Алекса Вулф – Лёд твоих глаз (страница 16)

— Ты что! Не хочу я ему писать!

Мой внутренний змий потер лапки (или, хвост?) в общем, что-то там довольно потер.

— Как скажешь, — пожала я плечами, всеми силами пытаясь скрыть триумф. Драгхл меня побери, от Дориана одни проблемы!

Мы снова ужинали в комнате, решив не испытывать судьбу дважды. Для полного счастья не хватало еще с Фаром пересечься в столовой или по пути в общежитие.

В ту ночь я снова спала беспокойно, но на утро никак не могла вспомнить о том, что же мучило меня всю ночь. Только липкое ощущение страха и какой-то надвигающейся драгхловой ж… беды.

А на утро я подорвалась по будильнику — солнышко в этот раз проснулось без меня. Спешно застегивая длинный ряд серебристых пуговичек на форменном платье, я прыгала на одной ноге, пытаясь всунуть вторую в туфлю без помощи рук.

— Какой предмет у тебя первым стоит? — спросила Элли, отзеркаливая мои действия. Я как раз чуть не упала, но в последний момент смогла удержать равновесие.

— Зельеварение, — мрачно ответила я.

— Оу, — многозначительно протянула Элли. — Сочувствую.

— Он такой страшный? — спросила, засунув, наконец, обе ноги в обувь.

— Ну… Кажется, ты говорила, что видела его.

— Когда? — я даже замерла, пытаясь вспомнить, когда подобное могла сказать.

— Ну как же, Кэсси! — наигранно возмутилась Элиджи. — Ты еще встретила его у кабинета Раду.

— А-а-а, — отозвалась я. — Вот тот пухлячок?

— Ты бы не обманывалась на счет его внешнего вида, — усмехнулась Элли. — И лучше тебе не опаздывать. Магистр Дервик очень злопамятен.

На этой веселой ноте мы синхронно накинули учебные сумки на плечи и столкнулись в дверях. Со смехом я пропустила Элли вперед, а после захлопнула дверь, не забыв запечатать ее

простеньким заклинанием.

Про то, что Рими остался некормлен, я вспомнила уже открывая дверь аудитории. Что ж, оставалось надеяться, что кучин дотерпит до обеда.

Привычно опустив сумку на край стола во втором ряду, я выдохнула. Звонка еще не было, а значит, мне удалось избежать опоздания. По крайней мере, в этот раз.

Широко зевнув, принялась лениво доставать свои принадлежности.

— И тебе доброго утра, — буркнул мой сосед по парте.

— Привет, Тэри, — улыбнулась я. — Прости, не выспалась.

— Добро пожаловать в мой мир, — усмехнулся сосед и впервые в его глазах промелькнуло что-то теплое и даже дружеское. — Советую быстро просыпаться, Марсик не любит сонные лица.

— Марсик? — громко спросила я, изумленно подняв брови.

— Тихо ты, — прошипел Тэри, так как в этот момент в аудиторию вошел преподаватель по Зельеварению. Моментально воцарившаяся тишина поражала своей глубиной. Лишь только слабое шарканье подошв магистра нарушало торжественное безмолвие.

— Ну что, лернанты, все проснулись? — возмутительно бодро спросил Дервик, дойдя до кафедры. — Значит, пришло время для традиционного контрольного теста.

По аудитории прошелся недовольный гул, но преподаватель сделал вид, что ничего не заметил. Улыбаясь так, словно ему только что преподнесли самый желанный подарок, магистр Мерсуан взмахнул рукой, а в следующий миг перед каждым лернантом на столе оказался небольшой листок с перечнем вопросов.

— Контрольный тест? — ошарашенно переспросила я, посмотрев на соседа.

— Ага, обычная практика для нашего Марсика.

— Это вы его так из-за фамилии зовете? — догадалась я. Перед тем, как зайти в аудиторию, я ознакомилась с данными преподавателя, поэтому на этот раз была подкована в мелочах.

— Молчи, смертница! — яростно зашипел на меня сосед. Но было поздно: «Марсик» нас заметил. Нахмурив брови, он медленно скатился с небольшого возвышения у преподавательской кафедры и направился в нашу сторону.

— Кто это такой умный, что решил сдать тест досрочно? — спросил магистр, поравнявшись с моим стулом. В глазах Дервика мелькнуло узнавание. — А-а-а, это вы. Благодарю за то, что указали тогда направление.

И многозначительно замолчал. А мне стало очень неловко: если остальные поймут, что я каким-то образом сдала их всенародного любимчика, дурной славы мне не миновать. Опустив глаза на свой незаполненный листок, я шумно вздохнула. Дервик Мерсуан истолковал мой вздох по-своему.

— Что же вы, милочка, ничего не знаете? На первый раз оценку не поставлю. Будет любопытно увидеть, насколько хорошо вам преподавали Зельеварение в Королевской Академии.

Широко улыбнувшись, магистр покатился в сторону кафедры, оставив меня в полном раздрае. Это сейчас он по моим ответам будет судить мою Академию? Драгхл!

— Легко отделалась, — невесомо толкнул меня локтем сосед. — Пиши давай. Пока он не передумал не ставить тебе оценку за тест.

Я кивнула, погружаясь в текст заданий. И если на первые семь вопросов написать ответ не возникло проблем, то на восьмом у меня случился грандиозный завтык. Так бывает, когда забываешь самое, казалось бы, элементарное слово. Но в моем случае это было название ингредиента. Я даже подсмотрела в листок соседа, но тут же с расстройством вернулась к своему: у нас были абсолютно разные варианты.

— Жарх! Как же назывался этот драгхлов ингредиент? — прошипела себе под нос. Все лернанты были заняты решением своих тестов и никто не обратил внимания на мое бурчание.

— Все же дурочка? — раздалось приглушенное откуда-то снизу. Едва сдержав перепуганный «ой!», я сделала вид, что уронила пишущее перо, и наклонилась под парту. Пусто.

— Показалось что ли? — едва слышно спросила саму себя.

— Феерическая дурочка, — ответила мне пустота. И что-то такое знакомое прозвучало в этих словах, что на меня снизошло озарение. Дернувшись вверх, больно стукнулась о край стола.

— Уй! — взвыла, потирая ушибленное место. — Рими, это ты, язва моя пушистая?

— Разве ты знаешь еще кого-то настолько умного и обаятельного? — насмешливо уточнил голос. Я чуть не прыснула со смеху, но вовремя взяла себя в руки. В гробовой тишине раздалось знакомое шарканье.

— Лернант… Ригантония, если я не ошибаюсь?

Я выползла из-под парты и посмотрела честными-причестными глазами на магистра.

— Да?

— Чего это вы там мяукаете?

— Я? — искренне удивилась подобному замечанию. А потом до меня дошло: это я понимаю, о чем говорит кучин. А вот остальные способны расслышать только «муау» да «рмау».

Жарх! Я снова влипла?

Магистр Дервик нервно дернул уголками губ.

— Лернант Ригантония, встаньте!

Я моментально выпрямилась, отчего мой стул с громким лязганьем упал на пол. В гробовой тишине звук вышел слишком зловещим. Преподаватель смотрел на меня очень сурово: кажется, он уже мысленно успел пожалеть о данной ранее поблажке.

— Если вы сейчас же не объяснитесь, буду вынужден сообщить обо всем ректору.

Я испуганно ойкнула. Вот же… Рими! Как только доберусь до его пушистой задницы, все волосья повыщипываю!

— Не стоит даже думать о таком, — меланхолично заметил кучин, оставаясь, впрочем, до сих пор невидимым. Но его реплика меня спасла — магистр четко разглядел, что мяукающий звук не исходил из моего рта. Скривившись, словно выпил чистый неразбавленный сок лайма, он махнул рукой.

— Сядьте, лернант. И чтоб я вас не слышал до конца занятия.

Я выдохнула и села, пряча дрожащие руки под партой. Спасибо Тэри, что сразу поднял мой стул, когда я резко вскочила, иначе неудобная пауза затянулась бы.

— Да ты везунчик, — прошептал сосед, моментально возвращая лицу задумчивый и одухотворенный вид. Я лишь пожала плечами: отвечать при стоящем рядом преподавателе не рискнула.

— Если это чья-то очередная шутка, не спешите радоваться. Я выведу вас на чистую воду! — громогласно заявил магистр, сверкнув глазами. Обведя суровым взглядом каждого лернанта, он развернулся и медленно прошаркал к кафедре. Но все ожидаемо молчали. Рими же, судя по всему, либо сбежал, либо предпочел перестать нервировать нашего преподавателя и затих.

Опустившись на свое кресло с заметным облегчением, магистр рявкнул:

— О чем мечтаем? Уже все написали свои ответы? Тогда сдаем!

Протестующий вопль пронесся по рядам.

— То-то же, — тихо заметил Дервик Мерсуан и уткнулся в книгу, лежавшую перед ним на столе. На какое-то время в аудитории снова воцарилась тишина, нарушаемая лишь скрипом перьев по бумаге да вздохами лернантов.

Вскоре тишину нарушили первые шаги закончивших свои тесты. Бережно отнеся листок с результатами своих знаний, лернанты возвращались на место и начинали мерно гудеть, обсуждая с соседом успехи.

Когда последний листок оказался на краешке преподавательского стола, магистр Мерсуан начал занятие. Мне снова повезло: в это раз мы записывали теорию, а вот практическое занятие должно было быть в следующий раз, о чем с искренней радостью и сообщил нам магистр уже после звонка.