Александр Андросенко – Замок Толор - 2 (страница 36)
— Пойдем! — я взял ее за руку и потащил за собой. — Ты успокойся, на первое время нас укроют, а там видно будет…
* * *
В подвале было холодно, но нам дали одеяла, и мы кутались в них, прижавшись друг к другу. Раны пульсировали под повязкой, а самого меня слегка потряхивало от произошедего, но хотя бы не так, как Яситу. Зажатая между нами, она тряслась, как листок на ветру, и периодически начинала всхлипывать.
Наконец, когда стало казаться, что мы тут так и задубеем, двери погреба открылись, и сухонькая старушка, жена Равиша, позвала:
— Выходите, стражники ушли.
Было еще светло, и я с облегчением подумал, что мы по-прежднему успеваем на корабль, уходящий вечером. Равиш провел нас в комнату с камином, и усадил перед ним:
— Грейтесь, я сейчас вина принесу. Как раны?
— Лихорадит немного, — ответил я. — Как со стражниками все прошло?
— Плохо. Сейчас вернусь, расскажу.
Через десять минут, прихлебывая горячее вино, мы слушали, как здоровяк, которого Ланож только оглушил, пришел в себя, и заложил Яситу с потрохами. Он вспомнил, что она кузина покойного барона, а капитану стражи, лично прибывшему для расследования, ничего не стоило протянуть логическую цепочку дальше. И часа не прошло, как они рванули в ее особняк, а нас выпустили из подвала.
— Спасибо за помощь, Равиш! Если бы не ты, нас бы уже на дыбу вели, — сказал я, и посмотрел на все еще рыдающую Яситу.
— Это нам вам спасибо надо сказать. Этот барон тут такие дела устраивал — мертвецы в гробах переворачивались.
Графиня судорожно вздохнула и отвернулась от нас. Ланож потянулся было ее утешить, но не решился прикасаться.
— Что делать будем, Хонор? — спросил он.
— Насчет нас с тобой все ясно, сегодня отплываем. А вот Ясита… Ей надо к нашим. У графа есть право помилования.
Женщина, которая, по идее, должна была заинтересоваться моими словами, не отреагировала, и я прикоснулся к ее плечу:
— Ясита, ты меня слышишь?
Она повела плечом, но снова не ответила. Ланож глянул на Равиша:
— Оставьте нас на несколько минут? Мы поговорим с графиней.
Когда старик вышел, мы с Ланожем отошли, и он спросил:
— Нельзя ее к графу отправлять. Не доедет.
— Ага. Думаешь, с собой надо брать?
— Да. И надо быстрее уходить отсюда. Чем раньше поднимемся на корабль, тем лучше.
— Согласен. Сам скажешь, или лучше мне?
Парень посмотрел на Яситу, и пробормотал:
— Давай, я попробую, — и направился к ней, как на заклание.
Я присел в углу, потягивая вино, и краем глаза наблюдая за блондином, что-то уверенно и вдумчиво втолковывающем графине. Ланож так забавен, когда пытается ее утешить, и при этом лишний раз не прикоснуться.
Надо сказать, десятник справился быстро: буквально несколько фраз, и Ясита из рыдающей превратилась во всхлипывающую, потом — в вытирающую слезы, а под конец сказала:
— Спасибо, что убил того, кто меня ударил.
Ланож мотнул головой:
— Не за что. На одного мерзавца в Алисоне будет меньше.
* * *
"Каприз Оситы" был небольшим двухмачтовым судном с капитаном, у которого была хорошо развита коммерческая жилка. Поэтому увидев трех новых пассажиров, он заломил цену, от которой даже у меня возникло желание вернуться в Толор.
Впрочем, признав во мне человека, договорившегося с ним о месте до Старых Гор за пять золотых, а в бритом наголо Ланоже — моего компаньона, капитан согласился, что взять с нами и третьего пассажира — всего за семь монет. Ясита, на время превратившаяся в мелкого и худощавого паренька Яса, ловко перебралась на корабль. Мы еще немного постояли, наблюдая за пятеркой стражников, разыскивающих банду из длинноволосого блондина, графини и головореза со шрамом на лице.
— Удачно ты придумал внешность изменить, — заметил Ланож. — На меня стражники даже не посмотрели.
— Да ты издалека блестишь, а вблизи еще и слепишь, чего смотреть-то? — улыбнулся я.
Пошутив насчет того, кто приписал мне шрам, мы направились в каюту. Надо было снова сделать перевязку и подготовиться к продолжительной голодовке. Говорят, морскую болезнь тяжело переносят такие сухпутные крысы, как мы.
Глава 25
Я ехала рядом с капитаном, и молчала. Не понимала я Соура. Променять Силену на эту узкоглазую и широкоскулую кочевницу! Это ж каким идиотом надо быть!? К тому же еще и попасться на этом так, как он… Развлекаешься, пока невесты нет — развлекайся, но приехала — уберись хотя бы!
Воус махнул нам рукой из толпы, собравшейся у крайней палатки, и мы ответили ему тем же жестом.
— Я сейчас! Пока можете вон там отдохнуть! — он показал в сторону, где мялось еще двое всадников.
— Чего стоим, кого ждем, Краш? — тут же поинтересовался у одного Соур.
— Графа, кэп! Пух отправил меня доложить ему, что его сотня к смотру готова, а милорд — в палатке Наместника. Сказали, подождать.
— А ты? — спросила я второго.
— Меня с той же целью Парел послал, миледи.
— Воус! — заорали мы одновременно с Соуром. — Пропусти гонцов к графу!
— Герцог сказал не беспокоить! — нахмурился сотник.
— Дай, я, — сунулся Соур, но я придержала его.
— Ты лучше не лезь, показал уже себя! Пусти меня, Воус. Пару слов скажу, и все.
— Если меня из-за тебя не отпустят в таверну — будете сюда вино тащить, — предупредил сотник, пропуская меня.
Я зашла, и Дарон с Олоком подняли головы от карты, а потом одновременно потянулись к стаканам.
— Что случилось, Тандела? — спросил Наместник.
— Милорд, графа ждут гонцы, обе сотни уже готовы к смотру.
Дарон нахмурился, посмотрел на Олока, а граф кивнул:
— Хорошо, вы с Соуром их и проверьте. Нас больше не отвлекать.
Лицо герцога разгладилось, и аристократы снова склонились над столом, забыв про меня.
Воус на выходе, уже скалился:
— Ну что, рада, что зашла?
— А что случилось? — не понял Соур.
— Потопали смотр проводить. Олок занят.
— Твою мать! Он что… — капитан осекся, махнул рукой и направился к коням. — Потопали.
Я догнала, и посоветовала:
— Следи за языком-то… Я уже поплатилась.
— Знаю… — Соур вскочил на коня и признался. — У меня внутри все бурлит! Силена, Вайврита, Дарон, его племянник, Олок…