Александр А – Память прикосновений 18+ (страница 6)

Испытывая постыдное облегчение, я опускаю глаза.

— Трындец просто, — бледнеет начальница, — Он меня уволит?

— Не уволит.

— Кадровые решения теперь в его компетенции! Так Родимцев сказал!

— Саш, успокойся! Росс не станет разбрасываться людьми в такой сложный период!

Часто поверхностно дыша, она машет руками на свое лицо.

— Нужно быстро новый заключить...

— Его все равно на подпись ему нести.

— Ксюш, печатай новый договор! Быстро!

Глава 6

Ксения

Я печатаю договор и пересылаю его Саше, а она тут же отправляет его нашим партнерам и пытается до них дозвониться.

— Только не это! — бормочет тихо, набирая по очереди все доступные номера.

— У них уже закончен рабочий день, — прикидываю разницу во времени, — Свяжешься с ними утром.

Кивнув, она бросает телефон на стол и разворачивается ко мне лицом.

— Ксюх, унесешь договор Россу?

— Нет.

— Завтра, после того как Мак Маркет подпишет. Положим его в папку с текущими договорами. Он не заметит....

— Нет, Саша!

— Да какая тебе разница? «Оставишь папку в приемной на подпись и все! — говорит вкрадчиво, улыбаясь, — Ты же постоянно так делаешь!»

— Я к нему не пойду!

— Да, почему?! — вдруг резонирует ее голос, — Это твоя обязанность, Ксюш!

Я знаю, насколько Давид въедлив в детали, касаемые работы. Я помню, каким удушающе педантичным он может быть. И я не собираюсь становиться мишенью, если вдруг он решит пробить эти договоры по базе.

— Я! К нему! Не пойду! — выкрикиваю каждую букву, — Не надо подставлять меня, Саша!

Ее лицо покрывается бордовыми пятнами и становится некрасивым. Взгляд высекает молнии.

— Ты все равно собралась увольняться!

— Хочешь подмочить мою репутацию напоследок?

— Кому нужна твоя репутация? — смеется истерично, — Никто не будет ее проверять!

— Я сказала, нет! Я не возьму на себя эту ошибку!

Упав на спинку кресла, прижимаю холодные ладони к горящим щекам. Дело не в Россе! Не в нежелании сознательно опустить себя в его глазах еще раз. Он тут вообще не при чем!

Я не обязана приносить себя в жертву! Ни ради Саши, ни ради кого бы то ни было еще! С какой стати?!...

Умение выстраивать собственные границы — черта зрелой личности. А я, мать его, давно зрелая личность!

Александра включает стоящий на тумбочке чайник и высыпает в чашку порцию растворимого кофе. Отвернувшись от меня, не шевелится, пока не щелкает тумблер.

Затем наливает кипятка и с напитком садится в кресло.

Я продолжаю сверять документы с данными из таблицы.

— Я ему не понравилась, — проговаривает начальница сдавленно, — Он относится ко мне предвзято.

Хочется проорать, что Росс относится предвзято абсолютно ко всем! Что Александра, черт возьми, не особенная!

Отпивая кофе, запах которого расплылся по кабинету, она горько вздыхает.

— Ладно, что-нибудь придумаю. В первый раз, что ли?

Я закрываю одну папку и открываю вторую. Пусть придумывает, что хочет. Я не хочу иметь к этому никакого отношения.

Приходится задержаться почти на час, но я все равно сворачиваю работу раньше Саши. Ей это место явно нужнее, чем мне.

— Не опаздывай завтра. Мы еще и половины не сделали, — бросает она, не поднимая головы от бумаг.

Я, намереваясь съездить к родителям, вызываю такси и собираю свои вещи.

— Не опоздаю.

— Может, отложишь поиски работы, пока отчет не сдадим?

Надеваю пиджак, вешаю сумку на плечо и привычным движением поправляю собранные в хвост волосы.

Это последнее, что меня волнует. Я даже положенные две недели отрабатывать не собираюсь. Уверена, Росс не будет этому препятствовать.

— Сдадим мы этот отчет, — обещаю, открывая дверь, — Никуда он не денется.

Своих родителей я навещаю не часто, а вот они бывают у меня едва ли не каждую неделю. Особенно младшая сестра Злата, которая открыто говорит, что надеется однажды переехать ко мне насовсем.

А я так прямо каждый раз заявляю, что этого не будет никогда.

Не потому, что я ее не люблю. Просто я научилась ценить тишину и не бояться одиночества. Когда-то они были моими самыми верными подругами.

Купив в пекарне неподалеку любимый папин пирог с брусникой, я пересекаю двор обычной хрущевки, захожу в подъезд и по лестнице поднимаюсь на пятый этаж.

— Ксюша? — тихо удивляется мама, — Почему не позвонила?

— Сюрприз хотела сделать. Папа дома?

— Дома, — говорит, кивая в сторону большой комнаты, — Футбол смотрит.

Я вручаю ей пирог и снимаю туфли.

— А Злата?

— У подружки.

Отлично. Я не могу делиться с ней своими переживаниями. Ее юношеский максимализм часто обесценивает мои эмоции. Она напоминает меня в возрасте двадцати лет.

— Мам, я решила работу поменять, — заявляю сразу.

— Как? — ахает она, — Почему?

Я захожу в тесную ванную и подставляю руки под струю теплой воды.

— В нашей компании кризис. Уже начались сокращения.

— Ты говорила, вам пришлют какого-то специалиста, который выведет ее из кризиса.

— Прислали, ага... — смеюсь, боясь напугать ее, — Росса. Моего бывшего.