного через узкий проход получилось с большим трудом. Мне пришлось упираться в стены щели плечами, чтобы хоть чуть-чуть, но продвинуть его вперёд. Но, все мучения наши закончились, и как только я втянул-таки тело братца внутрь пещеры, за ним на четвереньках быстро юркнула и сестричка.
- Ой как тут просторно! - оглядевшись вокруг, воскликнула она. - А так сразу и не скажешь, что за щелью жить можно.
- И живу, как видишь. - возгордившись собой заявил я. Но заметил, что сама сестричка держится на ногах еле-еле. Усилием воли.
- А во время дождя сюда вода не затекает? - спросила она, осторожно присаживаясь на подстилку из сухой травы возле стенки.
- Вон, по той дальней стене текло, когда здесь позавчера был дождь. Но вода куда-то уходила. Так что здесь всегда сухо. Хоть и несколько мрачновато. Свету тут только от костра, и со стороны входа... Кстати вот...
Я полез за порцией мяса, что приготовил себе утром.
- Бери, ешь, - протянул ей небольшой кусочек. - А в том сосуде -- вода. Чистая. Для питья.
- А...
Сестричка, прежде чем начать есть, бросила взгляд на снова ушедшего в беспамятство братца.
- Мы ему бульон сделаем. А как очнётся -- напоим. Как только лекарство примет.
К тому времени я переработал уже всю "свинью". Так что то, что оставалось -- лишь на варку и жарку непосредственно. Слегка уже прижаренное, чтобы дальше не портилось.
Сестричка сначала недоверчиво посмотрела на брата, потом какой-то странный взгляд кинула на меня, и...
Ни разу ещё не видел, как едят реально сильно оголодавшие люди. А судя по девочке-феодалочке они последний раз ели очень давно. Я еле успел у неё из рук вырвать то, что она ещё не успела проглотить.
- Хватит! - резко осадил я её.
Она со страха и неожиданности влипла спиной в стену и, не понимая, что творится, уставилась на меня круглыми глазами.
- Ты бы сказала, что давно не ела! - уже спокойно начал объяснять я. - Если после голода сразу много съесть -- можно умереть. Да и после того, что ты уже проглотила, почти не жуя, - тебе плохо станет.
В ответ она жалобно посмотрела на меня, потом на мясо в моих руках. Ей очень сильно хотелось попросить его, но мешали гордость, и оставшийся от неожиданного поворота дела страх.
Я тяжко вздохнул и потянулся за котелком. Влил в него воды из большого кувшина и повесил над очагом.
- Сейчас я тебе и братцу бульон сварю. Пойми! Голод, это как болезнь. После него надо очень осторожно отпаивать и откармливать голодавшего. Иначе умрёт.
Феодалочка, почуяв в моих речах непреклонность намерений чуть не расплакалась. Но вняв-таки моим речам, обняла руками коленки и принялась стоически ждать.
Я не торопясь порезал мелкими кусочками мясо и кинул в котелок. Распалил из угольков огонь и, отодвинувшись подальше от очага, принялся ждать, когда закипит.
- О! Кстати! Мы не представились! Я даже не знаю как к тебе обращаться. Наше знакомство было... Бурным! - хихикнул я.
- А-а? - оторвалась феодалочка от гипнотизирования котелка с мясом. - Ой! И правда!
И снова смутилась.
- Ну так как? - подбодрил я её улыбкой. К тому же, внезапно сам сообразил, что надо бы как-то представляться. И если в тех деревнях меня знали под конкретными именами, то не стоит ли тут, этим прохожим представиться как-то по-иному? На всякий случай. Да, может оказаться глупостью, но после того, что со мной случилось, поневоле будешь "дуть на холодную воду". Так что пока лихорадочно обдумывал сии обстоятельства, я нагло перекинул право первой представляться своей гостье. И гостю. Сестричка наверняка его представит.
Личико девочки вдруг стало серьёзным и каким-то официальным. Она быстро поднялась на ноги, благо потолок тут был достаточно высоко, и выпрямилась. Я почувствовав, что тут надо бы и мне самому тоже встать, также поднялся на ноги, изобразил из себя денди на приёме у королевы и даже бровь вопросительно поднял.
- Мира Кай! Пятая принцесса Королевства Железной короны, дочь Отто Кая, князя Кай, властелина княжества Кай...
"Оба-на! А ведь это княжество совсем недавно подверглось нападению войск Азимбы! - подумал я. - Когда этот воитель завоевал княжество Карама, их Княжество Кай, оказалось отрезанным от Герина и всего Королевства Железной Короны. Выходит, и там этому хмырю сопутствовала удача. Таки победил. И эти бедные детки теперь бегут в Герин. Точнее прорываются в Герин"
Собственно дальнейшая речь новоявленной принцессы мои мысли только подтвердила.
- И... Мой Брат, Има Кай, пятый принц королевства Железной Короны и наследник Отто Кая.
И в завершении своей речи, она так ненавязчиво, пальчиком правой руки, прикоснулась к шее. Типа: "Смотри, у меня нет печати!".
Вообще тут, оказывается, всё очень запутано по части наследования и прочих обстоятельств. Не как у нас. Надо бы поинтересоваться после.
- Очень приятно, принцесса Мира. Могу ли я вас так величать?
- Но так могут меня величать только люди, равные мне по статусу! - гордо заявила феодалочка, явно не вовремя вспомнив про снобизм. Её носик стремительно стал задираться.
- Ну, с этим нет проблем! - лукаво улыбнулся я, и распустив завязки на воротнике своего балахона, показал и свою шею.