Александр А – Муж, любовница и Я (страница 6)

– Нет, – выдыхаю я. – Кончено, нет.

– Что значит нет, Вероника? – хмурит темные брови отец. – Брак нужно закрепить. Это выгодно. Ты должна родить от Раевского ребенка.

Во мне все переворачивается. Я не могу понять, как можно рожать детей ради выгоды. Разве это нормально?

– Ты слышала? – интересуется отец.

Я медленно киваю.

– Вот и хорошо, – он опять улыбается, заботливо поправляет мои волосы и здоровается со своими знакомыми. – Соблазни его. – Снова смотрит на меня. Серьезно, пристально. – Поняла?

– Но я… не могу, – мне даже не по себе становится.

– Чего сложного? – устало вздыхает отец. – Ноги раздвинула и залетела. Ты должна вцепиться в него и не отпускать. У него даже мысли о разводе не должно возникнуть. Контракт надо сделать бесконечным.

– Пожалуйста, не заставляй меня этого делать, – сглотнув тяжёлый ком в горле, прошу я.

– Принеси пользу, – приблизившись ко мне, сквозь зубы говорит отец. – Хоть раз, блять, принеси мне пользу. Потерпишь немного, не развалишься. Зато потом до конца жизни будем в шоколаде.

Ноги подкашиваются. Я еле стою. Все еще не верю, что он действительно просит меня забеременеть от чужого человека. У меня даже голова начинает кружиться.

На талию ложатся крепкие ладони. Я чувствую спиной тепло мужского тела и почему-то сразу понимаю, что это Вадим. Мне становится легче. Это необъяснимо. Я просто чувствую это.

– Разговор отца с дочкой? – слышу над ухом любезно-насмешливый голос. – Помешал?

– Ну что ты, Вадим, – расплывается в улыбке отец. – Как раз говорили о том, как моей Веронике повезло с мужем.

– Что ж, спасибо, – отзывается Раевский.

– Я вас оставлю, – все еще улыбаясь, отец многозначительно смотрит мне в глаза и снова переключает внимание на Вадима. – С нетерпением жду презентации. Прекрасно, что следующая будет совместной.

– Прекрасно, – соглашается Раевский.

Отец уходит. Я провожаю его спину, обтянутую черным пиджаком, застывшим взглядом. Кажется, даже не дышу.

– Все в порядке? – Вадим склоняется ко мне, слегка царапая щетиной мою щеку.

– Да, – сипло отвечаю я.

– Ты напряжена, – отмечает он.

– Так бывает, – мямлю я. – Сейчас пройдет.

– Пойдешь к сестрам? – интересуется Раевский.

Он все еще обнимает меня и даже не думает отстраняться. Его щека касается моей. Мужской аромат заполняет все пространство. Волнует, плавит мысли в голове.

– Да, – киваю я. – Отпусти, пожалуйста.

Вадим отстраняется. И я торопливо шагаю к Лере и Марине, которые взволнованы так же, как и я. Наверняка видели, что я разговаривала с отцом.

Обняв сестер, я едва сдерживаю слезы. Еще совсем не привыкла жить отдельно от девчонок.

– На тебе лица нет, – отмечает Марина, бегая обеспокоенным взглядом по моему лицу. – Что с тобой?

– Секунду, – я беру со столика кристально-чистый бокал с водой и осушаю его до дна.

– Ника, – впивается в меня нетерпеливым взглядом Лера. – Говори уже. Что случилось?

– Папа хочет, чтобы я родила ребенка от Вадима, – признаюсь я. И лица сестер изумлённо вытягиваются. – А я не хочу! Я думала, брак действительно будет фиктивным! Я ведь совсем не знаю собственного мужа, как я буду с ним… Боже, у меня нет слов…

– Да уж, папа опять на приколе, – вздыхает Лера.

– Это ужасно, – добавляет Марина, постукивая пальчиком по подбородку.

– Слушай, но тебе ведь не обязательно с ним спать, – заглядывает мне в глаза Лера. – Забей, Черника.

– Действительно, – кивает Марина. – Отец не сможет узнать что у вас и как. Просто скажешь ему, что не получается зачать.

Я задумчиво смотрю в сторону. Перед глазами плывут блики и лица. Но я ничего не вижу.

Возможно, девочки правы. Папа все равно не узнает правды. Не все могут забеременеть так сразу. Я не стану спать с чужим человеком. Не стану и точка!

– Да расслабься ты! – обнимает меня за плечо Лера. – Расскажи лучше, как тебе новый дом? Ты позовешь нас в гости?

– Дай ты ей прийти в себя, – закатывает глаза Марина. – Потом уже вопросами будешь сыпать.

Лера корчит ей рожицу, прикрывшись ладошкой.

– А вообще знаешь, – говорит она, когда я окончательно прихожу в себя, – возможно сейчас тебе повезло даже больше, чем нам.

– Мне? – удивлённо усмехаюсь я. – Повезло?

– Ну да, – кивает сестра. – Кажется, муж тебе попался адекватный. А нам так и придется куковать с отцом.

– Ага, если тоже не решит выдать нас замуж, – бурчит Марина. – Я тогда точно с ума сойду.

– И я, – смеется Лера. – Или вообще сбегу. Построю в лесу шалаш и буду жить там.

Посмеиваясь, мы подбадриваем друг друга. Шутки и беззаботные разговоры всегда нас выручали. Иначе совсем было бы плохо. Поддержка сестер мне нужна, как воздух.

– А может ты подумаешь насчет деток? – хмыкает Лера, наблюдая за Раевским – в этот момент он вальяжно проходит на мини-сцену. – Папаша, что надо. Такой генофонд упускать нельзя. А задница, задница какая…

– Замолчи, – смеюсь я, закатывая глаза.

Но Вадима все-таки окидываю своим взглядом. Походка плавная, уверенная. Двигается, как хищник. И взгляд такой же – цепкий, умный. Своего не упустит и все заметит.

По-мужски он красив. Лицо с точеными скулами, брови вразлет, аккуратная щетина. Черты лица правильные, но немного резкие. И глаза… цвета чёрного чая… что смотрят прямо на меня.

Похоже, я слишком долго на него пялилась. Надеюсь, Вадим не расценит это, как знак. Потому что я совершенно не готова быть его настоящей женой!

Девчонки правы – я просто скажу отцу, что у нас не получается. С этим он точно ничего не сможет сделать. Позлится и отстанет.

Глава 7

С презентации я уезжаю в более менее нормальном расположении духа. Общение с сестрами вернуло меня в колею. Эти два дня мне не хватало их поддержки.

– Отношения с сестрами у тебя хорошие, – отмечает Вадим.

Он сидит рядом со мной, расслабленно раскинувшись на заднем сидении машины.

– Хорошие, – улыбаюсь я.

– Замечательно, – отзывается Раевский.

– А у тебя есть братья или сестры? – вдруг интересуюсь я, скользнув взглядом по задумчивому профилю мужчины.

– Я один в семье, – отвечает Вадим.

– И никогда не мечтал о брате или сестре? – снова спрашиваю я.

– Нет, – цокнув языком, он беззаботно улыбается. – Никогда. Не люблю делиться.

– Чем делиться? Любовью родителей? – осторожно уточняю я

– В целом, не люблю, – пожимает плечами Раевский. – Свое не отдам. Будь то любовь родителей или что-то другое.

– Звучит эгоистично, – отмечаю я.