Алекса Кар – Его тайная соседка (страница 7)

А я тут.Попалась птичка.

И ведь, судя по ее виду, она явно не собиралась показываться до последнего. А, если б я замок не сменил и не уснул, то ипродолжал бы сходить с ума…. Из-за нее!

Желание обнять девушку улетучивается, а вот надавать попопе, как было задумано ранее, очень даже хочется. Руки прямо чешутся.

- Лиля, твою мать! – я припоминаю все дни своих мытарств излость полностью вытесняет все хорошие чувства.

Встрепыхнулась, подпрыгнула на месте, словно зайка,застигнутая врасплох лисой под кустом. Уже не до сна стало. Я вижу дрожь в ее руках и это нисколько меняне успокаивает. Наоборот, после шока и понимания, что я не сумасшедший и всеэто ее проделки, я буйствую. Мое нутро требует отмщения. Сколько она надо мнойиздевалась? То, что она живет в моем доме – уже нет сомнений. Вопрос: какдолго?

- Сколько ты живешь в моем доме?! – рычу я псом, готовый влюбой момент сорваться с цепи и лишить ее жизни. Даа… я не знал, что настолькомогу быть кровожадным. Но Лиля, блин! Вот, стерва!

- Эм. Привет, Стас. Я это… мимо… - лепечет что-то в ответ.

Вижу, как на ее лице мелькает воодушевление. Озорные глазки,миленькая улыбочка озаряет ее личико. Решила соврать мне?

- Не ври мне!

- Я эээ…ммм, - лепечет в ответ, а потом съеживается,откидывается на пол и закрывает глаза. –Две недели.

- Сколько? – мое дыхание становится тяжелым, неровным. Ячуть не присоединяюсь к ней на полу от такого ответа. Ну, Лиляяя. Ну, дает.

- Охренеть, - только и шепчут мои губы, пока я где-то нездесь. На долю секунды мне кажется, что Лиля - это какая-то моя расплата за прошлые грехи, а эти три года были дарованы мне судьбой, чтобы я понимал насколько эта расплата сильная.

Глава 7

- Чего рассказывать? – усмехается девчонка, сидя на диване.Никакой вины или дискомфорта на ее лице, только отчуждённость и враждебность –Мне негде жить. А ты чего ждал? Что это сюрприз?

Колкая, возбужденная, недовольная, что вскрыл факт еепроживания в моем доме. Наверное, нужно было оставить тебя, моя милая на полу исделать вид, что такие, как ты – это нормальное явление, и пройти в кухню питьчай? Или тебе тоже сделать? Ты уже слопала мой бутерброд. Да-да, теперь я вкурсе. Прямо из-под носа увела.

Я усмехаюсь про себя, вспоминая те времена, что проводиливместе. Лиля всегда шокировала меня своими действиями, это в ее стиле. Без неемоя жизнь казалась мне скучной тогда. А теперь я понимаю, что она всего лишьсоздавала ряд неудобств и проблем. Это не свобода и поиск приключений, этоневозможность принять свою жизнь. Постоянный побег от самой себя.

И вот, онавернулась и снова ищет себя… у меня дома. Да уж. Стоит признать, ни одна девица не устраивала мнетаких красочных фейерверков. Я же даже к психу записался. Надо отменить,кстати. Так бы еще таблетки начал пить!

- Ждал от тебя более подробного рассказа последвухнедельного проживания в моем доме без предупреждения и какого-либосогласования, – не удерживаюсь от ответного колкого замечания.

Лиля видит мое настроение. А я чувствую ее пряный запах. Такпахнет имбирное печенье сразу из печи в морозный утренний день. Оченьпритягательно и атмосферно. Бросаю взгляд на окно, отмечая явное похолодание: туман густой, неестественно белый, медленно расползается между деревьями, словноживое существо. Сосед бежит к своей машине, подтягивая ворот куртки. Из его ртапроявляется пар, свидетельствующий о том, что температура на улице стремится книзкой отметке.

Девушка пожимает плечами, когда возвращаюсь к ней взглядом ипосле некоторого молчания сдается. Ее плечи опускаются и она выдыхает.

- Прости. Много всего произошло. Невроз постоянный. Тревогаи ныне там. Вот я и пылю.

Испуг пропал в ее голосе и взгляде, теперь печаль проявила себя. Она выглядитбледной и очень истощенной, судя по торчащим ключицам из-под мешковатогопиджака. И сдается мне, что этот костюм раньше был ей в пору, а не висел, какна вешалке.

Некая смесь жалости и внезапное желание помочь заполняют моесущество. Я смотрю в ее голубые глаза с нежными светлыми крапинками и мягкосообщаю:

- Позвонила бы. Я бы принял тебя с распростертыми объятиями.Чего ты?

Я стою перед ней, скрестив руки на груди. Та Лиля, которую явидел в последний раз… Та бесшабашная девчонка с придурью в голове, особойжизнерадостностью в голосе, которой море по колено, а любая гора – по пояс. Иэта изможденная девушка, что сидит передо мной и говорит ее голосом никак не совмещаетсяс той самой Лилей, которую я знал. Жизнь ее потрепала конкретно, судя по всему.

Вообще не верится, что все это происходит наяву. Не знаю,как реагировать на ее внезапное появление, необычное поведение и неофициальноепроживание. Свалилась мне на голову, как снег. И тот, не такой неожиданный взимнюю пору. Но также ощутимо неприятно поначалу, когда попадает за шиворот. Но,вот есть в этом какая-то толика одухотворения и тонуса.

- Я хотела… да не смогла. Мы сильно отдалились друг отдруга. Я не знала, - бормочет девушка, ломая руки. - Как ты. Где ты. С кем ты.Пустишь ли ты меня или пошлешь, куда подальше, как остальные. Вдруг у тебясемья и семеро по лавкам…

Ее честное признание вкупе со страдальческим выражением налице растапливает во мне весь холод. Я вдруг понимаю, насколько ей было плохо, раз она залезла ко мне в дом. Реально, значит, выхода не было. Даже поставитьсебя на ее место не могу. Что должно заставить меня залезть в чужой дом? Оченьмного проблем. Их нужно собирать годами.

- Глупая, - выдыхаю, присаживаясь рядом на корточки. –Независимо от наших конфликтов, ссор и кучи детей по лавкам я всегда рад тебе.И это ничего никогда не изменит. Мы сколько лет знакомы?

Задумчиво смотрит на меня, а затем кивает, принимая моислова. Вижу, как она проникается моимоткровением. Девушка тянется ко мне и забирается в мои объятия, а япересаживаюсь с ней на руках на диван. Это происходит так органично иестественно, будто и не было тех трех лет отчуждения. В миг растапливается тотледяной барьер между нами, что когда-то вырос, и смывается талой водой, уплывая в никуда.

Ее аромат обволакивает меня всего и я жадно его вдыхаю,позволяя себе наслаждаться. Точно так же, как много лет назад.

- Ты меня не выгонишь? – спрашивает жалобно. Ее лицонапряжено, губы сжаты в тонкую линию.

- Нет, конечно. Что за глупости? – выдыхаю запальчиво,притягивая к себе. - И нет у меня семьи, все лавки свободны. Любую занимай. Хочешь,тебе твою собственную поставим. Личную.

Лиля усмехается моему ответу и наконец расслабляется.Девушка приникает к моей груди всем телом. Ловлю себя на мысли, что мне оченьприятно. Словно воробушек в твоих руках. Очень трепетно. Птица не улетает, хотя в любой момент может это сделать. Волнительное ощущение.

- Но ты расскажешь мне все, - уточняю твердо и девушка начинаетнедовольно сопеть. – Подробно!

- Хорошо. Но потом.

Чувствую, как ей тяжело. Что-то произошло серьезное в еепрошлом, чем она пока не готова делиться со мной. Но как иначе я смогу помочь?

- Хорошо. Потом. А сейчас я предлагаю немного отвлечься и…

Замечаю ее голодный взгляд, брошенный в сторону пачки чипсов,лежащей на журнальном столике и спохватываюсь, что сначала надо покормитьгостью, а потом уже устраивать допрос с пристрастием. Совсем одичал от жизни водиночку.

Злость на эту особо сменяется нежностью и жалостью при видеее изможденного вида, и я до сих пор в ступоре.

- Перекусим? Хочешь есть?

Она быстро кивает.

- Да! Пельменей «Цезарь», у тебя в них весь холодильник, -ее личико озаряет улыбка. – Я так давно их хочу у тебя попробовать! Пару раз сголодухи чуть не съела в замороженном виде.

- Тебе достаточно было выйти из тени и сообщить о своемжелании и получила бы весь холодильник в придачу. - Приподнимаюсь с дивана ииду в сторону кухни, утягивая ее за собой.

Надо же. Вся прежняя злость и желание заставить ее страдать улетучились в один миг, стоило чуть поговорить. Теперь я хочу ее накормить и сделать ее жизнь немного комфортнее.

- Это было проблематично. Я не хотела доставлять тебе лишнихпроблем и переживаний.

Ооооо… дааа. Я чуть не свихнулся. Каждый раз, когда виделтвои следы, никак не мог понять, что происходит.

Я не говорю ей об этом. Молча киваю. Обвинять ее лишний раз в чем-то не вижу смысла, да и не хочу. По ней итак видно, какая несладкая у нее жизнь.

Открываю морозильную камеру и достаю пачку пельменей, в товремя как Лиля легко вынимает кастрюлю из шкафа и включает плиту. Я лишьприсвистываю от ее скорости и отличного ориентирования в пространстве. Она отлично знает, где что лежити как включается.

- Иногда я ела по ночам, - сообщает мне доверительно иподмигивает. – Иногда у меня было всего две-три минуты, чтобы найти хотькакую-то еду. Незамороженную.

- Да. Я припоминаю мои завтраки. Ты оставляла меня без кофе,бутербродов и даже без салата.

Лиля смеется гортанным смехом, который нахожу привлекательным. Невзирая на то, что язакрыл эту тему для себя еще три года назад. Невзирая на то, что я поменялся имои предпочтения тоже. Она все равно остается для меня сексуальнопритягательной.

- Ой, не преувеличивай, - хохочет девушка. Ее личико сияетот радости. – Пару раз всего было-то за две недели.

– А как я себячувствовал эти две недели, ты только представь. Дом живет своей жизнью, а ясхожу с ума. Хотел к специалисту идти.