Александр Алексеев – История, измеренная в пятиклассниках (страница 10)
В Афинах царило страшное смятение: ожидали, что Александр начнёт осаду города. Однако изъявлением полной покорности удалось выпросить пощаду у победителя. Александр только потребовал у афинян выдачи Демосфена и других противников Македонии. Демосфен пришёл в Народное собрание и рассказал народу басню об овцах, выдавших своих собак волкам, после чего овцы превратились в лёгкую добычу. Себя самого и своих товарищей он сравнил с собаками, а Александра назвал волком. Афиняне выступили в защиту Демосфена, и македонский царь не стал настаивать на своем требовании. Демосфен и его друзья остались в Афинах.
В 335 году до Р. Х. распространился слух, что Александр погиб в Иллирии. Фивы восстали. Афиняне по инициативе Демосфена их поддержали. Александр вернулся, осадил Фивы и разрушил. Только заступничество Фокиона отвратило Афины от наказания. Александр после встречи с Фокионом преисполнился к нему уважения и даже заключил союз дружбы и гостеприимства. Однако от подарка в сто талантов афинянин отказался.
Ранней весной 334 года Александр во главе соединённых сил Македонии, греческих городов-государств (кроме Спарты, отказавшейся от участия) и союзных фракийцев выступил в поход против персов. Персы надеялись разжечь войну у него в тылу. Спартанский царь Агис III, получивший помощь от персов, начал войну против Антипатра, которого Александр оставил управлять Македонией. Первой восстала Фракия. Когда Антипатр повёл туда войска, спартанцы обратились к эллинам с призывом единодушно отстаивать свободу. Их поддержали большинство пелопоннесцев, но Афины остались в стороне; ни Демосфен, ни Ликург не выступили в поддержку Агиса; лишь Гиперид в Народном собрании призывал взяться за оружие и критиковал Демосфена за половинчатость его позиции. Антипатр наспех закончил войну во Фракии и со всем войском отправился в Пелопоннес. В битве при Мегалополе (331 год до Р. Х.) пелопоннесцы проиграли. Агис был ранен копьём в бедро, но продолжал сражаться, пока брошенное македонцем копьё не пробило ему грудь.
В Афинах сторонники Македонии опять подняли голову. В 330 году противники Демосфена возбудили дело против Ктеси-фона, который предлагал увенчать Демосфена золотым венком за заслуги перед отечеством. Эсхин доказывал, что предложение Ктесифона противозаконно, поскольку закон прямо запрещает награждать венком тех, кто обязан давать отчёт в расходовании каких-либо средств (а Демосфен отвечал за строительство укреплений и за устройство развлечений). В длинной речи Эсхин доказывал, что Демосфен трус, взяточник, лжец, демагог и вообще вся его деятельность направлена во вред Афинам, что по его вине был заключён невыгодный Филократов мир и проиграна битва при Херонее.
В речи «О венке» Эсхин обрушился не только на Демосфена, но и на государственное устройство Афин. Демократия, говорил он, основывается на прочных законах. По законам Солона, заложившего основы Афинского государства, в Народном собрании председательствующий должен выбираться по жребию из числа старейших граждан. После того как он всходил на помост, глашатай возглашал: «Кто желает высказаться из достигших пятидесяти лет, а затем по очереди из прочих афинян?» Теперь же Народное собрание ведёт невесть кто, слово дают без всякого порядка. В результате в Афинах «перевелось всё, что прежде единодушно признавалось наилучшим, и одни стали с лёгким сердцем вносить противозаконные постановления, а другие ставить их на голосование». Народ позволяет во время заседаний экклесии (народного собрания) и судов совершать «самые страшные злоупотребления»; «тем самым упраздняются законы, рушится демократия», а «вы с легкостью одобряете речи, которые не подкреплены честной жизнью ораторов». А виноваты в этом ораторы типа Демосфена, которые с помощью словесных выкрутасов уводят граждан от следования законам, «подчиняя себе простых людей и добиваясь для себя самовластия». И вообще, с точки зрения Эсхина, афиняне стали намного хуже, чем были когда-то: они «не считаются ни с позором, ни с наказанием, которому подвергнутся. Нет, удовольствия, которым они могут предаться в случае успеха, – вот что их прельщает». Защищая в суде Ктесифона, Демосфен, по сути, защищал себя. Он говорил, что давно считал Филиппа человеком, «порабощающим всех на свете, и выступил против него», что афиняне его поступки всегда одобряли; что это именно он настаивал на битве в Херонее, но не несёт ответственности за поражение; что он не несет ответственности за Филократов мир, а вот Эсхин находился на содержании вначале у Филиппа, а затем у Александра. Афиняне не должны сожалеть о своих действиях, ибо политика, которую они проводили, была честной и справедливой. Речи Эсхина и Демосфена привлекли тысячи слушателей со всей Греции. Предложение Эсхина об осуждении Ктесифона поддержали менее пятой части судей. Более того: поскольку Эсхин не набрал пятой части голосов, его обвинение было признано необоснованным. Его оштрафовали и изгнали из Афин. Он уехал на Родос, где по просьбе местных жителей повторил свою речь «О венке». Восхищённые родосцы не могли понять, как после такой блестящей речи Эсхин оказался в изгнании. «Если бы вы слышали Демосфена, то не спрашивали бы», – ответил Эсхин. На Родосе Эсхин открыл школу риторики. Дожил он до 75 лет и умер в 314 году до Р. Х.
Александру, воевавшему в Египте, пришёлся по душе египетский обычай считать фараона сыном верховного бога. Он объявил себя сыном Зевса и потребовал, чтобы все греки это признали. Большинство полисов скрепя сердце согласились; спартанцы, к примеру, придумали такую формулировку: «Так как Александр хочет быть богом, пусть будет им». Известно, что Демосфен уговаривал сограждан признать божественную сущность македонского царя, а Гипе-рид был резко против.
Когда в 324 году Александр вернулся из похода в Индию, его казначей Гарпал, опасаясь наказания за растраты, бежал и попросил убежища в Афинах. Афиняне, с одной стороны, зарились на деньги, которых у Гарпала было очень много, с другой стороны, опасались Александра. В результате Гарпалу дали афинское гражданство, но в город не впустили, а потом и вообще взяли под стражу. Богатства Гарпала сложили в Акрополе, чтобы по первому требованию вернуть Александру. Однако Гарпалу удалось бежать, при этом половина денег из Акрополя исчезла. Сподвижник Демосфена Гиперид обвинил его в том, что он взял из Гарпаловых денег 20 талантов, а также в том, что он «явственно выступал за Александра». Демосфен признал, что деньги Гарпала взял, но сделал это в счёт возмещения сумм, причитающихся ему из казны. Его присудили к уплате 50 талантов, а поскольку набрать такую огромную сумму он не смог, его заключили в тюрьму. Друзья вскоре помогли ему бежать, и Демосфен нашёл убежище недалеко от Афин, на острове Эгине. Изгнан был и Демад, тоже замешанный в деле Гарпала.
Изгнание Демосфена оказалось недолгим. Неожиданно пришло известие о кончине Александра: он скончался в Вавилоне от лихорадки 10 или 13 июня 323 года, не дожив чуть более месяца до 33-летия и не оставив распоряжений о наследниках. Как только эта весть достигла Афин, Народное собрание решило начать войну с Македонией и призвало к тому же все полисы. Всех граждан Афин до 40 лет призвали в поход за свободу. Таких набралось 5500 (из 21 тысячи афинских свободных граждан), к ним добавилось две тысячи наемников за счёт города. Леосфену доверили командование соединёнными греческими силами. Фокион, будучи стратегом, выражал сомнения: «Мы готовы к бегу на один стадий, но длинного пробега я опасаюсь, потому что у нашего города нет в резерве ни денег, ни кораблей, ни солдат».
За Демосфеном на Эгину послали корабль. В Пирее его встретили как национального героя. Демосфен и Гиперид возглавили сопротивление македонянам. Победа объединённого греческого войска под командованием Леосфена заставила Ан-типатра укрыть македонскую армию в городе Ламия (отсюда название войны – Ламийская). Однако раздробленность сил антимакедонского лагеря, недовольство войной олигархических кругов, поддерживавших Македонию, подошедшая к Антипатру помощь привели к развалу и поражению коалиции.
Македонянам удалось склонить некоторых союзников Афин на свою сторону. Афиняне остались почти в одиночестве. Всё же они решились дать последний бой. Он произошёл в августе 322 года до Р. Х. у города Краннона (Фессалия). Афиняне потерпели поражение, хотя и не такое решительное, как при Херо-нее. Фокион, будучи стратегом, в 323 году одержал победу над высадившимся в Аттике македонским десантом. После битвы при Кранноне своим ходатайством перед македонским регентом Антипатром Фокион смягчил для афинян условия мира. Тем не менее афиняне должны были уплатить Македонии за издержки войны и допустить в свою гавань македонский гарнизон. Демократия в Афинах уничтожалась, и только несколько тысяч богачей сохраняли право управлять городом. Демосфен и некоторые другие вожди демократии были приговорены к смерти.