Александр Андросенко – Дорога в Ад (страница 33)

— Вставай, я сказал! — капитан грубо схватил ее за волосы (чего ему давно хотелось), и потащил с кровати. — Поднимайся, дешевая шлюха…

Юля вскрикнула и схватилась за волосы, чтобы ослабить боль. Стащив ее на пол, так же, за волосы, Петров закинул ее голову вверх:

— Что, думаешь наверное, что я теперь отвезу тебя домой, да? — Виктор был в ярости. — Думаешь, я приехал тебя спасти? Признаюсь, когда зашел, была такая мысль… Но после этого вот унижения, когда эти уголовники меня братом называли… Не-е-ет, это я так не оставлю…

Юля мгновенно поняла — та фраза, из-за которой она получила шлепок от Панды, была совершенно лишней. Виктор был самолюбив и надменен, он не терпел шуток в свою сторону.

— Прости меня, — попросила она.

От тяжелой, звонкой пощечины, она чуть не потеряла сознание, голова мотнулась вправо. Юля непроизвольно всхлипнула, и тут же получила еще одну — уже слева. Во рту появился металлический привкус: судя по всему, лопнула губа. Она подняла руки, прикрываясь, и тут же получила жесткий шлепок по груди.

Виктор жестко усмехнулся:

— А они не врали, тебя это действительно заводит! — и, сбросив пиджак, начал расстегивать рубашку.

Юля, прикрыв локтями грудь, отрешенно смотрела на капитана. Она начинала ненавидеть свое тело, но ничего не могла с ним поделать.

Капитан хотел увидеть ее униженной, хотел, чтобы она просила о пощаде и лизала ему ноги.

И не только ноги.

Юля просила — и словами, и телом.

Три часа с острожным капитаном юстиции Виктором Петровым оказались гораздо тяжелее суток с двумя уголовниками.

— Домработнице твоей я сказал, что ты в командировку поехала в свое кундрючкино, чтобы документы сделать. Так что она не паниковала. С сегодняшнего дня я буду приезжать к тебе каждый вечер. Не вздумай подать заявление в полицию или прокуратуру, для твоего же блага… Так, как сегодня — не отделаешься, — Виктор посмотрел на нее, и Юля поняла — не врет. Он схватил ее за шею, притянул к себе, и тихо прошептал. — Ты моя собственность. У меня твои документы и свидетельство рождения ребенка… И тебе придется быть паинькой, чтобы получить их обратно…

— Больно, — сказала Юля в ответ. — Отпусти, пожалуйста. Я поняла.

Виктор переменился в лице и сильно сжал ее шею:

— Что ты сказала?! Повтори!

— Я поняла, хозяин! Больно, пожалуйста, отпустите! — униженно попросила Юля, чуть не скуля от боли в пережатых мышцах.

Петров надменно усмехнулся и оттолкнул девушку:

— Проваливай. И помни: не успеешь взять трубу, когда я позвоню — пеняй на себя. Сегодняшний марафон тебе покажется раем.

— Да, хозяин, — ответила Юля и, выйдя из машины, на нетвердых ногах пошла домой.

Истерзанное тело горело. Израненная душа стонала. А сердце требовало мести.

Юля пыталась дозвониться до Василия, в надежде, что он поможет, но воин, похоже, поменял номер телефона. После долгих раздумий девушка решила не вызывать навитов, а попробовать что-нибудь другое. Например, те же сглазы.

Глаз у нее был уже наметан, и утро каждого дня, в течении следующего месяца, начиналось с изучения интернета, потом следовал обязательный поход в библиотеку, визит в спортзал, и, наконец, свидание с Виктором.

Юля восстановила если не душевное равновесие, то хотя бы его видимость. Ей действительно удалось найти работу — снова в больнице, и даже вписаться в коллектив. Все интересные заговоры она записывала в тетрадку, которую хранила в секретном месте.

А потом Виктор снова пригласил ее в ресторан.

— Куда вы сегодня? — удивилась домработница, отвыкшая, что она уходит вечерами. — Витя сегодня не приедет?

— Он пригласил меня в ресторан, — ответила Юля и добавила, с сарказмом. — Романтический вечер.

Когда она увидела Виктора за столиком, беседующего с каким-то толстым мужиком, то сразу почувствовала, что дело пахнет керосином.

— Добрый вечер, — улыбнулась она, подходя.

— Сядь, — Виктор кивнул ей на свободный стул и спросил друга. — Как тебе?

Толстяк окинул ее похотливым взглядом и усмехнулся:

— Пойдет. Эскорт?

— Лучше.

— Вижу.

— Договорились?

Толстяк еще посмотрел на нее, и Юля почувствовала, как все внутри переворачивается. Этот ублюдок собирался ее продать!

— Да что ты себе позволяешь?! — возмутилась она. — Я тебе не кукла, чтобы вот так вот…

— Завались! — прикрикнул на нее Виктор. — Ты моя собственность, хочу сам пользую, хочу — отдам друзьям. Вениамин Сергеевич — мой друг, так что поднимайся в номер.

Юля с ненавистью уставилась на Виктора, в панике пытаясь найти ответ. Капитан схватил ее за руку и насильно потащил наверх:

— Шевелись, давай! — и, затолкнув в номер, запер.

Оставшись одна, Юля принялась метаться в поисках оружия. В смятении, она была готова даже с кухонным ножом напасть на двоих мужчин. Она боялась повторения недавнего сценария, боялась до дрожи, до потери сознания. Но ничего не было. Тогда она вернулась к магии. У нее было заготовлено два обряда, которые могли помочь, и к одному из них она начала экстренную подготовку. Плохо было то, что волосы Виктора у нее были, а вот с частичкой тела второго мужчины были проблемы. Но Юля умела составлять руну огня — на последних испытаниях ей удалось таким образом поджечь бумагу… Но чем поможет огонек против мужика весом за сотню килограмм?

Впрочем, ей удалось зажечь кусок туалетной бумаги, сжечь волосы Виктора, смешать их пепел со своей кровью и подмешать эту субстанцию в виски, произнеся восемь раз мантру подчинения. Осталось, чтобы он это выпил. Тогда должна появиться возможность управлять им. В комментариях к обряду не было сказано, каким образом будет происходить управление, и насколько это будет сложно или легко. Юля на секунду пожалела, что не проверила это заклинание на домработнице… Но только на секунду — не было смысла жалеть о том, что сейчас сделать было невозможно.

Раскупоренную бутылку виски Юля поставила на тумбочку у кровати и принялась раздеваться. Потом основательно пригубила из бутылки. Надо было уговорить их выпить, иначе ничего не получится. Значит, ей придется сыграть в игру, и дрожь ни в голосе, ни руках тут не поможет.

Виктора и Вениамина Сергеевича она встретила в халатике на голое тело и початой бутылкой виски в руках:

— Мальчики, за вас! — провозгласила она тост, и приложилась из горла. Огненный напиток обжег горло и она сморщилась. — Уххх, ну и отрава… Иди сюда, зацелую, — она полезла к Виктору, но тот ее оттолкнул.

— С Веней зацеловывайся, — зло рыкнул он.

Юля поступила так, как он и советовал, стараясь не обращать внимания на то, как по-хозяйски руки мужчины сжали ее бедра. Главным было то, что капитан отобрал у нее бутылку виски, вытащил из бара стакан и плеснул себе немного напитка, который тут же, залпом, опрокинул внутрь, после чего посмотрел на Юлю:

— Вот что ты за баба такая, а? Зачем нужен был этот цирк внизу? Мы ведь прекрасно знаем, что тебе самой это нравится ничуть не меньше, чем мне!? А мне теперь проблемы с рестораном разруливать! — он стал угрожающе приближаться.

Вениамин улыбнулся и, развернув ее спиной к себе, схватил за руки, прижав к себе:

— Теперь нам придется тебя за это наказать! — прошептал он ей на ухо.

Юля посмотрела на Виктора. Интересно, контроль уже действует? Или его надо как-то активировать?

— Стой! — резко приказала она, но Виктор даже не дрогнул.

— Зачем останавливаться? — он мерзко ухмыльнулся и начал развязывать пояс халата. — Мы спешим, некогда тут с тобой брачные игры устраивать.

Юля, несмотря на начинающуюся панику, постаралась взять себя в руки и быстро, скороговоркой, прошептала:

— Выпил моей крови — отдал свою волю. Отдал свою волю — смирись со своей долей. Прими свою долю — слушай голос крови!

Лицо Виктора изменилось, и он посмотрел на нее:

— Ты чего там шепчешь, как чумная? А? — капитан развязал пояс и складывал его в четыре раза.

— Отойди! — приказала Юля, понимая, что сейчас произойдет. — Отойди, не трогай меня больше!!!

Виктор расхохотался, следом заржал и Вениамин:

— Слышь, она что, мантру какую-то читала? — толстяк резко толкнул ее к Виктору, сдергивая халат.

Юля попыталась ударить Виктора коленом в пах, но не попала, капитан вовремя согнулся, убирая опасное место, и заблокировал удар локтем. Она попыталась цапнуть его за лицо, но ее уже схватили за руки и начали заламывать за спину:

— Давай, давай, ты же знаешь, что так мне еще больше нравится! — подначивал ее Виктор.

Юля сорвалась. Она бросалась на них как безумная, орала, кусалась и плакала, пока ее не связали, заткнули рот кляпом и не уложили на кровать. Вениамин Сергеевич изнасиловал ее первым.

Девушка не понимала, почему Виктор ей не подчинялся. Это было очень обидно. Целый месяц теоретической подготовки ничего не дал. Нужна была практика. И это был единственный позитивный результат случившегося.