Александр А – Секретарша его желаний (страница 10)

И злость на себя – за то, что мне вообще не всё равно.

– Ты как? Нормально? – Карина бережно касается моего локтя.

Я отвожу взгляд и быстро киваю.

– Конечно.

– Насколько я помню, это ты приобщила Костика к театру, потому что этот качок, напичканный протеином, не знал даже разницы между балетом и мюзиклом, – фыркает подруга. – А теперь, смотри, стоит тут с важным видом, будто всегда был ценителем искусства. Ещё бы взял бокал вина и начал рассуждать о влиянии эпохи барокко.

– Рада быть полезной.

– Несмотря на то, что дивиденды с этого вложения получила явно не ты, я всегда считала, что Костик тебя недостоин.

– Я знаю. Спасибо, Каро.

Наши места расположены в одном из лучших секторов. Здесь отличный обзор и достаточно пространства, чтобы расслабиться и наслаждаться спектаклем. Тем более я планировала подметить пару интересных деталей, чтобы потом парировать Лексу.

Сцена залита мягким светом, минималистичные, но стильные декорации создают особую атмосферу. Слова льются плавно и красиво, радуя слух. Эстет во мне ликует, а брошенная девушка чувствует себя уязвлённой и обиженной, мечтая поскорее уйти.

Как только начинается антракт и загорается свет, я выскальзываю из зала и направляюсь в уборную вместе с Кариной.

Переосмыслить. Перевести дыхание. Просто постоять минуту в тишине и прогнать отголоски ностальгии, которые упрямо атакуют сознание. То, что мне удавалось избегать этого контакта несколько месяцев, не означает, что мы с бывшим никогда бы не пересеклись.

Я подхожу к раковине, опираюсь о холодный мрамор и смотрю на своё отражение.

Глаза блестят – то ли от напряжения, то ли от жары в помещении. Губы покраснели – даже без помады.

Я включаю воду, позволяя прохладной струе стекать между пальцев, и подношу ладони к лицу, ощущая приятный холодок на коже. Капли скатываются вниз, оставляя влажные дорожки. Дышится легче, но мысли по-прежнему гудят в висках.

Справившись с собой, я выхожу в коридор, чтобы дождаться подругу, – и все усилия оказываются напрасными, потому что я сразу натыкаюсь на Костю.

Пульс взлетает, сердце таранит рёбра. Он стоит у стены, сунув руки в карманы, и смотрит прямо на меня. Долго. Изучающе.

Пройти мимо и сделать вид, что я его не заметила, было бы просто невозможно.

– После нашего разрыва единственное, чего я боялся, – что ты зашьёшься на работе и перестанешь выходить в люди, – звучит всё ещё родной голос. – Привет, Оль.

12

– Здравствуй, – выдержанно отвечаю, сохраняя дистанцию в пару метров и прижимаясь лопатками к прохладной стене. – Я работаю потому, что люблю своё дело, а не потому, что меня бросили. Это вообще не связанные вещи, Костя.

Такое ощущение, будто меня отхлестали по щекам. Лицо горит, а в груди разрастается обида.

На самом деле я зашилась и перестала выходить в люди. Так и есть. Это почти факт, который Костя безошибочно угадал, зная меня вдоль и поперёк.

Первые недели после расставания, совпавшие с долгожданным отпуском, я провела в кабинете – за ноутбуком и бумагами. Домой возвращалась поздно, к родителям не ездила. С подругами, которых у меня осталось слишком мало, могла встретиться разве что на кофе в перерывах между делами.

На фоне бывшего я действительно поставила личную жизнь на стоп. На работе без изменений, а в остальном – за полгода у меня было всего одно свидание с Юрием. И то неудачное.

Так что если Костя и хотел самоутвердиться, у него получилось. Правда получилось.

– Как родители? – спрашивает он, осматривая меня с головы и до ног.

– Живы-здоровы. Справляются с утратой зятя. Даже почти не праздновали.

– Рад, что ты иронизируешь – значит, у тебя всё хорошо. Главное, не зацикливайся на работе. Меньше принципов – больше внимания и ласки. Мужикам это нравится.

– А ещё им нравится, когда их не ловят в постели с другой.

– Я же без злого умысла, Оль – действительно желаю тебе всего наилучшего, – говорит Костя, вынимая руки из карманов и вскидывая их вверх. – Мы ни разу нормально не поговорили, и ты так и не поняла, в чем была главная проблема в наших отношениях.

Я не хочу этого слышать, но тело цепенеет, а в горле встаёт ком, который не удаётся проглотить – и, соответственно, заткнуть Костю, который, ожидая невесту у женской уборной, слишком увлёкся раздачей советов.

– Помимо разных мелочей, знаешь, что задело меня больше всего? – продолжает он. – Когда у меня были проблемы с налоговой, и я нуждался в помощи, ты могла решить всё одним звонком, но я так и не дождался ни поддержки, ни участия. У тебя, блядь, дядя – руководитель юридического департамента в налоговой службе, тётка – судебный исполнитель, а отец вообще в министерстве работает.

– Я дала тебе контакт адвоката, – сипло отвечаю, гипнотизируя дверь и мысленно подгоняя Карину.

– Да. И мне пришлось убить уйму времени и нервных клеток.

– Я не виновата, что ты слабо подготовился к плановой проверке. У меня тоже был завал на работе, но ты же не решил его вместо меня?

Костя ухмыляется, запрокидывая голову к потолку.

– Оля, у тебя всегда была возможность выбирать – подключать связи или нет. Ты выбрала не подключать. И я, сука, до сих пор не могу понять почему. Из гордости? Из упрямства?

– Я дала тебе номер не просто адвоката, а отличного адвоката.

– Прекращай. Тебе не хотелось мараться, вмешиваясь в проблемы мужика, с которым ты жила целых пять лет. Просто скажи: я был недостаточно важен для тебя?

В висках пульсирует от злости, и я крепко сжимаю зубы.

Это не так. Абсолютно не так!

Налоговая проверка – не приговор. Да, неприятно. Да, волокита, бумажки и нервы. Но это решаемо. Это всегда решаемо, если хотя бы немного шевелить задницей, а не ныть.

– Ты просто хотел, чтобы всё наладилось по щелчку пальцев. Чтобы кто-то взял тебя за руку и провёл через трудности. Стоило случиться первой же проверке – и для тебя это уже трагедия, Кость. И этот кто-то должна была быть я. Чья-то дочь, чья-то племянница, чья-то внучка. Удобный ресурс, которым можно воспользоваться.

– Неправда, Оль.

– Отец, кстати, предлагал задействовать свои связи, – произношу дрогнувшим голосом. – Только не чтобы помочь, а чтобы утопить тебя из мести за дочь. Так что скажи спасибо, что я вовремя его остановила.

Из уборной наконец выходит подруга, недоумённо глядя то на меня, то на моего бывшего.

Я отталкиваюсь от стены, вешаю сумку на плечо и искренне надеюсь, что эта встреча – последняя.

– Не тебе мне говорить о поддержке, Кость. Я и так поддержала тебя больше, чем следовало.

В поясницу упирается давящий взгляд, провожающий меня до самого зрительного зала.

Казалось бы, этот дурацкий разговор должен остаться в прошлом – там, где ему и место. Но, сидя на второй части спектакля, я снова и снова прокручиваю в голове каждую фразу, споря с собой и собственными убеждениями.

В один момент мне кажется, что я была права на все сто процентов. В другой – что стоило поступить иначе.

Это терзает. Мучает. И не даёт покоя.

Господи, я не настолько отбитая, чтобы не понимать, когда помощь действительно необходима. Но Косте не грозила катастрофа. Никто не арестовывал его счета, не закрывал клубы и не заводил уголовное дело. Максимум, что ему светило, – доплата налогов и штраф. Обычный штраф, который он мог бы покрыть без особых последствий.

– Давай в бар, – предлагает Карина под конец спектакля, уловив моё настроение.

– А Олег?

– С ним я как-нибудь разберусь.

Пара минут созвона на парковке – и Олег уступает, соглашаясь накормить ужином и уложить спать девочек-погодок. Честно говоря, Каро уже проложила маршрут к новому нашумевшему бару, недавно открытому известным блогером, так что его согласие было скорее формальностью.

Внутри заведения почти нет свободных столиков, поэтому мы с подругой занимаем места у стойки.

В баре приглушённый свет, ритмичная музыка и лёгкий гул голосов. Персонал работает быстро и слаженно, а публика расслаблена, но без перегибов.

– Тебе нужно с кем-нибудь трахнуться, – выносит вердикт Карина, получая свою порцию Негрони и заставляя меня чуть ли не захлебнуться моим коктейлем. – Предлагаю задействовать анонима, раз уж Юрия ты отвергла категорически.

Я перехватываю заинтересованный взгляд бармена, и снова поворачиваюсь к подруге.

– Помню, не так давно ты говорила другое. Чтобы я ни на что не рассчитывала.

– Я говорила о серьёзных отношениях, Оль. Но кто сказал, что с анонимом нельзя просто переспать, чтобы окончательно забыть бывшего и утереть ему нос? Повысить самооценку и почувствовать себя желанной? Договорись о встрече в приличном отеле с видеонаблюдением, ни в коем случае не едь к нему домой и соблюдай анонимность. Кстати, ты его хоть поблагодарила за билеты? Ты вообще в курсе, что это была премьера…

– …и на неё было почти не попасть? – заканчиваю я, помешивая коктейль трубочкой. – Да, в курсе.