Александр Агарев – Приемник Хрущева (страница 4)

Елизавета Алексеевна Евстифеева, более 45 лет проработавшая учителем, вспоминает: «В 1944 46 годах после окончания педучилища я работала учителем начальных классов в деревнях Касимовского района. Захотела уехать в Москву, чтобы продолжить образование. Мама категорически была против. Фрол Романович, общаясь с земляками, всем дотошно интересовался, узнав, что я хочу учиться, поддержал меня, предложил поехать в Ленинград, обещал помочь с обустройством, в подготовке к экзаменам. Но мама меня не отпустила. Так и проработала всю жизнь в родном Лощинине».

«В последние годы у нас в деревне он был нечастый гость, – вспоминал племянник Алексей Сергеевич Китаев, – но к маме приезжал (отец рано умер). Я был тогда мальчишкой, впечатления остались о нем такие: по сравнению с другими мужиками – трезвый, и, как в деревне говорят, «один из семьи пошел по науке». Однажды он в дороге под Шиловом на машине застрял. С помощником и водителем долго тащили машину на себе, измучились страшно. После этого и была построена дорога Москва – Касимов, участок от Гусь-Железного до Касимова построили в первую очередь.

Макар Григорьевич Пугачев был школьным товарищем Фрола Романовича. Супруга его, Василиса Андреевна, и его дочь, Антонина Макаровна, рассказали, что он, приезжая в деревню, заходил к ним в гости, общался с ними подолгу. Интересовался бытом. Очень любил детей, привозил им гостинцы. Десять детей у товарища-то, понимать надо, нелегко ставить их на ноги. Работали тогда в деревне не покладая рук, а жили все равно впроголодь. Фрол Романович помогал землякам как человек добрый, щедрый, необыкновенной широты души.

Анна Васильевна Трусова: «Уважительный был в общении с людьми. Мама его была приятной наружности. Всех детей на ноги одна подняла. Была строгая, сдержанная, никогда грубого слова не скажет, очень приветливая. Жалко, Фрол Романович умер рано, пожил бы подольше – были бы и вода, и дороги по всем улицам, и не только у нас в Лощинине»[2].

Ветераны города Касимова и Касимовского района вспоминают, что, находясь на высоких постах в Ленинграде и Москве, Фрол Романович не забывал малую родину, земляков. Заметна его практическая помощь при строительстве в Рязани завода «Центролит», картонно-рубероидного завода и завода химического волокна, Новодеревенской ТЭЦ, при модернизации и реконструкции приборного завода, заводов «Красное знамя», САМ и «Теплоприбор», комбината искусственного волокна, других крупных предприятий. Численность населения города Рязани после Великой Отечественной войны составляла немногим более 50 тысяч человек. В результате крупных промышленных строек к концу 60-х годов областной центр превысил в населении 500-тысячный рубеж, то есть вырос в 10 раз.

Ф.Р. Козлов помог решить важный для области вопрос о строительстве асфальтированной дороги Рязань – Клепики – Касимов – Сасово – Рязань – так называемого Большого Рязанского кольца (есть иное мнение – это сделал Ларионов, но, пожалуй, не без его помощи). Эта трасса – главная вот уже 50 лет.

Касимовцы до сих пор благодарны за решение вопроса о строительстве железнодорожной ветки от Касимова к Московско-Уральской железной дороге (она вступила в строй в 1961 году), за помощь в открытии регулярных автобусных маршрутов Москва – Касимов – Рязань. Говорят, что в высоких московских кабинетах недоумевали по поводу того, как это автобусы из Москвы будут ездить в какой-то захолустный Касимов, когда нет дорожного сообщения со многими областными центрами. Но, чувствуя давление «сверху», нужные документы все же подписывали. Сеть автобусных маршрутов покрыла в те годы весь район: они пролегли к потомкам бурлаков в деревню Кочемары, село Щербатовка, жители которых не видели прежде ничего кроме запряженной лошадки и речного парохода. Память о Ф.Р.Козлове, патриоте малой родины, конечно, надо увековечить, чтобы и местные жители, и школьники знали о своем замечательном земляке, Герое Социалистического Труда. Приведу, на мой взгляд, интересный документ, который хранится в Государственном архиве Рязанской области: письмо коммунистов г. Москвы. Привожу его полностью.

«ПЕРВОМУ СЕКРЕТАРЮ РЯЗАНСКОГО ОБКОМА КПСС ТОВАРИЩУ ПРИЕЗЖЕВУ Н.С.

УВАЖАЕМЫЙ НИКОЛАЙ СЕМЕНОВИЧ![3]

Извините, что отнимаем Ваше внимание, но мы решили послать эти поэтические строки лично Вам, так как они посвящены ПАМЯТИ уважаемого и незабытого народом товарища, безвременно ушедшего из жизни, секретаря ЦК КПСС Ф.Р.Козлова, который родился и вырос на территории Вашей области.

НА РОДИНЕ ГЕРОЯ ТРУДА

Посвящается памяти Фрола Романовича Козлова

Касимов посетить нам было интересно: Увидеть можно там у тихих берегов В задумчивых лесах – Мещерский край чудесный, Взглянуть внимательно на родину его. С Окой и с городской окраиною рядом, В низине, у речушки небольшой, Раскинулась деревня, так нарядно Окружена зеленой красотой. Вот домик маленький, белеют занавески, Но вход в него закрыт, нет с надписью доски… О жизни славной, удивительной, как песня, Пока рассказывают людям земляки… Тревожно слышится порой недоуменье: «Наш труженик большой – за что же он забыт?» В словах ровесников – и горечь сожаленья, И гордость светлая, и отзвуки обид. Их верной памяти теперь всего дороже, Чтоб домик, где он рос, где мать его жила, И этот городок, с лесною сказкой схожий, Добрым именем его Отчизна назвала.

Уважающие Вас рядовые коммунисты.

2 февраля 1969 г.

г. Москва».

Как отреагировал на письмо московских коммунистов лично Николай Семенович Приезжев, установить не удалось. Есть лишь в верхнем левом углу письма пометка: «Шестопалову» и небрежная подпись, состоящая из одной непонятной буквы. Разве это не характерный штрих для того времени, когда партийный стиль управления придавал вес любой незначительной бумаге, но при этом забывал о Человеке? Возможно, я преувеличиваю, эмоционально воспринимаю этот факт, но без него в размышления набился бы бездушный «исторический мусор», сопровождаемый идеологической пропагандой того времени.

Воспроизведу «фирменный партийный бланк», он небольшой.

Пролетарии всех стран, соединяйтесь!

КОММУНИСТИЧЕСКАЯ ПАРТИЯ СОВЕТСКОГО СОЮЗА

РЯЗАНСКИЙ ОБЛАСТНОЙ КОМИТЕТ

Почтовый адрес:

10 марта 1969 г.

№ 27-д

г. Рязань, ул. Радищева, д.28

Зав. партийным архивом

обкома КПСС тов. КОКАРЕВУ И.Ф.

телефон №№ 7-39-64, 7-34-02

Направляем Вам письмо коммунистов г. Москвы для использования в архиве.

Зав. отделом пропаганды и агитации Рязанского обкома КПСС

ШЕСТОПАЛОВ.

На документе резолюция архивариуса: «В дело тов. Козлова Ф.Р.». Обком партии и архив находились в одном здании с той лишь разницей, что архив – в подвальном помещении. Там, на архивной полке, и пылился «человеческий» документ, пока не попал мне в руки, там и «тлела» много лет просьба московских коммунистов.

Много информации о Ф.Р.Козлове, и надо сказать, негативной, «набито» в Интернете. Уделяют внимание причинам его смерти: от чего умер? От болезни или отравления… К тому же, «негодует» Интернет, он и алкоголик, и дурак, и предатель, и расстрельщик честных людей… Льется клеветническая грязь, которая до сих пор прикрывает чью-то личную ненависть. Не потому ли имя Ф.Р. Козлова вымарывают из советской истории.

Высказывания «соратников», которые рядом с ним были на вершине государственной власти, тоже не являются объективными.

Вот А.И. Микоян: «Козлов был неумным человеком, просталински настроенным, реакционером, карьеристом и нечистоплотным к тому же. Вскоре после того, как Хрущев перевел его в Москву из Ленинградской партийной организации, роль введенного в Президиум ЦК стала возрастать. Он был большой подхалим. Видимо, разгадал в Хрущеве слабость к подхалимам еще будучи в Ленинграде». Что это, как не зависть, ненависть к подвижнику из русской деревенской глубинки, к его народным истокам?

А вот Шелепин А.И. и Семичастный В.Е: «Козлов – это вообще неумный человек. Он вообще не работал. Придешь к нему – на столе ни бумаги, ни карандаша нет – чисто! И это был второй человек в партии».

«Козлов – очень ограниченный человек. Единственное сильное место – голосовые связки»[4].

Писатель Даниил Гранин в повести «Наш дорогой Роман Авде-евич» в сатирической форме изобразил нравы «правителей» командно-административной системы, в которых угадываются реальные черты советских партийных деятелей типа Суслова, Гришина, Романова и других. Он обобщил образ главного персонажа повести (прототип, видимо, Козлов Ф.Р.).[5] Не хочу ни с кем из них, «негативщиков», вступать в полемику, что-то опровергать, доказывать, потому что моя опора – воспоминания земляков, письмо честных московских коммунистов, которые без «партийной муштры» дают совсем другой образ партийного и государственного деятеля Ф.Р. Козлова – более объективный, его вряд ли затрут потоки лживой и словесной грязи. На себя бы со стороны поглядели и по совести взвесили личные поступки на переломных рубежах отечественной истории. Открытые засекреченные материалы позволяют взглянуть на советскую историю глубже, чего не удавалось на протяжении многих десятилетий. Начиная с 1991 года, открыт доступ в партийные и государственные архивы (правда, документы, содержащие наиболее острую информацию, по-прежнему под «замком»). Не исключаю, что это относится и к деятельности Ф.Р. Козлова.