Александр Богатырёв – Проект "Венера" (страница 63)
«А к шлюзу модуля вплотную не притиснешься!» — сказал Алексей искину. — «Что будем делать?»
«Предлагаю подойти как можно ближе, а дальше при выходе из «Стрелы» я тебя цепляю манипулятором и переношу к шлюзу. После по одному я перетаскиваю спасаемых».
«Гм! А это может сработать!».
«Не «может», а сработает! Иного способа до них добраться я не вижу».
«Так и сделаем!».
— Эй! Погорельцы! Вы как там? Держитесь? Я рядом.
— Слышим вас. Держимся. Но охлаждение уже подыхает. В кабине уже семьдесят пять, и температура растёт.
— Понял вас! Уже недолго ждать. Относитесь к жаре, как к сауне. Буду у вас в шлюзе минут через десять.
— Поторопитесь. Через десять минут будет девяносто… или даже выше.
— Тороплюсь! Обеспечьте мне непрерывную связь с трансляцией сигнала моего головного интерфейса на корабль. Она не должна прерываться даже в шлюзе.
— Уже сделано.
— Спасибо!
Корабль сделал ещё пару шагов, боком придвинулся к изломанному модулю, насколько позволял рельеф, и присел, прижимаясь к грунту от сильного ветра, ревущего по верхам. В эту же секунду Алексей крутанулся на своём кресле и выскочил в коридор. Ещё чуть-чуть, и он влетел в шлюзовую.
Перво-наперво он схватил контейнер, заблаговременно одолженный у учёных. Он имел очень ценное качество — надёжную теплоизоляцию. Быстро засунул туда аптечку, небольшой запасной баллон с кислородом, потом ещё подумал и положил старый-добрый углекислотный огнетушитель.
«А это тебе нахрена понадобилось?!» — удивился искин.
«Просто! — ответил Алексей, прочно пристёгивая два скафандра к своему. — Там сейчас очень жарко, а струя из этого огнетушителя имеет температуру в минус семьдесят градусов».
Когда Алексей выбрался из шлюза, первое, что его поразило, это чернильная темнота за пределами круга, выхваченного прожекторами модуля и челнока. Он привык к ясной и чёткой картинке, что рисовали для него сканеры «Стрелы». А тут — угольно чёрное небо, пыль, крутящаяся в свете прожекторов, и мрак, стеной стоящий за пределами освещённой области. Даже упавший аппарат был виден только частично. Немного постояв и приглядевшись, он заметил светящие оранжевым светом трещины в недавно застывшей корке лавы. Более подробно что-либо рассмотреть помешал искин. Внезапно появился огромный манипулятор, схватил его в охапку и чуть ли не киданул в сторону шлюза противоположного летательного аппарата.
«И к чему такая спешка?» — удивлённо спросил у искина Алексей.
«Камни летают. Ветер скидывает с обрыва вниз. Только что была разбита одним из них телекамера на манипуляторе. Сейчас веду через твою налобную».
В летательном аппарате было тесно. Когда он еле развернулся со своей объёмистой ношей, цеплявшейся за все углы, и вошёл, наконец, из шлюзовой внутрь, то пришлось долго извиваться, чтобы убрать второй скафандр из створа двери.
— Принимай груз! — Сказал он подбежавшему пилоту, передавая ему пустой термостойкий скафандр.
— Вовремя! — сказал тот, оттаскивая полученное вдоль по узкому коридору. — Я думал, что уже сваримся… Второй скафандр пока пусть в нише стоит. У нас здесь тесно.
Алексей потоптался, но потом плюнул на страхи, открыл свой скафандр и вылез из него. Чем вызвал сильное удивление спасаемого.
— Так будет быстрее! — пояснил он и, подхватив свой саквояж, двинулся вслед.
Они вышли в относительно просторный отсек, сразу же за приоткрытой дверью которого был виден пилотский. В отсеке было два кресла для операторов, расположенные по обе стороны от центрального прохода. Аварийное освещение работало. Работало также и охлаждение, но, как сразу было заметно — действительно на последнем издыхании. Ветер из вентилятора был почти такой же жаркий, как и вообще в помещении.
Прямо на полу под стойками обесточенных приборов лежала дама в полётном комбинезоне, с перемотанной головой и без сознания.
Алексей смахнул с лица выступивший пот и глянул на пилота, который как раз прилаживал скафандр поближе к пострадавшей.
— Кстати, извини. Не представился, — спохватился Алексей. — Алексей Гамаюн.
— Кристиан Кристофферсон, — отозвался тот и кивнул. — А её зовут Герда Лансен.
— Что с ней? — спросил Алексей, кивнув в сторону дамы с перебинтованной головой.
— Когда там, — Кристиан кивнул вверх, — нас кувыркнуло после разряда молнии, она сильно ударилась о переборку. Очень нехорошо ударилась. Нужно в операционную.
— Понятно! А то у меня была надежда, что это она от перегреву… И сейчас очнётся.
Кристиан тяжко вздохнул и развёл руками.
— А насчёт перегреву, я сейчас исправлю слегонца… — сказал Алексей и достал из своего саквояжа огнетушитель, чем вызвал сильное удивление Кристиана.
— Зачем?!
— Сейчас почувствуешь! — усмехнулся Гамаюн и, направив вверх раструб, включил его.
— Чиёрт!! — хлопнул себя по лбу Кристиан, когда его коснулось почти ледяное дыхание огнетушителя на весьма приличном расстоянии. — У меня же ещё такой есть! Должен был догадаться!!!
Довольный собой Алексей ухмыльнулся.
— Второй на всякий случай оставим. Как я понимаю, у нас появился некоторый запас времени?
— Да. Но всё равно медлить нельзя. Система охлаждения вот-вот сдохнет окончательно.
— Тогда поторопимся, сказал Алексей, подступая вплотную к пострадавшей.
Алексей с помощью Кристиана поднял бесчувственную даму и принялся её упаковывать в скафандр.
— Сами сели сюда, или ветром снесло? — задал он попутно давно мучавший его вопрос.
— Ветром снесло. Когда вырубились движки, я мог только планировать. Рулил с трудом. Ветер сильный. Сел я выше на ровную площадку. А сюда… думал, вообще русскиписец настал, когда нас волоком потащило к расщелине.
Алексей ухмыльнулся на вольную транскрипцию знаменитой русской присказки.
— Но ничего, обошлось, — продолжил Кристиан, не заметив улыбки Алексея. — Аппарат даже не перевернулся, когда сюда свалился. Если бы перевернуло — были бы уже жареными.
— Это почему? — заинтересовался Алексей, осторожно опустив Герду, упакованную, наконец, в скафандр.
— У нас радиаторы охлаждения как раз сверху.
— А-а! Вот оно что! Тогда действительно повезло… Упаковали дамочку… А теперь порядок движения: сначала идёшь ты…не перебивай! Как только выйдешь из шлюза, тебя подхватит манипулятор моего искина и перенесёт в шлюз «Дельты»… Понял, почему ты, а не я первым должен идти?
— Извини, но не догадался…
— «Элементарно, Ватсон!». От челнока шлюз не виден, а телекамеру на манипуляторе разбил летучий камень, когда я сюда шёл. Поэтому я отсюда буду управлять манипулятором. Если я перейду сейчас на корабль, то вас что, на ощупь здесь выцеплять?
— Теперь понял! Извини, жара почти совсем мозг сварила…
— Ладно, брат! Вперёд! — сказал Алексей и хлопнул Кристиана по плечу. — Как придёшь, я тебе твою напарницу передам.
Кристиан обогнул Алексея и выдернул заткнутый в нишу скафандр.
— А! Ещё! Мой искин манипулятором с места рвёт — отвал башки! Ты не пугайся. Там просто булыжники сверху сыпятся, вот он и торопится.
— Понял! — ответил Кристиан, спешно захлопывая заднюю крышку скафандра. — Я готов!
Когда он открыл щиток гермошлема, выйдя из шлюза уже на челноке, то в лицо тут же пахнуло жаром и серой. Скафандр нагрелся и теперь стремительно остывал, отдавая тепло прохладной атмосфере «Стрелы». Не теряя зря время, он вылез из скафандра и, дав задание искину поставить тот на место, побежал в сторону медотсека.
Как оказалось, торопился зря. Кристиан уже успел с помощью искина не только уложить Герду в ложемент, но и закрепить её. Теперь автомат мог приступить к оказанию первой помощи. Кроме этого у него было ещё одно существенное свойство — при любых манёврах корабля он сохранял положение ложемента с пострадавшим в горизонтальном относительно создававшегося ускорения положении.
— Ага. Замечательно! Ты как, Кристиан, сам пристегнёшься или помочь? А то вид у тебя — болезненный…
— Это от перегреву… — отмахнулся он. — ты не обращай на меня внимания, я сейчас в пассажирский… стартуй.
— Да! Пора отсюда дёргать… весьма неуютное местечко… — заявил Алексей и широким шагом отправился в пилотскую. Искин, как водится, уже доложился наверх, что пострадавшие на борту и готовится взлёт.
Он не спеша уселся в своё кресло, пристегнулся и оглядел окружающую обстановку. Во всех диапазонах. Она его не обрадовала. Где-то далеко началось очередное извержение чего-то, так как одна часть полусферы в видимом свете окрасилась в бурые тона. Издали долетел характерный рокот вулкана, плюющего магму в тёмные небеса. Ураганный ветер продолжал швырять пыль и булыжники с откоса, а молнии рвать темноту.
Мысленно сплюнув три раза, убедившись, что Кристиан добрался до пассажирского кресла и пристёгнут, Алексей приступил.
— Стартую вертикально. Всем, кто задействован в спасательной миссии — освободить коридор.
Алексей быстро с помощью искина прочертил кривой колодец предполагаемой траектории полёта и передал наверх. Он заметил, как через несколько секунд самолёт, исполняющий обязанности транслятора, по расширяющейся спирали начал забирать вверх, а пятёрка самураев дружно отвалила в сторону.