Александр А – Память прикосновений 18+ (страница 9)

— Госсуслуги? — ржет, листая вкладки, — Даже ни одного сайта знакомств? Ни одной порнушки?

— Отстань.

— Не, Ксюх, серьёзно, — не унимается Шалимов, — Это же ноут моей бабули!

— Блин, Сав! — толкаю его в плечо, — Ноутбук мне для работы, вообще-то... Ну и киношку посмотреть.

— Стыд и срам, Климова!

— Заткнись, ясно!

— Ладно! — успокаивается он, — Короче, установил винду и драйвера. Видюхи и мозгов хватит, чтобы не только киношки смотреть, но и играть в крутые игрушки...

— Я не играю в игрушки.

— Знаю.

Показывает, как пользоваться панелью и где найти все мои приложения.

— Спасибо! — порывисто обнимаю за шею и смачно целую в щеку.

— Кормить будешь?

— Да!

Бросаюсь к аэрогрилю, чувствуя, что немного покраснела. Я давно отвыкла от открытого проявления эмоций, и порой теряюсь в ситуациях, когда это случается.

Во время ужина болтаем обо всем на свете. Савва рассказывает о фестивале автозвука, который прошел на прошлых выходных в Москве, а в следующем месяце пройдет у нас. Я — о работе. О просроченном договоре и о том, как Саша хотела прикрыться мной.

— Что с новой работой?

— Завтра еще два собеседования.

— Где?

— Салон красоты и помощник секретаря в строительную фирму, — озвучиваю, понимая, как странно это звучит.

— Пиздец.

— Просто я разослала резюме вообще по всем местам, где требуются сотрудники.

— Давай, я у нас узнаю?

Савелий работает программистом в IT-компании, сфере, где я не смыслю абсолютно ничего.

— Что я там буду делать? Варить кофе?

— А помощник секретаря, по-твоему, чем занимается?

Я тяжело вздыхаю. Не то, чтобы я была против работать с Саввой в одной компании. Тут другое — не слишком ли многим я буду обязана ему?

— Я подумаю, ладно?

— Думай, — роняет он, снова отвлекаясь на переписку в телефоне.

Остаток вечера мы проводим за просмотром фильма — катастрофы. Савелий на полу у дивана, а я на диване с ведерком ванильного мороженого в обнимку. Эта традиция родилась, когда после развода я до жути боялась одиночества. Иногда Савва оставался даже ночевать.

— В субботу Токарь прилетает. Эдик собирает всех по этому случаю на даче. Пойдешь?

— Он мне не писал, — говорю, наблюдая, как Савелий обувает кеды в прихожей.

— Мне звонил, позвал нас обоих.

Максим Токарев наш бывший одноклассник. После вуза перебрался на ПМЖ в Штаты, но наведывается в родной город стабильно пару раз в год. И каждый раз всех нас собирает.

— Пойду, — соглашаюсь, решив, что встреча с одноклассниками сейчас будет очень кстати.

Савва выпрямляется и накидывает капюшон худи на голову.

— Спасибо! — благодарю еще раз.

Поднимаюсь на носочки и, повиснув на шее, прижимаюсь губами к щеке. На языке вертится шутка, что ему пора бы обзавестись нормальной девчонкой, но сострить я не успеваю. Обвив одной рукой мою талию, он отрывает меня от пола и вроде бы случайно мажет губами по моим.

— Шалимов! — восклицаю возмущенно, — Нафига так делать?!

— Как?

В голову ударяет кровь. Толкнув его в грудь обеими руками, я делаю шаг назад и ударяю по плечу еще раз.

— Не пойду никуда!

— Забей...

— Иди в жопу!

— Забей, Климова! — смеется он, — Я не хотел. Это случайно вышло.

— Мы же договаривались, Сав! Ты обещал!

— Я помню. Больше не прикоснусь, клянусь!

Я так зла на него, что не удерживаюсь и толкаю снова. Савелий продолжает хохотать, но мы оба понимаем, что ничего смешного в этом нет.

Нельзя нарушать равновесие, нельзя пересекать границы, о которых мы договорись когда-то. Нельзя этого делать, если мы хотим продолжать дружить!

— Остынь, Ксюх! — перехватывает мое запястье, — Я все помню, ясно? И твое решение уважаю.

— Наше решение, — вставляю я.

— Наше, — подтверждает Савва, хотя вряд ли так на самом деле думает.

Глава 9

Ксения

— Два американо, пожалуйста, — прошу Игоря, бариста из кофейни, в которую я ежедневно заглядываю перед работой, даже если сильно опаздываю.

Сегодня я вовремя, и мне кажется американо — это именно то, что нам сегодня нужно с Александрой. Она истерила накануне, когда поняла, что Росс вычислили ее косяк на раз — два и потребовал объяснительную в письменном виде, которая наверняка пойдет в личное дело.

— Ксюх, слушай, — говорит трубка ее голосом, когда я захожу в лифт и нажимаю нужную кнопку костяшкой пальца.

Двери закрываются и связь прерывается, однако двух ее слов оказывается достаточно для того, чтобы выбить меня из состояния равновесия. Картонный держатель для двух стаканов кофе ощущается кирпичом в руке.

Прижавшись спиной к стенке лифта, я уже примерно знаю, что услышу от нее.

— Слушай, Ксюх, я приболела, — договаривает начальница, когда я сама ее набираю.

— Нет, Саш...

— Вирус подцепила, наверное, — слышу в динамике ее сбитое от быстрой ходьбы дыхание и звуки утреннего города, — Всю ночь не спала. К утру температура поднялась.

— Саша!

Врет ведь! Врет!

— Еще и перенервничала вчера с этим договором...

— Напиши объяснительную и отправь ее по почте!