Александр Афанасьев – Сталинизм. Книга 2. Тотальная Родина (страница 18)
Для справки – за период 1894-1913 год в бюджет России поступило питейного дохода 11,75 миллиардов рублей или три госбюджета России образца 1913 года. Для справки – за это же время от экспорта хлеба выручено 10,36 млрд.. рублей. То есть, страдающие от непосильного бремени крестьяне пропили даже больше средств, чем дал экспорт выращенного ими хлеба! В том числе в 1913 году питейного дохода собрано 0,952 млрд.. рублей. С каждым годом потребление алкоголя только увеличивалось.
Еще один пример. В 1906-1907 году в связи с недородом (интересно, с чего бы это) крестьянам двенадцати пострадавших губерний была оказана помощь на 128,3 млн.. рублей. В то же самое время крестьяне этих же губерний купили спиртного на 130,5 млн.. рублей. Во время недорода и связанного с этим голода – потребление спиртного в пострадавших губерниях не только не снизилось – но даже увеличилось. Причиной этого местные податные инспекторы называли приподнятое настроение крестьян (?!!) пропитие средств от продажи полученного во время погромов и грабежей усадеб, уклонением от уплаты податей, выборкой и пропитием средств из сберегательных касс, а так общее мнение что недоимки и так все спишут. Получаемые продовольственные ссуды так же часто обращали в деньги и тут же пропивали.
Однако, мысль о том, что податное бремя непосильно для крестьянства – уже не просто прочно засело в буйных головах наших интеллигентов – но и превратилось в своего рода опознавательный знак свой – чужой. Если ты считаешь что посильно – то ты сатрап и слуга царского режима. На истинную же причину бедственного положения крестьянства – передельную общину – предпочитали не обращать внимания.
Протасьев, непременный член Рязанского губернского присутствия:
Учитывая все это – совершенно в ином свете предстает историческая фигура П. А. Столыпина, который в письме Л. Н. Толстому писал: «Теперь единственная карьера для умного мужика быть мироедом, т. е. паразитом. Надо дать ему возможность свободно развиваться и не пить чужой крови». Столыпин, вопреки общепринятому мнению – знал сельский мир ничуть не хуже Толстого. И в отличие от Толстого он начал действовать.
Если первую цель предполагалось достичь немедленно (масштаб аграрных волнений летом 1906 года был несовместим с мирной жизнью страны и нормальным функционированием экономики), то вторую цель – процветание – сам Столыпин считал достижимой в двадцатилетней перспективе.
Если коротко, то Столыпинская аграрная реформа заключалась в следующем:
Повышение качества права собственности крестьян на землю, состоявшее прежде всего в замене коллективной и ограниченной собственности на землю сельских обществ полноценной частной собственностью отдельных крестьян-домохозяев; мероприятия в этом направлении носили административно-правовой характер.
Искоренение устаревших сословных гражданско-правовых ограничений, препятствовавших эффективной хозяйственной деятельности крестьян.
Повышение эффективности крестьянского сельского хозяйства; правительственные мероприятия состояли прежде всего в поощрении выделения крестьянам-собственникам участков «к одному месту» (отруба, хутора), что требовало проведения силами государства огромного объёма сложных и дорогостоящих землеустроительных работ по разверстанию чересполосных общинных земель.
Поощрение покупки частновладельческих (прежде всего помещичьих) земель крестьянами, через разного рода операции Крестьянского поземельного банка, преобладающее значение имело льготное кредитование.
Поощрение наращивания оборотных средств крестьянских хозяйств через кредитование во всех формах (банковское кредитование под залог земель, ссуды членам кооперативов и товариществ).
Расширение прямого субсидирования мероприятий так называемой «агрономической помощи» (агрономическое консультирование, просветительные мероприятия, содержание опытных и образцовых хозяйств, торговля современным оборудованием и удобрениями).
Поддержка кооперативов и товариществ крестьян.
Если коротко – то Столыпин освободил крестьян полностью и организовал для них систему помощи, поощряющую заниматься выгодным и продуктивным сельхозпроизводством. По Столыпину – крестьянин теперь получил свободу от схода, а так же право требовать сведения всех причитающихся ему земель в отруб, который не мог быть отчужден. Это значило, что отныне у крестьянина появлялся смысл вкладывать деньги в хозяйство, в землю, в скот, не боясь зависти соседей и того что ухоженный участок отберут. Так же крестьянин получал возможность кредитоваться и получать агрономическую помощь, а так же создавать кооперативы и товарищества для совместной обработки земли.
Но мало кто знает, что помимо законов о землеустройстве, Столыпин внес в Думу и пакет законопроектов о кардинальной реформе местного самоуправления («Положение о волостном управлении», «Положение о поселковом управлении», «Положение о губернском управлении») – ими намеревалось уничтожить общину как таковую и установить нормальное местное самоуправление. Ни один из этих законопроектов Думу не прошел.
Дума в пику столыпинским законам – предлагала отчуждение помещичьих земель, полное или частичное. Но с учетом того что мы теперь знаем – это привело бы лишь к увеличению потребления алкоголя на селе.
Столыпинские реформы часть деревни встретила враждебно, особенно конфликтогенными оказались выделения отрубов – их временно прекратили уже в воюющей России в 1915 году. Крестьяне писали, что выделение земли отдельным домохозяевам как бы обездоливает не только нынешние, но и будущие поколения. Самое страшное – они были искренни в своем неприятии реформы. Живя в состоянии зависимости от схода, они не чувствовали унижения, завися от равных, и не представляли, что может быть как-то иначе. Представили уже их дети, тридцать лет спустя, в колхозе, работая за трудодни…
…
Ну, как? Нормально?
Теперь вопрос – с чем столкнулись большевики, а затем и лично товарищ Сталин.
1. Крестьянство в России составляло 90 % населения. Революция и гражданская война почти полностью смели тот и так небольшой образованный слой населения, который страна накопила до 1917 года.
2. Значительная часть крестьянства прошла через войну, имела опыт убийств и припрятанное оружие. Война стала опытом морального развращения целой страны, после фронта слова «не убий» были простым сотрясением воздуха.
3. Крестьянство не считало государство своим, и не приучено было платить налоги. Режим Николая II внес немалый вклад в «развращение деревни» социальными взятками. Одной рукой брали – прибылями от продажи водки, акцизами на товары первой необходимости – основная тяжесть такого обложения ложилась на бедных. Другой рукой давали – постоянные списания недоимок, все учащающаяся помощь, которая не решала проблемы нищеты и безземелия на селе, но порождали иждивенческие настроения, мол, если урожай плохой, или если пьянствовали – государство поможет, в беде не оставит. Не была создана ни система налогообложения, ни система сбора налогов.
4. Надо сказать, что и Ленин и Сталин имели отрицательный личный опыт взаимодействия с крестьянами. Что явно сказалось на отношении советской власти к крестьянам (нацеленность на их уничтожение). Ленин пытался правильно хозяйствовать в унаследованном поместье, разделил землю на участки, сдавал в аренду, пытался завести маслобойку – и прогорел. Сталина крестьяне в Сибири едва не убили, когда он соблазнил несовершеннолетнюю, а потом в 1929 году, когда он поехал в Сибирь на хлебозаготовки, один крестьянин ему в лицо сказал – а ты спляши, тогда дам хлеба. И Ленин, и Сталин испытывали личную ненависть к крестьянству. Это важно. Ленин заявлял, что торговля хлебом есть государственное преступление.
Теперь главный вопрос – что тогда было с землей.
Я бы разделил вопрос крестьянской земли на два периода – до 1891 года и после.
Голод 1891 года – на самом деле это этап во взаимоотношениях власти и деревни, города и деревни. Стало понятно, что община не только не выполняет то, что от нее ожидалось, но и является тормозом в развитии деревни. И, наверное, власть плюнула бы на это если бы не одно «но» – на помощь голодающей деревне в 1891 году потратили деньги, сравнимые со стоимостью кораблестроительной программы. Уже Александру III стало понятно, что если ничего не менять, то деревня превратится из донора бюджета в бездонную бочку. Это кстати к распространенному в советские времена тезису о том что государство обложило деревню непомерными выкупными платежами за землю и этим жило. От выкупных платежей государство получило намного меньше, чем рассчитывало, а в виде помощи часть денег обратно вложили в деревню.
Потому Александр III, а за ним и Николай II начали предпринимать меры, направленные на развитие деревни с тем, чтобы она могла, по крайней мере, прокармливать себя. Как? Первое, что они делали – отнимали у общины административную власть. Этот процесс шел еще до Столыпина, например, право давать или не давать членам общины паспорт чтобы те могли уйти в город – у общины отняли еще в 1903 году, примерно тогда же лишили права ссылать своей властью в Сибирь. Столыпин завершил процесс, причем завершил резко, разрешив крестьянам выходить их общины с землей. Причем этот процесс не был таким революционным, как это считается сейчас – решение 1903 года еще революционнее. Дело в том что потенциальный заработок в городе не сравним с таковым в деревне. И потому если ранее община могла шантажировать наиболее удачливых своих членов паспортом, то теперь кому надо – получил паспорт и ушел в город. Да, без земли – но так ли много значит этот нищенский надел земли с которого едва прокормишься? Решение 1903 года разорвало обязательства между самыми богатыми и удачливыми членами общины и всеми остальными. Причем – sic! – в деревне тяглом облагался не доход – а земля. В итоге – крестьянин, отказываясь от земли, отказывался и от налога, наложенного на общину и уплачиваемого по системе круговой поруки.