Алекс Войтенко – Охотник (страница 39)

Пока же решил осмотреть сами мастерские. По сути они, представляли собой, довольно большое кирпичное здание, похожее на гараж. В них имелось трое ворот, за которыми находились три достаточно хорошо оборудованных ремонтных поста, со смотровыми ямами верстаками и множеством инструмента, на каждом из них, а также трехтонной кран-балкой с электроприводом, двигающейся по уложенным под крышей рельсам. Кроме того, в отдельном помещении находились токарный, фрезерный, сверлильный станки, гильотинные ножницы, а также гибочный станок и сварочное оборудование, пусть все это было и далеко не новым, тот же токарный был выпущен еще в 1949 году, и привезен из Германии, но находился вполне, на мой взгляд, в хорошем состоянии. Кроме того, здесь же в помещении гаража, я увидел и некоторые запасы закупленного ранее металла, предназначенного для ремонта техники. Здесь имелись прутки разного диаметра, листы металла, швеллеры, предназначавшиеся для ремонта рам. В общем, достаточно неплохой задел, для будущих работ.

Стоило выйти из ворот мастерской, как тут же увидел нескольких мужчин, которые поинтересовались, когда можно будет надеяться на открытие мастерских. Судя, по их словам, как минимум пара тракторов, и пятитонный самосвальный прицеп требовали срочного ремонта.

— Уборка урожая на носу, мастерские закрыты, а ближайшие, находятся в Эль-Робле, до которого целых пятьдесят километров, и очередь на два месяца вперед.

Километрами меня не убедили, а вот на счет очереди, стоило бы проверить, подумал я. В принципе, повторюсь, меня все устраивало, но отвозя представителя администрации в город, взял два дня на размышление, а сам отправился в Эль-Рабле, чтобы наверняка убедиться в том, что это не пустые слова, и с клиентами будет все хорошо. То, что мужчина не соврал, стало понятно только свернул на улочку, в конце которой имелась автомастерская. Как минимум десяток тракторов стояли вдоль нее дожидаясь ремонта.

— Если что-то срочное с автомашиной, могу пригласить мастера, но заказов много, поэтому цена будет большой. Если вы хотите поговорить о сельхоз технике, есть свободное место на конец сентября, и раньше никак. Отвеил мне местный владелец мастерских.

Поблагодарив его, по пути заскочил еще в пару мест, и убедился, что там те же проблемы. Осталось только как-то перенаправить всю эту технику в мой городок, но думаю, что рано или поздно это произойдет. Зашел и к местному юристу, озвучив сделанное мне предложение, и испросив дельного совета. В итоге расставшись с десятью тысячами колонов, получил в свое распоряжение опытного адвоката, который сопровождал мою сделку, начиная от оформления кредита, и до покупки всей недвижимости и получения лицензии на занятие подобной деятельностью. В итоге, я оказался почти без свободных денег, но зато смог открыть мастерские, и загнать туда на ремонт, один из тракторов, владелец которого, чуть было не устраивал танцы с бубном каждый день справляясь у меня, когда же, мастерская начнет работать.

Трактор, я отремонтировал, довольно быстро, затратив на это не больше недели. Пока работал в одиночку, порой не вылезая из гаража до четырнадцати часов в день, и отвлекаясь только на сон и еду. Но зато стоило только выгнать из гаража первый готовый трактор, как уже на следующий день пригнали еще четыре, и всем было срочно, и прямо сейчас. Пришлось брать на работу двух мотористов, работавших тут еще при старом хозяине. И честно говоря, ни разу не пожалел. О том, чтобы валять дурака, или забивать козла в рабочее время, такое, даже в голову никому не приходило. Работали правда строго по времени, начинали ровно в восемь утра, буквально на ходу, за четверть часа обедали, принесенной с собой едой, и вновь принимались за работу. Ровно в восемнадцать часов работа прекращалась, инструменты, складывались на свои места, и работники покидали гараж.

— А как же восьмичасовой рабочий день? — Спросите вы.

А, никак! При прежнем хозяине работали по двенадцать часов, и считали это за счастье. Я сразу предупредил, что только начал работу, на мне большой кредит, потому полной зарплаты, как при прежнем хозяине, пока платить не могу. Тем более, что прежний владелец только руководил, а я сам вкалываю на ремонте, как папа Карло. Поэтому предложил платить десятку и сократил рабочий день на два часа. Впрочем, и за это предложение ухватились обеими руками. Неожиданно выяснилось, что мужчины вот уже с полгода, со дня смертипрежнего владельца, перебиваются случайными заработками. Работы, как таковой в округе не найти, а попробуй взяться за ремонт без соответствующих лицензий, и тут же загремишь в тюрьму. Прфсоюзы и налоговые органы не дремлят, и работать на себя, никто тебе не позволит. А кроме сбора урожая, и прополки здесь ничего не найти. Поэтому стоило мне открыть мастерскую, были согласны на все.

И дело пошло. Уже к концу месяца, оказалось, что я вполне смогу выплатить первый взнос, расплатиться с работниками, и даже остались деньги, на заказ некоторых запасных частей, и вполне хватает мне на жизнь. А клиентура, прибывала день ото дня. И довольно скоро, подумал о том, не организовать ли мне здесь платную стоянку, из-за того, что просто добраться из мастерских до дома, уже становилось с каждым днем все труднее, из-за техники ждущей своей очереди на ремонт.

Конечно не все получилось сразу. Поначалу бывало и так, что уходил в минус, и едва сводил концы с концами. Пару раз хотелось все бросить и умотать куда глаза глядят. Но прекрасно понимал, что больше таких условий мне никто не предложит. А здесь и работа, и нормальный дом, и люди, встретившие меся тепло, и с первых дней относившиеся ко мне по-дружески, ни разу не спросив, кто я, и откуда здесь взялся. С долгами я рассчитался на восьмой год своего здесь пребывания. Причем сделал это скорее из-за того, что хотелось побыстрее снять с себя висящий надо мной кредит. Хотя больших проблем, по мере развития производства он не приносил. Да и деньги на счете, приходили вовремя, и имелся некоторый резерв. Но просто однажды посчитал свои средства, прикинул все возможные варианты, и закрыл кредитную линию. Хотя здесь чаще всего тянут до последнего. Не понимаю зачем, хотя может и правильно. То ты выплачиваешь строго оговоренную сумму, а то изымаешь единовременно в десятки раз больше.

Миллионером я здесь не стал. Скорее зажиточным середнячком. То есть у меня имелось собственное дело, приносящее стабильный доход, не сказать, чтобы слишком большой, но как минимум впятеро превышающий среднюю зарплату по стране. Я сделал хороший ремонт в доме, пристройку к своим мастерским, что позволило мне нанять дополнительных работников, и ремонтировать не только сельскохозяйственную технику, но и автомобили. На двенадцатичасовой график я так и не выбрался, хотя зарплату людям все же прибавил, чем заслужил уважение среди людей.

Из-за мер жёсткой экономии, принятых в начале 1980-х годов, профсоюзы в Коста-Рике активизировались на фоне роста бедности и безработицы. И по стране прокатилась волна забастовок. Опять же этому способствовало то, что в соседнем Никарагуа Сандинисты свергли Самосу, и некоторые левые партии Коста-Рики, решили повторить подвиг, соседнего Никарагуа, встав на Социалистический путь развития. Впрочем, здесь подобное не прокатило. Едва местные фермеры услышали, что у них отберут землю, и разделят поровну на весь народ, как тут же возник бунт, и всех социалистов моментально изгнали из страны в соседний Никарагуа.

На нашем городке, это почти не отразилось, разве что некоторые пришлые работники пытались устроить забастовку, но местные бюргеры, тут же организовали отряд народной милиции, и прогнали всех бунтовщиков прочь. И как только это произошло, все вернулось на круги своя.

Через три года, после появления в Бихагуале, я познакомился с девушкой, Мартой Вальгер, дочерью местного протестантского священника и вскоре мы сыграли с нею свадьбу. Я хоть и не особенно показывал свое рвение в отношении веры, но все же пришлось пересмотреть свои взгляды, и посещать церковь, участвуя в богослужениях. Это не занимало много времени, зато прибавляло уважение от местного населения.

Единственное, чего мне всегда недоставало, так это охоты. Теоретически, можно было в любой момент выйти в местные джунгли поохотиться на пуму, или ягуара, пристрелить пару обезьян, или спустившись вниз к Тарколис или Тулин — местным рекам, поохотиться на крокодила. Но если я прекрасно знал повадки диких животных в Сибирских лесах, то здесь все было внове. Вдобавок ко всему, уже к середине восьмидесятых вышел запрет, на охоту на тех же ягуаров, которых внесли в красную книгу, крокодилов, почти полностью истребленных местными индейцами. Оставалась разве что рыбалка, но она и раньше не слишком привлекала мое внимание. Впрочем, по мере развития моего дела, мне удалось пару раз съездить на охоту в Канаду, и впечатлений от этого хватило на достаточно долгий срок.

Очень скучал по Сибири, но так и не решился отправиться на Родину, хотя, вряд ли за прошедшее время хоть кто-то смог бы сопоставить меня нынешнего с тем парнем, который появился из неоткуда в 1965 году, и сразу же умудрился влезть в неприятности.