Алекс Шу – Решающий бой (страница 16)
— Леша, ты уже встал? — в комнату заглядывает матушка. — В школу собираться пора.
— Сейчас, мам, пару минут, — сонно бормочу, открывая глаза.
— Давай, поднимайся, хватит валяться лежебока, — бодрым голосом командует родительница, — Иди, умойся, а я тебе пока блинчики с творогом разогрею.
— Ага, — широко зеваю и сладко потягиваюсь, разминая затекшее от сна тело. — Иду уже.
В ванную потопал на автомате «продирая глаза». Окончательно проснулся, когда плеснул гость ледяной воды на лицо, и прохладная влага прозрачными брызгами разлетелась по коже, смывая остатки сна.
После гигиенических процедур на кухне меня ждали три горячих блинчика с прожаренной коричневой корочкой и чашка чая, исходящая горячим паром.
С аппетитом умял блины с тающим во рту нежным белым творогом, допил чай, благодарно чмокнул довольную мамулю в щечку, и побежал собираться, в коридоре столкнувшись с уже одетым в форму батей.
— Доброе утро, па.
— Доброе. В школу не опоздаешь? — озабоченно поинтересовался отец, смотря на часы. — Уже 7.30.
— Нормально, пап, успею. Занятия в 8 начинаются. За десять минут соберусь, а до школы идти минут пять, не больше. Так что время ещё есть.
В школу я пришёл вовремя. Стоящая у входа стайка восьмиклассников с красными повязками на локтях, молча расступилась, пропуская вовнутрь.
Вместе с толпой весело гомонящих школьников дошел до раздевалки, скинул куртку, переодел сменную обувь и направился на второй этаж в кабинет истории, где должен был пройти 1 урок.
Некоторые одноклассники уже расселись по партам, и раскладывали учебники и тетради. Я улыбнулся, сверкнувшей задорными ямочками на щеках Оле Сафронкиной, поздоровался с оживленно беседующими Дашей и Аней, пожал руку Леше Пономаренко и на меня сразу налетели Пашка и Ваня.
— Привет, Леха, — жизнерадостно кричит Амосов, получает традиционный подзатыльник от Вани, и обиженно надувается. — Ты чего?
— Не ори так, — снисходительно пояснил Иван, — не в джунглях.
— Лешка, у Мансура сегодня городские соревнования по боксу, пойдем, поддержим? — предлагает Пашка.
— Пошли, — соглашаюсь я. Ещё день-два для восстановления у меня есть, так что спокойно могу прогуляться на соревнования, поболеть за товарища.
— А можно мы с Аней тоже к вам присоединимся? — несмело спрашивает Даша. — Нам тоже интересно на бокс посмотреть.
— Конечно, можно, — улыбнулся я. — Нам только веселее будет.
Резкая трель звонка, заставляет нас рассесться по местам. В класс заходит Вера Ивановна.
Начало урока я пропустил, занятый своими мыслями. Прикидывал как вести будущий разговор с дедом и Ивашутиным, какую схему действий им предложить.
Неожиданно мой взгляд зацепился за напряженные лица исторички и Антона Недельского, стоящего у доски. Невольно вслушиваюсь в их диалог.
— И вообще я считаю Сталина тираном и самодуром. Он устроил репрессии и расстрелял десятки тысяч невиновных людей, — самодовольно заявляет Недельский, — мой отец сказал, что правильно культ личности этого палача на ХХ съезде КПСС разоблачили.
— Дураки. И ты, и твой отец, — вырывается у меня.
— Шелестов, — историчка обжигает меня предупреждающим взглядом.
— Виноват, Вера Ивановна, вырвалось. Но от своих слов я отказываться не собираюсь и считаю их правильными.
— Сам ты дурак, Шелестов, — тихо бормочет Антон, стараясь не встречаться со мною взглядом.
— Недельский, — шипит историчка, — говорить будешь, когда я разрешу. Понятно?
— Понятно, — бурчит Антон.
— Теперь, что касается Иосифа Виссарионовича Сталина. Великий писатель Михаил Александрович Шолохов сказал: «Да был культ. Но была и личность». И я полностью согласна с его словами. Шелестов, чего ты руку тянешь? Говори!
— Вера Ивановна, можно мне высказать своё мнение об Иосифе Виссарионовиче, репрессиях и так называемом культе личности? Я много изучал эту эпоху, благодаря деду получил доступ к архивным документам, общался с ветеранами и думаю, могу пояснить, почему слова Недельского — бредятина.
— Ну, попробуй, — в глазах исторички мелькает интерес, — подходи к доске, чтобы все могли тебя послушать. А ты, Антон, садись. Я с тобой потом разберусь.
Под прицелом любопытных взглядов одноклассников иду к доске.
Недельский с угрюмым лицом садится на своё место.
— Вера Ивановна, если позволите, я разделю свой ответ на 3 части. В первой, расскажу какой Сталину и большевикам досталась наша Родина. Во второй, поясню, что Иосиф Виссарионович сделал для страны. А в третьей, коснусь темы, так называемых репрессий и культа личностей.
— Хорошо, — кивает историчка, — мы тебя слушаем, Шелестов. Только тема достаточно, эээ, скользкая, поэтому будь аккуратен в своих выводах и приводимых источниках.
— Хорошо, Вера Ивановна, буду рассказывать только то, в чем стопроцентно уверен, — пообещал я.
— Начнем с самого начала. Какой страна досталась Сталину и большевикам? В гражданской войне по разным источникам погибло от 8 до 10 миллионов человек с обеих сторон. Плюс ещё по данным Генерального штаба царской армии на фронтах Первой Мировой погибло и пропало без вести около 775 тысяч солдат и офицеров. И это я не говорю о раненых и искалеченных, которых тоже набирался добрый десяток миллионов. Плюс от голода и эпидемий умерло 5–6 миллионов человек. Страна обезлюдела. Сотни населенных пунктов, заводов и фабрик были разрушены. В городах не было электроосвещения. Рубль обесценился в 13 тысяч раз, став простой бумажкой. По стране кочевали тысячи беспризорников.
В 1922 году Ленин отходит от активной политической деятельности по болезни. На апрельском пленуме ЦК РКП (б) генеральным секретарем партии выбирают Иосифа Виссарионовича Сталина.
Перед Сталиным и его соратниками стояла великая задача: сделать из обезлюдевшей, отсталой аграрной страны передовую индустриальную державу. И решить эту задачу необходимо было за короткий срок. Иначе капиталистические страны могли просто уничтожить первое в мире социалистическое государство.
Иосиф Виссарионович это отлично понимал. Недаром, выступая на первой конференции работников социалистической промышленности в 1931 году, он сказал:
«Мы отстали от передовых стран на 50–100 лет. Мы должны пробежать это расстояние в десять лет. Либо мы сделаем это, либо нас сомнут».
Но работать спокойно и восстанавливать страну Сталин не мог. Разгорелась внутрипартийная борьба за власть. Он хотел заняться построением социализма в одной стране — СССР, а его противники — использовать государство большевиков, как топку «для раздувания пожара мировой революции». Вторую концепцию продвигал Лев Троцкий, автор прогремевшего в те годы манифеста Коминтерна, принимавший непосредственное участие в создании Красной Армии.
На мой взгляд, планы Льва Давидовича в случае их осуществления, могли привести к большой трагедии. Нашу страну, разбитую, обезлюдевшую после войны, не имеющую собственной развитой промышленности, просто задавили экономически и, в конечном счёте, утопили бы в крови.
Всю необходимую полноту власти для проведения реформ Сталин обрел в 1928 году, когда сумел разгромить оппонентов. Их вождь Троцкий отправился в ссылку — в Алма-Ату, а затем эмигрировал из страны.
В стране развернулись процессы индустриализации. Для строительства заводов и других промышленных предприятий были привлечены западные инженеры и специалисты. Только одна цифра: с 1928-го по 1940 год были построены и запущены в эксплуатации около 9 тысяч крупных производственных объектов. Это автомобильные заводы в Москве и Горьком, металлургические комбинаты на Урале и Кузбассе, тракторные заводы в Челябинске и Харькове и многие другие предприятия.
По абсолютным объемам производства, СССР, в 1937 году, стал первым в Европе и вторым в мире, после Соединенных Штатов. Такого масштабного строительства промышленности и впечатляющих достижений мировая история ещё не знала. И этот результат был достигнут, подчеркну, своими силами, без внешних кредитов. И по сей день ни одно государство в мире не может повторить достижения СССР под руководством Иосифа Виссарионовича Сталина.
На открытые предприятия требовались миллионы рабочих рук. В Советском Союзе была полностью ликвидирована безработица. Последняя биржа труда, расположенная в Москве, была закрыта в 1931-ом году.
В Союзе открываются конструкторские бюро, НИИ, с нуля создаются огромные наукоемкие отрасли. Например, тракторо- и авиастроение.
С 1928 по 1937-й год государство подготовило около 2 миллионов специалистов в разные отрасли промышленности. Были созданы предприятия, производившие технологичную продукцию: фотоаппараты, мотоциклы, специальную технику и многое другое.
Для понимания технологического рывка при Сталине приведу один показательный пример: гусеничный трактор СХТЗ-НАТИ, изготавливаемый в Сталинграде и Харькове, взял гран-при в 1937 году на Парижской выставке.
Была ликвидирована неграмотность. Количество людей, умеющих читать, писать и считать составило почти 90 %. Для сравнения, в царской России, по данным переписи 1897 года, их количество составляло 21 %.
Сталин гарантировал советским людям право на труд и на отдых. Важное внимание уделялось физическому здоровью. С учетом рекомендаций ведущих медиков, в 1931 году были введены нормы ГТО. Перед Великой Отечественной Войной нормы первой ступени выполнили 6 миллионов советских граждан.