Александр Афанасьев – Дальше живут драконы (страница 8)
– Прикрываю, пошел!
Русский первый – заметил влетевший в пролом сверток.
– Ложись!
Прогремел взрыв. В замкнутом пространстве коридора – это было как кувалда, точнее – киянка – и прямо по башке. Их окатило раскаленным воздухом, кто был на ногах – того отшвырнуло назад, ударило об стену. Потемнело в глазах, мысли путались, ноги и руки как не свои. Казалось, что ты пытаешься выполнять гимнастические упражнения под водой – а она давит на тебя всей своей непререкаемой мощью…
Русский пришел в себя первым – потому что он лежал, а не стоял. Боевики уже рвались в коридор, прорываясь через пламя, в любой момент можно было ожидать гранаты или нового взрывного устройства, на пару килограммов в тротиловом эквиваленте – чтобы окончательно всех по стенам размазало. Капитан Воронцов дал длинную очередь в сторону пролома, потом, не поднимаясь с пола, схватил и потащил того, кто лежал впереди всех, и кого оглушило сильнее всего. Это был Сонтаг… здоровый лось, надо сказать.
Кто-то подхватил его. Он обернулся – Морган, лицо такое, что краше в гроб кладут. Кровоизлияние – в глазу сосуд лопнул, из носа тоже кровь течет.
– Держи!
– Тащи его назад! Я прикрою!
Это был «Терминатор» – так его называли в армии. Здоровенная дура – пулемет М60Е3 с подствольным прожектором и уходящая в рюкзак лента. Такие штуки использовались в штурмовых командах, снятые с подбитых вертолетов – ночных охотников. Пятьсот – шестьсот патронов единой лентой, специальный гибкий кожух, и все это можно выпалить одной непрерывной очередью, если пулемет, конечно выдержит…
Пулемет стоял на сошках, капитан так и открыл огонь – короткими, форсированными очередями простреливая пространство перед собой. Надо было выиграть несколько минут… минуты три, не больше. Столько нужно, чтобы отступить за поворот коридора и прийти в себя. Он стрелял, отползал сантиметров на двадцать и снова стрелял, таща за собой пулемет и рюкзак с лентой. Проход был открыт – но у боевиков тонга не было ни единого шанса ворваться в коридор, не попав под губительный огонь. Хотя и у блокированных на верхнем этаже здания людей – шансов было немного.
Потом – его схватили и потащили назад, за угол. Это было хоть какое-то укрытие…
– Есть запасной выход!?
Сонтаг немного пришел в себя, хотя зрачки у него были с червонец…
– Нет! – Морган со зверским видом сжимал в руках армейскую подрывную машинку – но сейчас будет! Запал подожжен!
– Твою мать…
На сей раз – долбануло так, что пол под ними подпрыгнул. Еще одна контузия, как пить дать, а обновлять раз за разом… хреновая практика…
– Пошли!
В том помещении, где они допрашивали пленного… короче этого помещения просто не было. Морган использовал направленный саперный заряд, но немного нетрадиционным способом. Он вообще то предназначался для разрушения направленным взрывом хижин, где скрывались отказывающие сдаться боевики. Морган использовал его по-другому – чтобы пробить отверстие в полу. Сила взрыва была такой, что на нижний этаж провалилась большая часть пола, часть стен и даже часть потолка. И все это – напоминало развалины здания после землетрясения или Сайгон семьдесят шестого года во время уличных боев.
– Сюда!
Кто-то из американцев пинком вышиб дверь – и они вывалились в коридор. Надсадно трезвонила пожарная сигнализация…
– Тут сейчас тьма копов будет!
– Сюда! Пожарная лестница.
Один из американцев с разбегу вышиб дверь, вылетел на темную, страшную площадку. Сталь гудела под ногами…
– Чисто! Вниз!
– Куда ведет эта лестница?
– В гараж! Там возьмем машину!
– Может, дождемся пожарных? – сказал Воронцов, как и все, прыгая через три ступеньки.
– Да они просто не выедут! Весь город знает о стрельбе.
– Это плохо…
Скатились вниз, дверь в гараж была закрыта на засов, ее можно было открыть только изнутри, с их стороны. Один из американцев взялся за массивный, приржавевший засов, другой вскинул пулемет в готовности…
– Ну!
Балка засова грохнула об пол, удар в дверь – и тут же, автоматная очередь, с близкого расстояния. Длинная автоматная очередь – как дыхание смерти, мороз по коже – даже если не попали. Чувствуешь, как в сантиметре от тебя летит поток стали, готовый тебя разорвать.
– Контакт с фронта!
Марк, не высовываясь, сунул в проем двери ствол десантного Стоунера – и дал длинную очередь веером.
– Гранаты и пошли!
Плескучий взрыв гранаты, затем еще один. Рывок вперед. Очереди, рикошетящие от массивных бетонных колонн, поддерживающих потолок и все здание, пули рикошетят во все стороны. Крики на китайском, точнее – на пиджине, искаженном китайском, типичном для интернациональных городов18.
– Перейти в наступление!
Два пулемета – взводный и ротный – немного уравнивают шансы, хотя со стороны тонга внизу уже человек десять. Не видно почти ничего, пулями разбиты большинство светильников, те что остались – тревожно мигают, освещая картину с разрушениями, пороховым дымом до потолка. Трассеры разрезают полумрак огненными струями, рикошетят от колонн, откалывая куски бетона, пронизывают насквозь машины. Битое стекло хрустит под ногами, одна машина уже взорвалась, некоторые горят, но вот-вот тоже взорвутся. Крик и мат на всех языках…
– Прикрыть! Слева!
Одному из американцев – удается завести Эконолайн резидентуры. Крепкая, рамная машина с высоким кузовом, устойчивая, угловатая – по проходимости не уступит иному внедорожнику. Часть стекол выбита – но машина начинает двигаться…
– Уходим!
Русский – прыгает в машину последним, как в вертолет, отлетающий с места боя. Чьи-то руки подхватывают его, не дают выпасть…
– Твою же мать…
Таранным бампером – Форд с треском и грохотом сносит такси, перекрывающее дорогу. В Гонконге не найти компании такси, которая бы не принадлежала тонгам.
На полу вэна трое, русский и трое американцев – лихорадочно перезаряжают свое оружие.
– Куда дальше, сэр!?
– Давай, к порту! Прорывайся!
– Понял!
Снося шлагбаум, машина вылетает под дождь. Дождь не прекращается, природа отыгрывается за несколько дней жары сполна. По улице – поток воды, кое-где с бурунами и даже с водопадами. Немного поредевший поток машин, через который, однако, можно пробиться. Ядовито-яркие, приглушенные впрочем, туманом дождя огни реклам…
Удар в лобовое стекло, моментально пошедшее трещинами, еще два удара по кузову, затем еще один – как молотком.
– Снайпер!
Пришедший в себя от контузии Сонтаг лезет вперед, перехватывает руль. Назад передают раненого…
– Как ты?
– Нормально, сэр… броня…
– Дай, гляну. Гарри, помоги мне!
Русский – перебирается назад. Два ряда сидений – но машина просторная, как и полагается американским машинам.
Позади – синие всполохи мигалок полицейских машин, остается надеяться, что пока не прицепились лично к ним. Если прицепятся – придется прорываться с боем…
Только бы добраться до порта. У него там тоже кое-что заготовлено…
Машина разгонялась под гору, ее водило по дороге – как по всему Гонконгу, с ливнем дороги превратились в гибрид водопада и скоростной трассы.
– Они впереди! – вдруг крикнул Сонтаг – до хрена!
Морган, которого дождь тоже привел в чувство – в один момент оценил обстановку
– Они перекрыли Ватерлоо! Сворачивай!
– Куда!?
– Куда хочешь, мать твою!
Бывший десантник крутанул руль, Эконолайн опасно понесло на мокрой дороге, развернуло чуть ли не задом. Высокая, тяжелая машина – с треском врезалась в борт припаркованного грузовика, всех бросило на сидения.