Александр Бережной – Раймундо де Альба-Викто. Идальго и гобба-умница (страница 14)

Для того чтобы переждать день мне нужна была могила, копкой которой я и занялся.

Другие варианты пока отсутствовали.

Вновь обратил внимание на повязку, что была на руке полукровки.

Судя по тому, что она успела потемнеть от крови, и запаху – рана отказывалась заживать.

Снял камзол.

- Пока я сплю – найди цирюльника или знахаря. В качестве оплаты можешь отдать это. – протянул я ей камзол.

- Думаю, если в качестве оплаты я предложу камзол с двумя пулевыми отверстиями, к тем неприятностям, что у нас уж есть, добавятся новые.

- Мои карманы пусты, поэтому ничего иного для оплаты услуг лекаря предложить не могу, поэтому с неприятностями я разберусь, когда они будут.

Полукровка тут же здоровой рукой подбросила и поймала кошель, что ранее я бросил ей. Монеты там звонко звякнули:

- А нужно сперва думать, а потом уже бросаться кошельками.

- Монеты – метал. Метал ничего не стоит. Камзол с плеча идальго – жест. Нужно понимать разницу.

Полукровка разницу понимать отказалась и стала хохотать.

Так и лёг в могилу да сам себя и начал закапываться под её хохот.

Верхнюю половину тела без помощи было не прикрыть, поэтому обратился к всё ещё хохочущей девушке. Она отказывать не стала.

- Дон Раймундо, а что это у вас на лице? – спросила полукровка, когда оказалась над могилой, в которой я лежал.

Я хотел уточнить, что она имела ввиду, но ответ на вопрос нашёлся сам – полукровка сбросила землю мне на лицо. Потом ещё и ещё.

Меня в который раз хоронили.

И это было совсем не так, как мне мнилось когда-то.

Не было ни товарищей, говорящих речи о том, какой честью было быть моим другом, ни плачущих девушек.

Была только эта loca.

Но даже её было достаточно.

Она хотя бы верила, что я ей нужен.

Спалось мне сносно, но пробуждение сплошная морока: вырываться из могилы, отряхивать комья земли. Было в этом что-то неправильное, что-то, что я всё ещё не принял.

- Дон Раймундо, разделите со мной ужин? – полукровка с непередаваемо-широкой улыбкой, невозможной для человека, помахала мне рукой.

- Благодарю, не голоден.

- И всё же поесть вам не мешало бы…

- Не голоден.

- … и помыться тоже не помешало бы. – совершенно проигнорировав мои слова закончила она.

Это был удар.

Грубый, мощный, сломивший любую из защит, которую я мог бы попробовать выставить.

Девушка, указывающая, что тебе не помещало бы помыться.

Будь рядом свидетель – мне бы пришлось его тут же вызвать на дуэль за одно лишь то, что он оказался свидетелем такого позора.

- Река – там. – она указала себе куда-то за спину. – Как помоетесь – приходите, поедим, а после – продолжим путь.

Пошёл мыться.

Разделся.

Оставил одежду на берегу.

Вошёл в воду.

Наверное, она была холодная.

Наверное, ведь боль, холод, усталость в моём нынешнем состоянии ощущались не так, как это было раньше, скорее это были почти забытые воспоминания о былых чувствах.

Неожиданным преимуществом оказалось отсутствие растительности на лице. Прошёл уже который день с того момента, как я выбрался из склепа, а щёки, подбородок – гладкие. Это довольно забавное открытие подняло мне настроение, и я даже почти перестал думать о том, что полукровка в очередной раз мне нагрубила, а я так и не нашёлся, что ей ответить.

Почти перестал.

Почти.

На берегу я обнаружил, что одежда, оставленная мной, отсутствует, а вместо неё лежит новый комплект одежды.

Только перевязь со шпагой и оставила, да сапоги.

Эта loca забрала мою одежды и думает теперь, что я одену это?.. я поднял рубаху… ну рубаха, предположим, выглядит добротно, покрой странноват, но чистая и без дырок на груди… но остальное… простые широкие штаны из шерсти, впрочем, тоже оказались на так уж и плохи, как мне это показалось, коротковаты немного. Камзол без украшений, не притален, но чистый и без дыр.

И шляпа, фетровая с полями.

Пожалуй, за шляпу можно и простить этой loca её наглость.

Шляпа, как я мог забыть о шляпе?

Без пера, без украшений, но это шляпа.

Она села как влитая – слегка набок, как носил отец, когда хотел показать, что ему всё равно на мнение окружающий. Поправил. Потом снова сдвинул. И оставил так.

Не только за шляпу, но и за то, что я вновь шеей ощущаю прикосновение к накрахмаленному воротнику.

Надо же удар пули не почувствовал, а это чувствую.

Плащ?

Чуть коротковат, но не важно.

Когда я вернулся к костру, полукровка окинула меня взглядом, и судя по улыбке сочла увиденное достойным.

- Поедите и в путь. – сообщила она мне.

Прежде чем есть, я не мог не выразить свою благодарность за одеяние, но оказался прерван полукровкой в самом начал:

- Не выдумывайте лишнего: я просто хочу, чтобы рядом со мной был caballero, а не pobre diablo.

Loca!

Почему мне не встретился никто похожий на неё?

Взял бы в жёны и умер бы как мужчина, потому как стоило бы это безумной в приличной компании открыть рот, как тут же мне была бы брошена дюжина вызовов на дуэль.

Надеюсь, полукровка всё же где-то купила одежду для меня, а не украла.

Всё-таки она гоблин наполовину.

В этот раз я слушал то, что говорила мне спутница.

Не мог не слушать: хотя бы из чувства благодарности.