Александер Дарвин – Арена тьмы (страница 60)

– Думаю, мы это выясним.

Он уже принял решение. Надо победить Симо, чего бы это ни стоило. Даже если сердце разорвется на финише.

Но и Симо, похоже, не собирался уступать. Они бежали бок о бок, преодолевая сопротивление ледяного ветра, цепляясь за каждый дюйм склона Калабасаса.

Грифин Тергуд отстал, его уже не было видно. Легкие горели, словно Сего вдохнул пламя сиззлера. Нет, он не такой, как Симо. Ни даймё, ни смотрящие, ни Сайлас – никто не может решать, о чем ему думать или что делать. Он решает сам.

Заряд энергии пронзил тело, но кожи коснулся не черный свет, а тепло другого рода. Перед мысленным взором промелькнули эпизоды прошлого: тренировки в невольничьем дворе Талу, поединки с надменными чистосветами Лицея, сражение с непобедимым Голиафом на Центральной площади, пытки в «Арклайте».

Его пытались остановить на каждом шагу по выбранному пути. Его силились свалить при каждом удобном случае. Но ничего не вышло. Сего здесь, дышит морозным воздухом. Он уже не остановится.

Сего понял, что оторвался от Симо и теперь бежит по прямой. У финиша увидел Сол – ее лицо сияло – и упал навзничь на утоптанный снег. Сердце колотилось так, словно хотело выпрыгнуть из груди. На лице замерзали капли пота. Сол смотрела на него сверху.

– Ты в порядке?

– Да… – выдохнул Сего.

Яркий зимний свет пробивался сквозь кроны сосен. Завтрак попросился наружу, и Сего поспешил встать на колени, чтобы отправить его в снег.

– Вот теперь точно в порядке. – Он смущенно пожал плечами, вытирая лицо.

Сол покачала головой:

– Такое может случиться с каждым.

– Со мной не случается, – возразил подошедший Кори Симо.

– Верно, потому что ты не испытываешь того, что достается нам, смертным. – Сол скрестила руки на груди.

– Не надо… – Сего медленно поднялся.

Меньше всего ему хотелось увидеть перепалку Сол и Симо.

– Ты понял? – Симо, отдуваясь, встретился взглядом с Сего. – Мы одинаковые – но мы другие.

Он кивнул Сол и пошел прочь, вниз по тропе и – Сего был уверен в этом – обратно в катакомбы.

– Он странный, – сказала Сол. – Но я не против, чтобы ты тренировался с ним. Там, внизу.

– Жаль, что я не рассказал вам…

– Нет. Иногда нам нужно поступать по-своему. Я так поступила однажды – ушла из Цитадели, чтобы найти тело отца. Я должна была это сделать – для себя. Это же относится и к тебе.

Сего вздохнул:

– А остальные? Они понимают?

– Да, – сказала Сол. – Дозер немного ошарашен, но он прикроет тебя. Как и все мы.

– Спасибо.

– Сего… – Сол опустила глаза. – Не только ты умеешь хранить секреты.

– Можешь рассказать мне все. Я прикрою тебя в любом случае, – сказал Сего.

– Хорошо. – Сол подняла голову. – Ты не один такой… особенный. Я ведь не только гривар. Я еще и даймё.

– Но твой отец… Артемис Халберд… – растерялся Сего.

– Моя мать была куртизанкой. Я совсем ее не знала.

– Мне все равно. – Слова сами сорвались с губ.

– То есть ты не… – нахмурилась Сол.

– Я в смысле… мне не все равно, – попытался объяснить Сего. – Для меня не важно, кто твои отец и мать. Я не сужу людей по их происхождению.

– Хорошо, – с облегчением выдохнула Сол и улыбнулась.

Сего захотелось обнять девушку и прижать к себе, но он только поднял и опустил руку, глядя на нее так, словно она принадлежала не ему.

Остальные участники, закончив кросс, поспешили вернуться в Лицей, но Сего и Сол остались на вершине холма. Они подошли к краю обрыва, с которого открывался вид на Цитадель. Пара хищных птиц плыла в потоке холодного воздуха над древней каменной крепостью. Некоторое время лицеисты молча рассматривали пейзаж, пока Сего не заставил себя повернуться к двум холмикам мерзлой земли, приютившимся под высокими обветренными соснами. У него перехватило дыхание.

– Я не был здесь после похорон, – виновато сказал он. – Просто… не могу этого вынести.

– Понимаю, – вздохнула Сол. – Я тоже.

Они стояли рядом, и солнце освещало вершины самых высоких сосен и покрытые инеем могилы.

– Ему бы понравилось то, что ты сделал, – сказала Сол.

– Что меня тут вырвало?

– Да, возможно, – усмехнулась Сол. – Я про то, как ты старался на последнем отрезке.

– Думаю, да, – сказал Сего.

Стая скворцов с пронзительным криком сорвалась с деревьев, чтобы защитить свои гнезда от ястребов, медленно снижающихся по спирали.

– Он бы гордился тобой, Сего. Я знаю. Гордился бы всем, что ты сделал. Тем, что вернулся домой. Тем, как тренируешься, не жалея себя. Я знаю, Мюррей-ку гордился бы тобой.

Сего сдерживался изо всех сил, но слезы все равно навернулись на глаза. Он вдохнул холодный воздух и посмотрел на могилы Мюррея и Джобы.

– Они оба там из-за меня.

Сол задумчиво кивнула и, помолчав, сказала:

– Ты прав.

К горлу подступил комок. Сего ждал других слов.

– Ты прав, они там из-за тебя, – повторила Сол. – Они знали, на что шли. Джоба и Мюррей погибли, потому что верили в тебя. Они видели твой потенциал. Мюррей с самого начала видел, когда он вытащил тебя из невольничьего круга, и Джоба с тех пор, как начал наблюдать за тобой. С этой своей улыбкой.

Сего уже не сдерживался. Слезы полились. Ему было безразлично, что их видит Сол.

Слеза упала на мерзлую землю и стала ее частичкой.

– Они верили в тебя, Сего. Они отдали жизнь за тебя. Как бы ни было трудно, как бы ни давило бремя, они верили, что ты сможешь выдержать.

Сол повернулась к Сего и встретилась с ним взглядом. Ее дыхание было теплым, как пар.

– И я верю в тебя, Сего.

Девушка шагнула к нему и коснулась губами его губ. Слезы лились, и она прижалась к Сего, согревая его своим теплом.

Глава 20. Война гривара

Когда волна разбивается о берег, люди склонны обращать внимание на белый гребень, тогда как беспокойство должно вызывать то, что находится под волной, – затягивающая тьма.

Связь Кира с флайером еще не была такой крепкой, как связь с надзирателем. Находясь в надзирателе, он мог передать свою мысль меху, и тот мгновенно подчинялся. С флайером, хотя Кир тренировался в нем уже несколько месяцев, не все получалось удачно.

«Мышечная память меха» – так Оператор определил конечную цель пилота.

Под этим он подразумевал возможность использовать мех как дополнение к собственному физическому телу. Слияние человека и машины должно быть таким, чтобы, находясь вне машины, человек ощущал себя в пустоте.

В иллюминаторе мелькнул черный флайер.

Хотя они находились на высоте десять тысяч футов, Могг решил покрасоваться и пролетел в пятнадцати футах от левого крыла Кира. Столкновение на такой скорости повлекло бы за собой мгновенную гибель обоих в огне.