Александр Абросимов – Яйца отстрелю! Записки из сумасшедшей деревни (страница 11)
– А чё я-то сразу? – ага, Ронька, который Бронислав, в отличие от меня, не дурак…
– И то правда! Уже всех своим Жучкой озадачил, дурак старый!! А ну, как убьётся внук??? – конечно, чужого ребёнка – не жалко…
– А у нас ещё одиннадцать про запас есть! – тут же парирует дед.
– Я те щас…!!! – замахивается тётя Нюра на своего мужа. – Ронь, не слушай деда своего полоумного!! Тимош, а ты бросай эту нечисть, может, так поймаем!!
– Не вздумай!!! – трясёт кулаком мне дед. – Он, почитай, и так с Того Свету только вернулся!!!
– Вот как дам щас по загривку-то, так ты у меня назад не воротишься!!! – нехило так прилетает деду Брониславы по хребту. – Не слушай его, Тимош, кидай!!!
Интересно, если я тут навернусь, а всё к тому и идёт, за меня так, как за этого котёнка переживать будут???
– Ой, да идите вы все! Не видите – человек высоты боится!! – отталкивает Роня, которая она, в сторону своего брата-близнеца и моментом забирается по лестнице до самой крыши.
– Ронька, коза неуёмная!!! – ахает тётя Нюра.
– Жучку сымай быстрее!! – вторит дед.
– Так, Ронь, я поймаю тебя, если что!!! – и брат на подхвате.
– Я сейчас к Вам поднимусь, возьму котёнка, отдам его дедуле, а потом помогу спуститься, хорошо? – смотрит мне в глаза Бронислава.
– Да я и сам могу… – нет, ну, меня ещё девчонка с крыши не снимала!!!
– Что можете? Ночь тут просидеть? – в несколько движений Роня оказывается рядом со мной, отцепляет от моей футболки, а, главное, от шеи притихшего Жучку, чуть спускается вниз и, свесившись так, что я забываю как от страха за неё дышать, отдаёт котёнка его хозяину.
– Теперь Вы… – произносит так спокойно, будто не она тут только что эквилибристикой занималась.
– Что я??? – пытаюсь не выдать голосом накатившую вмиг истерику.
– Слезать с моей помощью будете… Ну, или если и дальше хотите разыгрывать из себя крутого мужика, то я слезу, а Вы тут спите – ночью сами скатитесь…
И хоть бы какое-то сочувствие во взгляде…
Не девчонка, а зло в чистом виде!
– Я просто… – не очень мне хочется рассвет на крыше дома встретить.
– Просто боитесь высоты. Ну, и что? Что в этом такого⁈ Вопрос только – полезли то зачем⁇
– Ронь, вы там эт… не поженитесь только!! – ещё и дед глумится тут.
– Думаю, Тимофею Степановичу, теперь придётся на ней жениться дедуль, она ж пока наклонялась, он все её труселя точно рассмотрел!! – а это… Глеб, кажется.
– Чё? – сразу ощетинивается Бронислав. – Чё он там у сестры рассмотрел⁇
– Ничего никто у меня не рассмотрел!! Отстаньте от человека!! – защищает меня Бронислава.
– Да я не против жениться… – выдаю, сам не понимаю как и с чего.
Пересидел на крыше, не иначе… Хотя…
– Ну уж нет!! – прилетает мне от Роньки, который он. – За городского дрища сестру не отдам!!!
А с чего это я дрищ-то???
– Э! Оба!! Я сейчас одного тут на крыше до завтра оставлю, а второму уши откручу, когда спущусь!!! – рявкает Бронислава.
– Ронь, помощь-то с этим малохольным нужна? – это дед уже.
– Бабуль, загони всех в дом, а то мы тут до рассвета всю деревню веселить будем!! – командует моя спасительница.
– И то правда! А ну, пошли все в дом, чай попьём, да и спать… Или подождём, может, скорую вызывать придётся… – добрые люди живут в этой деревне, душевные…
Руки-ноги трясутся, в глазах темнеет, уши закладывает… Но я, как послушный щенок, следую всем указаниям Брониславы. И плевать уже, как я перед ней выгляжу…
Да вру, конечно, не плевать – какой мужик хочет показаться перед девчонкой трусом и слабаком??? Я, вот, тоже хотел героем…
Но получилось, что получилось…
– Ну, всё, Вы уже одной ногой…
– В могиле? – зачем-то продолжаю фразу вместо Брониславы.
– На земле… – и никаких шуточек и подколок…
На земле… Да я сейчас на колени упаду и эту землю целовать буду!!!
– Спасибо… – а в глаза мне ей смотреть стыдно…
– Вы пока отходите тут, а я Вам чай горячий и сладкий сделаю и принесу… – делает от меня пару шагов Бронислава.
– Да не нужно! – ещё и ухаживать за мной будет…
Позор два раза…
А, нет, с учётом куриной казни – три…
– А замуж бы за такого ты не вышла, да…? – отпиваю очень сладкий и просто обжигающе горячий чай из большой синей кружки с цветочками.
– Аккуратнее! – поддерживает мою кружку двумя руками Роня. – За какого – такого???
– За малахольного, как у вас тут говорят… Ни курицу убить, ни с крыши слезть… – делаю ещё один обжигающий глоток.
– На крышу я сама и залезть, и слезть могу… Разве в этом дело…? – присаживается рядом со мной на крыльцо Бронислава.
– А в чём? – почему-то для меня это сейчас важно.
– В надёжности… В целом… По жизни… – смотрит куда-то вдаль.
– А любовь? – отпиваю ещё глоток.
– А любовь… – забирает у меня кружку и пьёт из неё. – Ой, простите!!! – вдруг спохватывается и, пролив немного чая, ставит кружку на ступеньки. – Я просто… Мы с Роником так всегда… Из одной кружки… Я задумалась просто и машинально… Простите, пожалуйста! Я сейчас Вам новый чай принесу!!!
– Да зачем⁇ – беру кружку со ступеньки и отпиваю именно с того края, где касались её губы. – Мне так нравится…
14. Тимофей
– Ронька, гадюка такая, ты здесь??? – в прямом смысле слова подскакиваю на кровати от резкого стука во оконному стеклу и визга, переходящего в ультразвук.
В одних трусах подлетаю к окну занавешенному желтыми тканевыми шторами и отодвигаю их в сторону.
– Ох, Матерь Божья!!! – пятится от окна и чуть не падает на задницу какая-то бабка в синем жилете и косынке, повязанной почти как бандана.
Ну, может я и не красавец прямо с утра, но чтоб так шарахаться…
– А эта оторва где??? – вроде как приходит в себя бабка.
– Петровна, ты чего орёшь с утра пораньше??? – доносится до меня голос Рониного деда. – Случилось чего или так, горло прочищаешь⁇
– Внука ищу!! – рявкает бабка.
– Во как!!! А с какого перепугу у нас? – спокойно так отвечает дед Брониславы. – Чёт я не помню, чтоб мы свадьбу вчера играли…
– Она с городским ебарьком в Борисовскую рощу пошла, а мой дурак за ними увязался! – снова начинает голосить бабка.
– А зачем пошёл то? Разнимать или свечку держать? – всё также спокойно спрашивает дед.