Александр Андросенко – Замок Толор - 2 (страница 35)
— Открывай, не поддавайся на провокации. Выходите, Ясита, — пробормотал я остановившейся было заступиться за нас графине.
Та не заставила себя долго ждать, и мы стремительно пересекли двор, открыли калитку и оказались на улице. К сожалению, не одни. Друзья жирного барона вышли следом.
— Знаешь, мне вот эта блондиночка нравится, — здоровяк ткнул в Ланожа пальцем.
— А я лучше к кузине подкачу, вторая личиком не вышла, — скривился в ухмылке худой.
— Ну, все…
Я не успел остановить его. Все-таки Ланож был еще сущим пацаном, так глупо повестись на подколки можно было только по молодости. Вот одного эти остолопы не учли: подкалывали не девицу, а бойца. Знали бы они, сколько этот блондин положил противников, просто пырнули бы нас в пустынной алее из-под тишка, да и действовали бы не вдвоем.
Ланож за кинжалом не полез, набросился с кулаками. Три шага, разделявших их, десятник преодолел за мгновение, после чего мощным боковым влепил в челюсть возвышающемуся над ним противнику. Здоровяк подался назад — время среагировать у него было, и получил еще один удар — ногой в пах. От его вопля вздрогнул даже я. А десятник всек по открывшейся челюсти — слева, справа, и отскочил, давая противнику упасть.
Худой рванул меч из ножен, и с воплем:
— Грабят, убивают! — попытался поймать отступающего Ланожа на острие.
Я ринулся на помощь, обнажив кинжал и крикнув:
— Сзади!
Блондин крутнулся, в пируэте уходя от укола, а я совершил главную ошибку: пырнул противника в заманчиво открывшийся бок.
— Хонор, твою мать! — рыкнул Ланож, зажимая рану на руке, от прошедшего вскользь клинка. — Что так долго!
— А-а-а! — завопила Ясита. — Грабят! Убивают!
Мы с Ланожем перевели взгляд на кинувшуюся прочь женщину, и побежали следом.
— Насилуют, забыла, — ухмыльнулся я, догоняя ее буквально через пару десятков шагов, за ближайшим поворотом.
Свободная ладошка описала привычную траекторию и залепила мне пощечину.
— Успойся! — рыкнул я, хватая за руки, и как следует тряхнув ее.
— Ты!.. Вы!.. Вы убили их! — рванулась она.
— Он первый вытащил меч и ранил Ланожа! Да и не просто так они вышли за нами! Не дали бы они тебе деньги унести отсюда!
И тут из-за поворота улицы раздался свисток, а через мгновение на нас направили три пики городские стражники.
— Вот они, сержант! — воскликнул Варор. — Ограбили моих друзей! У черного кинжал в крови! А деньги — вот у этой холодной сучки!
Глава 24
— Что?! Да как ты смеешь, сосунок! Я графиня, а не базарная девка! Сержант, это мои деньги, он мне их был должен, расписка у него! Варор, а твои так называемые друзья напали первыми, да еще и ранили моего охранника!
— Сержант, если бы мы хотели ограбить кого-то, неужели бы отдали отобраные деньги женщине! — добавил я.
— А еще — у них мечи не запечатаны, проверьте! — внес свою лепту Ланож.
— Кинжалы бросайте! Быстро! — одна из пик прошла в опасной близости от моей руки.
Выбора особого не было, с ножиками против копий не поспоришь, и мы их бросили. Нас тут же прижали лицами к стене ближайшего дома и связали руки за спиной. Яситу, несмотря на визг, и проклятия, тоже связали и забрали деньги.
— Кусается! — хохотнул сержант, подбрасывая в руке кошелек с монетами. — Может, выбить ей пару зубов, барон? Станет посговорчивее?
Все это было очень похоже на инсценировку, и Варор, скорее всего, приплатил этой троице. Впрочем, прикончить нас безнаказанно, у них уже не получилось — начал собираться народ.
Первым подошел старик с пузом в два раза больше, чем у Варора, и спросил:
— Что за крики, господа?
— Поймали убийц и воров! Ограбили моих друзей! — выпалил Варор.
— Это возможно? Они же сами кого хочешь ограбят!
— Возможно, — ответил сержант. — Один мертв, другой пока не пришел в себя, господин Равиш.
— Эти что ли убили? — он кивает на на нас. — Может, отпустишь с миром? Доброе дело ребята сделали, спокойней станет.
— Что ты мелешь, старик? Они убили моего друга! — взъярился Варор. — Ради проклятых денег! Грабители!
Тот флегматично посмотрел на барона:
— Вашего друга, Варор? А разве эта девушка — не ваша кузина? У которой вы заняли триста золотых, и которая надоедала вам визитами уже несколько недель?
Сержант растерянно посмотрел на барона, и тот поспешно начал оправдываться:
— Равиш, вы что, какая кузина, какие деньги? Вы приняли за правду мои пьяные басни? — а сам толкнул сержанта и показал глазами — уводи, мол.
Старичок прищурился:
— Пьяные, значит? Помнится, мы с вами общались ранним утром! И не несло от вас, как обычно! Куда вы, господа стражники? — он хотел пойти следом, но барон придержал его, взял за локоть.
— В тюрьму, куда же еще.
— За что!? — возмутилась Ясита.
— За ограбление и убийство! — мрачно сказал стражник и толкнул ее вперед.
— Что ты себе позволяешь, скотина! Я — графиня Ясита див Дайриш! Я…
От удара, который она получила, я вздрогнул. И понял, что за наше убийство уже заплачено, причем столько, что стражники ни перед чем не остановятся.
— Молчи, сука! — рыкнул сержант, приподняв упавшую женщину. — Вставай, или я тебя не потащу на веревке!
Подбородок Яситы предательски задрожал, а мимо пронесся Ланож. Через неуловимое мгновение его кованый сапог соприкоснулся с ухом сержанта, и того отбросило в сторону, головой на мостовую.
"Похоже, еще и трупы трех стражников на нас повесят," — подумал я, во время переката, вытаскивая связанные за спиной руки вперед. У копья, выпавшего из рук сержанта, я оказался еще до того, как наши с Ланожем конвоиры сообразили, что надо не кричать, а пытаться нас поймать. Наступив на древко ногой, я просунул руки под наконечник, и рванул, стремясь разрезать веревки. Получилось! И у меня даже осталось время уйти в сторону от укола, правда, пришлось отскочить в сторону от лежащего копья. Яростно разрывая скрестными движениями ослабшие путы, я еще дважды чудом избежал знакомства с холодной сталью, и определил, что Ланож, так же, как и я, уворачивающийся от другого конвоира, еще жив.
— Ясита, копье мне! — крикнул я, в надежде просто отвлечь противника, чтобы окончательно освободить руки, а она, внезапно перестав плакать, схватила лежащее оружие, и направила его на стражника!
Тот на мой крик не отреагировал, зато чуть не наколол меня на пику. Я пропустил ее между боком и рукой, и попробовал прихватить, но он резко рванул вперед-назад, разрезая мне руку и бок. Собственный крик я услышал приглушенно, как со стороны, а вот его — от копья, вошедшего в спину — весьма и весьма отчетливо.
Ясита, секунду назад с бешенными глазами несшаяся на него с пикой, зажала рот и упала на колени, глядя на вытекающую из раны кровь. Очевидно, опять рыдать собралась. Не время слюни разводить. Левой рукой я вытащил копье из рук еще тихонько стонущего стражника, и посмотрел в ту сторону, где был Ланож. Тот стоял над телом сержанта, снимая у него с пояса наши кинжалы. Стражник с собственным копьем в животе лежал чуть дальше. Меня на секунду даже посетило сомнение, что именно я — лучший, после офицеров, воин в Толоре.
Впрочем, когда мое копье описало плавную дугу до груди Варора, подбегающему, с мечом наперевес, к не видящему его Ланожу, сомнения ушли. Конечно, я, кто же еще!?
А десятник, покосившись на упавшего рядом барона, чиркнул кинжалом по горлу сержанта, и повернулся ко мне:
— Живучий, гад.
Я посмотрел на Равиша, в отличае от остальных зевак, не убежавшего. Видимо, полнота мешала.
— Я на вашей стороне! Этот мерзкий барончик с дружками и подкупленный сержант всех достали, — воскликнул он.
— Тогда помогите укрыться, мы ранены, и далеко не убежим, — сказал Ланож, вытаскивая из кармана стражника кошелек Яситы. — Мы не обидим.
— Давайте сюда! — толстяк тут же отпер ворота, у которых стоял. — Мой дом.
Ланож кивнул на графиню, стенающую перед остывающим трупом, и я поковылял к ней, чувствуя, как силы буквально выливаются, вместе с кровью из рассеченного бока.
— Ясита, пойдемте быстрее!
— Все пропало! — выкрикнуло она. — Из-за вас! Мы вне закона!