Александр Андросенко – Наемник номер триста (страница 37)
«Уже лучше, – подумал Сергей. – Шутит». Самому ему хотелось просто стереть этот день из жизни. Даже несмотря на возвращение Мэй Ван. А может, именно из-за ее возвращения.
* * *
Рыжий был, мягко говоря, в ах@е. Нет, когда бабенка сказала, что ее бойфренд – настоящий Наемник, который покроет издержки без проблем, он вначале не поверил, но после проверки – все сходилось идеально. Да и то, что они выяснили, что это на самом деле любовница Верховного лидера Союза Трех планет, всегда давало возможность прибегнуть к запасному плану, и сдать ее Кер Мин Ва. Но Квентину нравилось думать, что он проявляет доброту и участие, помогая ей вернуться к Сергею. К сожалению, бабенка это не оценила – и ему даже минета так и не обломилось, как он ни намекал.
Сейчас, стоя со стволом бластера во рту, он этому был даже рад.
– Ну, сука, ты подумал? Говорить будешь, или мне твою тыковку поджарить? – рявкнул здоровенный детина с мордой цвета красного кирпича.
Рыжий мелко затряс головой, показывая – ясное дело буду, какой вопрос?!
– Где личный комм Мэй Ван!? Той девки, что мы с тобой повязали?
– У-у-у меня на транспорте, в сейфе! – выпалил он, едва ствол покинул полость в голове.
Красномордый нахмурился, из-за чего Рыжий испугался за целостность некоторых органов:
– И твои дружки, наверное, на борту?! Да? Сколько?
– Их всего двое! Если я позвоню, они его принесут сюда, и не надо будет даже ничего делать!
– Вот как? Так просто?
– Да! Мы обычные работяги, шеф! Бабенка обещала вернуть деньги за испорченное оборудование, комм – просто страховка!
– @бало завали, я эту песенку уже слышал! Двести кусков за камеру и мясо? Да вы ах@ели просто! Думаю, она уже вам все работой отдала, так что хер вам в жопу, а не бабки. А девку себе оставляем! Бери комм, звони! – он подал устройство Квентину. – И морду не попроще сделай, а то я тебе этот ствол в задницу засуну! И это не шутка!
Рыжий даже не сомневался – с такой мордой не шутят, он набрал своим ребятам:
– Борода! Хватай комм девки и дуй в космопорт! Дело срочное!
– А? Чего? Ты где это? – вместо того, чтобы заняться делом, тот начал задавать вопросы.
– Я сказал, бери комм девки и вези его в космопорт! И побыстрее! Отбой! – Квентин отрубил связь и повернулся к Биллу. – Я сделал все, что мог. Честно.
Иванов кивнул и вышел.
– Меня выпустят? А? Вы куда? – посыпал вопросами Рыжий, но дверная панель уже закрылась.
Малой и Борода, чтобы быстрее оказаться в космопорте, вызвали такси, так что в машину СБ их даже усаживать не пришлось. Так сказать, самодоставка. Через час после звонка, комм Мэй Ван лежал на столе перед Биллом, а неудачливые аферисты сидели в одиночках на гауптвахте.
Иванов внимательно рассматривал шпильку, которую ему доставили вместе с коммом. Сняв колпачок с острой стороны, он проткнул поочередно стену каюты, дверную панель и металлический стол. Теперь ему было ясно, как им образом Мэй смогла испортить морозильник изнутри. А когда он считал список взломщиков кодов, который содержался в памяти шпильки, то был неприятно поражен. Такой шпилькой можно было даже у них на корабле половину дверей открыть меньше чем за секунду. А вторую половину – если есть время от минуты до пятнадцати. Роскошнейшая коллекция декодеров, вокодеров и голодеков была упакована довольно оригинальной оболочкой, которая умела по запросу определять наиболее подходящий к замку взломщик. Кустарщина, конечно, но сделано талантливо.
Недолго думая, Иванов воткнул шпильку себе во внутреннюю поверхность нагрудного кармана комбинезона, и направился в каюту Наемника.
* * *
Сергей уныло втыкал в голостол, на котором просматривал досье на Ван Мэй, как внезапно ощутил: что-то пошло не так. Сенсорная панель вспыхнула красным, и дверь начала открываться, а Сергей уже перевернул стол, за которым сидел, и занял за импровизированной баррикадой огневую позицию.
– Твою мать! Билл! Ты издеваешься?! – рявкнул он, когда понял, кто ломится к нему в каюту.
– Наоборот! – Иванов улыбнулся, реакция Наемника ему понравилась. – Проверяю твои навыки экстремального выживания! – он продемонстрировал ему шпильку. – Видел такую хреновину?
– Видел. Волосы решил отпустить? Не поздновато?
– Ха! Это не моя! Твоей подружки.
Сергей взял шпильку и покрутил перед глазами:
– Ну, в целом, в ее стиле. Хочешь вернуть?
– Не-а, – Билл забрал ее обратно. – Смотри.
Он закрыл дверную панель, приложил шпильку головкой к сенсору… И через минуту он снова вспыхнул красным, а дверь открылась. Сергей пожал плечами:
– И что?
– Да ничего. Просто какая-то кустарная хрень для скрытого ношения вскрыла третий по защищенности замок на корабле меньше чем за минуту. А так все нормально.
Сергей уныло посмотрел на разбросанные по полу вещи и, вернув стол в нормальное положение, принялся их собирать:
– Ну так поменяй коды.
– Придется! – Билл посмотрел на Наемника и быстро вышел.
– Ты куда?! – возмутился Кер. – А кто этим всем заниматься будет?!
– Не знаю! А я менять коды! – Иванов закрыл дверь.
* * *
– Киану, о чем ты сейчас думаешь? – спросила Дис, развалившись на кровати в чем мать родила.
– О чем я сейчас могу думать? – усмехнулся ее муж. – Ни о чем, просто кайфую.
– А ты уже воевал?
– Нет. Я курсант. Максимум, Что у нас было – учения.
Дис поболтала ногами в воздухе.
– Как думаешь, это страшно?
– Что?
– Ну, воевать? Планетарная высадка, например?
– Конечно страшно. Потери при наличии ПВО могут доходить до тридцати процентов.
Дис горестно вздохнула:
– Вот черт… Ты не боишься, что меня убьют во время такой высадки?
Киану пару раз моргнул и ответил:
– Нет.
Дис села и поджала ноги к груди, обхватив их руками:
– А я постоянно боюсь, что тебя убьют или покалечат в бою! – со слезами на глазах сказала она.
Киану вздохнул:
– Ты это брось. Я тоже иногда думаю об этом. Лучше не надо.
– О том, что меня убьют? – с надеждой спросила жена.
– Нет. О том, что убьют меня. Плохие мысли.
Дис сама не поняла, почему ей стало очень-очень обидно.
– Эй, ты чего?! – удивился Киану и кинулся вытирать ей слезы.
– Ты меня не любишь! Ты совершенно обо мне не думаешь!!! – выпалила Дис.
Киану рассмеялся, и кореянка кинулась на него, попытавшись ударить. Он легко перехватил ее удар и прижал к себе:
– Дуреха… Думать о смерти любимого человека – невероятнейшая глупость… Хуже только думать о том, что же ты будешь делать после этого…