Алекс Войтенко – Дорога на Тибет (страница 25)

Откинув в сторону пару небольших камней, показал парням, как-бы найденный среди камней перстень, и положив его в карман, тут же извлек из него бумажник, и достав из него пару, довольно крупных местных купюр, раздал мальчишкам. Разумеется, никакой речи о том, чтобы открыть дверь в Пещерный храм, именно сейчас не было. Мне казалось, что сделать это я должен был без лишних свидетелей, поэтому, как только мой «упавший перстень нашелся» и я поблагодарил пацанов за помощь, мы все вместе, сразу же отправились в обратный путь. Добравшись до места, я сразу же отправился в поселковую харчевню, где обычно питался, а пацаны побежали в монастырь, похоже докладывать о недавнем происшествии.

То, что меня сопровождают не просто так, было давно понятно. Тем более, что по поселку я передвигался совершенно свободно. Никто не крутился, подле меня, не лез с вопросами, и не заглядывал мне в лицо, как бы ожидая откровения свыше. Но стоило только выйти из него, и пройти мимо монастыря, как подле меня, тут же оказывалось как минимум два послушника, избавиться от которых было просто нереально трудно. Уверен, если я завтра отправлюсь на охоту, подле меня, будут крутиться, как минимум вдвое больше пацанов, чем сегодня. Чтобы если я даже отправлю парочку в монастырь с очередным трофеем, кто-то остался подле меня. Это конечно сильно напрягало, но что-то изменить, я был просто не в силах.

И следующий же выход на охоту, подтвердил мои предположения. Нужно было что-то решать. Или плюнуть на всех и войти в храм в наглую, не обращая внимания, на сопровождающих меня пацанов, или же искать какой-то иной выход из положения. В местном магазинчике, обнаружилась в продаже карта, показывающая местные поселки, построенные харчевни, и туристические маршруты. Окрестности Канченджанга, были довольно популярным местом, для альпинистов. С другой стороны, эта вершина является третьей по высоте вершиной мира, и самой высокой точкой Индии. Не мудрено, что вокруг нее обосновалось столько поселков. Желающих покорить ее здесь в достатке. Другое дело, что именно сейчас не сезон, для восхождения, поэтому я нахожусь здесь фактически в одиночку, а местный ключник, очень хочет узнать, что я здесь забыл.

На гору влезть не пытаюсь, богословские беседы с ним не веду. При неплохом знании Тибетского языка, древними книгами, которые насколько я знаю, точно есть, или вернее были в монастыре, ранее, не интересуюсь. Вот и приставил ко мне пару бездельников, чтобы понять какого лешего я торчу здесь вот уже неделю. Во всяком случае именно эти мысли и приходят ко мне в голову.

С очередным прилетом вертолета, поинтересовался у пилота, не сможет ли он, перебросить меня до Лонака, небольшого туристического поселка, с Индийской стороны Канченджанга. Судя по карте, этот поселок расположен чуть выше необходимого мне места, и на карте отмечена тропа, по которой можно спуститься к подножию скалы. Может убравшись туда я оборву хвост в виде монахов, и спокойно дойду до нужного мне места.

— Да, вообще не проблема. Двадцать пять долларов, и через десять минут мы будем на месте. Только зачем?

— В смысле зачем?

— Учитывая, что сейчас, как бы не сезон, для восхождений, поселок Лаода наверняка пуст. Да и обозначенные на карте тропы, сейчас завалены снегом, который никто не чистит. До июля там просто нечего делать. А вот нарваться, на какого-то зверя очень даже просто. Это здесь встретить барса довольно сложно, а там как раз наоборот.

Такой расклад меня точно не устраивал. Поэтому решил поискать другие пути. И, пожалуй, единственным возможным, оказался пусть и несколько рискованный, но вполне реальный ночной переход. В конце концов, эта дорога от монастыря до Пещерного Храма, в свое время была хожена-перехожена мною сотни раз. За два года нахождения здесь, в начале сороковых, я исходил эти места вдоль и поперек. Сейчас конечно многое изменилось, за счет появления новых поселков, но в принципе горы остались прежними. И поэтому, выйдя еще пару раз на охоту в сопровождении пацанов, постарался прикинуть маршрут, и то, как я буду передвигаться по этой дороге ночью.

Проблема состояла еще и в том, что какую-то часть маршрута придется преодолеть в полной темноте. Во всяком случае, до того момента, пока я не окажусь за скалой, где уже стану невидим, как со стороны поселка, так и со стороны монастыря. А дальше будет уже проще. Можно будет включить фонарь, и двигаться, освещая себе путь. И я начал готовиться к выходу. Что мне готовить, спросите вы? Да все просто, для начала нужно запастись кое-каким провиантом. Хотя в храме и имелись запасы продуктов, но кто знает, что произошло за прошедшие полвека. Может тот самый ручей, что снабжал меня водой, после того взрыва изменил свое направление, и сейчас все ящики с провизией превратились в ледяную глыбу.

Да и вообще, я конечно посмотрю, что и как там сохранилось, но питаться продуктами, выпущенными полвека назад, немного боязно, хотя если учесть отрицательные температуры хранения, глядишь что-то и окажется съедобным. Но так или иначе, лучше иметь свой запас еды. Тем более я не собираюсь там оставаться надолго, но хотя бы пару дней там придется побыть. Вдобавок, нужно решить, что-то со своими вещами, которые останутся здесь. Увидят, что я куда-то пропал, и как пить дать, растащат по хижинам, потом ничего не найдешь. А предупреждать о том, что готовишься на долговременную отлучку, означает белее плотный надзор со стороны монахов. И неизвестно что лучше. Вот и думаю, как поступить?

Глава 12

В ближайшее посещение, местного магазинчика, прикупил большой альпинистский рюкзак, с металлическим каркасом, запас еды на три дня, мощный фонарь, с двойным комплектом запасных батареек, спиртовку, для разогрева еды с запасом таблеток, ледоруб, и пообещал назавтра зайти за веревками, крючьями, карабинами, и прочим снаряжением, сказав, что унести все это прямо сейчас, просто не хватит сил.

— Готовьте, возьму все, что нужно для восхождения.

На меня посмотрели, как на идиота, и наверное мысленно покрутили пальцем у виска, но пообещали приготовить все, что нужно. По большому счету, мне на это было наплевать, ничего из всего этого выкупать я не собирался, а вот привлечь внимание продавца, который наверняка постукивает в монастырь, было необходимо. Хотя, похоже я немного переборщил. Вернувшись в снимаемый мною домик, переложил в рюкзак всю имеющуюся у меня одежду из чемодана, не забыв и походный рюкзачок с кое-какой мелочью. Даже еще и свободное место осталось, хотя было немного жаль бросать новенький чемодан, но иного выхода из положения, я просто не находил. В крайнем случае, пусть его заберет владелец магазина, в компенсацию, за не выкупленный товар. Приготовив, все что необходимо, сходил в местную харчевню, плотно поел, выпил чашечку кофе, рассказывая всем и каждому, что все-таки решился наконец на восхождение. Осталось только хорошо выспаться, выкупить завтра, приготовленное для меня снаряжение, и можно отправляться в путь. После чего вернулся обратно в снятый мною домик. Там принял душ, заварил чашечку чая, завел будильник на своих наручных часах, плотно закрыл дверь, и залег спать с расчетом встать после полуночи.

Едва завибрировал будильник на руке, проснулся, не зажигая света, вышел в коридор, и едва не споткнулся, о лежащего у соседней двери человечка. Под соседней дверью устроился сладко посапывающий мальчишка, свернувшийся в клубок, и видящий похоже приятные сны. То есть хозяин магазинчика, все-таки доложил о том, что я куда-то намылился, и настоятель, решил не пускать это дело на самотек, отправив в гостиный домик соглядатая, который должен был приглядывать за мною. Очень может быть, что парнишка должен был дежурить снаружи, но видимо решил, что в прихожей теплее, да и куда я денусь если у порога расположится он. Но учитывая, что в домике гораздо теплее, чем в каменной келье монастыря, или во дворе, парнишка разомлел и уснул.

Пожалев его, осторожненько вернувшись обратно в свою комнатку, я снял с койки стеганое одеяло, и выйдя в коридор, прикрыл мальчишку, создавая ему, больший уют. Тот похоже почувствовав дополнительное тепло, автоматически подтянул одеяло на себя, и укрылся с головой. Единственной проблемой для меня оставалось то, что стоило бы мне только попытаться открыть входную дверь, как стужа со двора, ворвалась бы в прихожую, и невольно заставила бы парня проснуться. Поэтому я решил поступить несколько иначе.

Вернувшись обратно в номер, все так же не зажигая света, надел на себя всю приготовленную заранее одежду, опоясался, не забыв прицепить к поясу деревянную кобуру с «Маузером», проверил наличие под рукой ледоруба и фонарика, и решил, что готов к выходу. Подхватил рюкзак, затем осторожно приоткрыл створки окна, благо, что домик был одноэтажным, и спустив его на землю, выбрался вслед за ним сам. Еще находясь на подоконнике плотно прикрыл створки окна, удерживая до последнего шпингалет, и убедился, что тот соскользнул на предназначенное ему место, надежно запирая оконную фрамугу.

После чего, оказавшись на земле, подхватил рюкзак, и забросив его себе за плечи осторожно обошел дом, стараясь лишним звуком не привлечь, к себе чьего-то внимания. Поселок спал. Учитывая, что снабжение электроэнергией здесь происходит от работающего дизеля, на ночь его выключали, и в деревне было абсолютно темно. Гостевые домики были электрифицированы отдельно от небольшого ветрогенератора, установленного на крыше одного из них, поэтому там можно было включить свет даже ночью. Все это было мне только на руку. Осторожненько выбравшись за пределы поселка, прижимаясь к скалам, чтобы не маячить на открытом месте, показывая случайному наблюдателю, свой силуэт, на фоне снежных наносов, я добрел до скалы, с угла которой начинался подъем вверх к монастырю, и обогнув ее еще некоторое время, шел в почти полной темноте, ориентируясь только по собственной памяти и считая шаги, которые старательно запоминал последние дни. Наконец отсчитав сто сороковой шаг, вздохнул, с этого момента, меня не должны были увидеть не со стороны поселка, ни с высоты монастыря, снял с пояса фонарик, включив его положил на камень у дороги, затем отстегнул деревянную кобуру, состыковал ее с пистолетом, проверив патрон в патроннике, повесил получившийся карабин на плечо, удерживая правой рукой, будучи готовым при необходимости, сразу же выстрелить, и подхватив фонарик, двинулся в путь.