Алекса Райт – Пути океана: зов глубин. Книга вторая (страница 2)
– Я – наследник фамилии де Сюлли и герцога Лавраза. – Селин стало страшно неловко от неприкрытого восторга и обожания в голосе Антуана, и она спешно присела в реверанс, не сводя глаз с толпы. – Прошу любить и жаловать – моя кузина, виконтесса Селин де Круа, уполномоченный консул Альянса Негоциантов! Мы прибыли, дабы отныне жизнь ваша расцветилась благоденствием и безмятежностью!
Напряженное молчание его ничуть не смутило.
Непроницаемое лицо Брута ровным счетом ничего не выражало. Вот только перчатка его помощника покоилась на чуть выдвинутой рукояти меча, под которой блестела узкая полоска стали. Виконтесса скосила глаза на Марсия. Ни он, ни внушительные фигуры почти столь же крепких и рослых гильдейцев за его спиной, не таили своего напряжения и, казалось, прицельно высматривали стрелков на крышах…
«Умоляю, думай, что говоришь, Антуан! – внутри себя кричала Селин. – Одно твое неверное слово – и начнется резня, а от нас и мокрого места не останется! Остров, Антуан. Да-Гуа – это остров, а вовсе не «крохотный материк»!… И в случае опасности – помощи на котором нам ждать неоткуда… да и не от кого… Хороши же хозяева на отрезанном ото всего мира острове, где правит беззаконие, и откуда наши предшественники с континента более полугода не слали вестей!»
Отравлять его эйфорию своими тревогами и паникой совсем не хотелось. Точно ли будет благом, если Антуан ощутит, как вокруг сгущаются беспросветные вязкие клубы надвигающейся опасности? Может, кузену и правда лучше не понимать, куда же в действительности их сослали?..
Боль от добела сцепленных рук вернула ее в реальность, и Селин как могла улыбнулась в надежде, что уголки рта ее предательски не дрогнули.
Впрочем, не к этому ли она шла всю свою сознательную жизнь? Не ради этого ли момента проходили годы ее сложнейшего обучения?! Тот самый миг, когда ее таланты, стремления и блестящее образование способны в корне переломить ситуацию. И она его не упустит. Как бы ни парализовывал страх, виконтесса собрала все силы, чтобы ни голос, ни дрожь в руках, ни лицо не выдали страха, и сделала шаг вперед. Сотни взглядов уставились прямо на нее. Селин вдохнула, как если бы собиралась запеть перед огромным залом, как когда-то делала сотни раз…
– Господа, мы здесь, чтобы восстановить порядок…
– Да-да, но о делах позже! – перебил ее Антуан и картинно развел руки. – Сегодня же, властью, данною мне высочайшим и чрезвычайным указом герцога Лавразского, объявляю народные гуляния по поводу нашего прибытия! Всем горожанам Новой Вердены – угощений и вина за счет казны! А, и да! Господа мореходы, лично приглашаю и вас, и ваших коллег из порта присоединиться! Негоже оставлять за бортом отважнейших членов Гильдии Мореходов!
Разумеется, он не удержался и хохотнул над собственным каламбуром.
Что? Он просто пообещал этим людям еду и выпивку? Но это же…
Нерешительные возгласы превратились в восторженные крики и свист, которые долго не стихали.
Что, если все посещенные лекции и изученные ею научные опусы не стоили и гроша сейчас в сравнении с опытом кузена, что привык шататься по тавернам и общаться с простолюдинами? Теми самыми, которых она хотела бы защитить и сделать их жизнь лучше, но решительно не знала?Селин нервно улыбнулась, взглянула на Антуана и задумалась.
Антуан, что немыслимо легко отыскал решение в самой напряженной обстановке и вышел из патовой ситуации, уже вовсю жал чумазые руки и хлопал по плечу городских жителей.
– Гуляния?! Блестящее решение, Ваше Высочество! Всеведущий внял нашим молитвам о вас, да пребудет он вовеки! – послышался глубокий женский голос.Впервые в жизни она посмотрела на него другими глазами. Неожиданно трезвый, неожиданно решительный. Боялся ли он эту землю и этих людей так же, как и она сейчас? Было ли привычное фиглярство очередной защитой от реальности или он действительно верил тому, о чем вещал? Ведь и правда, в нем, казавшемся взбалмошным капризным мальчишкой, сейчас выступало наружу нечто особенное. Похоже, герцог все же не ошибся с выбором, когда отправлял Антуана в качестве управителя на эти дикие земли.
Толпа почтительно расступилась и исторгла бодрую даму средних лет с высокой прической, едва тронутую сединой. Нимало не смущаясь, та с выдержанной жеманностью расправила юбки на бархатном бордовом платье и присела в изящном полном реверансе, неожиданно открывшим довольно амбициозное декольте.
Антуан немедленно расцвел от изысканных, хотя и с налетом провинции, манер. Неуместность лакированной светскости в столь причудливом антураже его не смутила.
– Вот только казна пуста. Город практически осажден, – продолжила дама, и голос ее из елейного стал жестким, – Мы окружены враждебными аборигенами, дикими животными и вооруженными до зубов бандитами. Мой супруг – Люсьен де Прюм – бывший управитель Новой Вердены, мертв. С некоторых пор от внешнего мира мы отрезаны. Вы сами, полагаю, видели, как у нас поступают с кораблями…
– Миледи, примите наши искренние соболе… – начала было Селин.
– Меня зовут Элиса де Прюм. Я – временная управительница… Являлась ею до вашего появления здесь, по крайней мере…
– Если вы тут были за главную, – вдруг прогремел Марсий, заставив вздрогнуть, – самое время сообщить нам, кто же сотворил такое с кораблями?
На гневный тон капитана резко обернулись все, даже невозмутимый с виду Брут.
– Жду ответа на этот вопрос с самого прибытия! Кто посмел уничтожать собственность Гильдии!? Пойман? Какое понесет наказание?, – он еще раз обернулся на виднеющиеся в бухте остовы кораблей и со скрежетом сжал стальной кулак, – А передайте-ка преступников мне. Я уже даже знаю, что с ними сделаю… Если не преподать хороший урок таким выродкам, то, конечно, никакой казны не хватит устранять последствия, сударыня!
От напора североморца на лицо де Прюм наползла глупая улыбка.
– Капитан Марсий, Марсий Нуар. К вашим услугам, – для приличия смягчился гильдиец.
– Мне ничего неизвестно, капитан. Охотно предоставлю вам возможность самолично выяснить это у местных представителей Гильдии Мореходов, – не без досады пожала плечами де Прюм. – Приношу извинения, мы не успели подготовить порт к вашему прибытию после очередного трагического инцидента… Многие наши надежды были связаны с этими кораблями…
Де Прюм не хотела продолжать неприятную тему и вдруг спросила:
– Остался ли у господина де Сюлли прежний настрой на организацию народных гуляний? Уместно ли это в такой непростой для нас час?..
– Безусловно, – с оживлением откликнулся Антуан, и вихры его блеснули в кивке. – Если с казной затруднения – я с готовностью покрою все расходы из своего кармана! Больше! Мы воспользуемся и тем, что привезли с собой. У нас потрясающий запас портвейна! И, господа, готов побиться об заклад, вы в жизни не пробовали такой отменной солонины, как на «Стремительном»!
Голос его утонул в радостных возгласах. Третье сословие умело любить даже за обещания.
– …Но сперва мы хотели бы засвидетельствовать почтение адмиралу Пауле Росалес, – закончила Селин и многозначительно посмотрела на Антуана. Обострять отношения с Гильдией после инцидента на Малом Орфее было бы плохим началом правления.
Удерживая елейную улыбку, бывшая управительница промурлыкала:
– Как вам будет угодно. Вас проводит адмиральский адъютант.
Антуан и Селин обернулись. Молодой мореход с задорными глазами уже прикрыл дверь и с расхлябанным поклоном пригласил войти.
В помещении царила полутьма, пропитанная душным ароматом застарелых специй и терпким амбре винных паров. Вдоль стен выстроились обитые потемневшим железом шкафы и пара окованных медью массивных сундуков. В кресле за внушительным письменным столом из мореного дерева, утопающим под рулонами карт и корабельных бумаг, восседала смуглая мореходка, чей возраст невозможно было определить. Из-под туго подвязанной на гильдийский манер пестрой косынки на её голове каскадом спускались почти до плеч ряды серебристых тонких косичек, напоминавших хитросплетение корабельных канатов.
Увидев гостей, адмирал привстала.
Оба ее уха были пробиты множественными массивными и тонкими золотыми кольцами, включая даже такие их части, которые де Круа и в голову бы не пришло украшать серьгами.
«Вот уж кому точно не придется беспокоиться об оплате своих пышных похорон», – подумала Селин, невольно вспомнив мореходские обычаи.
Скулы адмирала покрывали убористые, чуть поплывшие за давностью нанесения, татуировки. Селин привлекли живые миндалевидные глаза, сверкающие нездоровым блеском. При этом лучики морщин выдавали человека, любящего от души посмеяться.
Де Круа не могла не отметить, как, рассаживая по креслам делегацию, юноша неприметно заменил одиноко стоящую поверх бумаг пустую бутылку новой, заполненной под самую пробку жидкостью благородного красно-коричневого оттенка, что тихонько пронес под бушлатом.
Завидев Росалес, Марсий дежурно салютовал, протянул ей запечатанный конверт. Та вскрыла письмо, внимательно посмотрела на капитана и обратилась к кузенам, слегка обдавая их коньячным духом:
– Приветствую новоиспеченных персон нон грата Гильдии Мореходов в порту Новой Вердены.
В ее словах звучало столько горечи, что Селин неожиданно ощутила неподдельное сочувствие со стороны этой суровой женщины. И, что удивительно, внезапную теплоту к ней в ответ.