Алекс Рудин – Упрямый хранитель (страница 29)
Опускаюсь ниже и провожу языком по её чувствительной плоти; тело девушки содрогается от удовольствия, покрывается мелкими мурашками. Ещё одно касание – она инстинктивно пытается свести колени, ещё одно вторжение языком – она смущённо хихикает сквозь возбужденное мычание. Добавляю пальцы, растягиваю её нежно и настойчиво, целую, посасываю чувствительный бугорок, затем слегка дую прохладным воздухом на разгорячённый пульсирующий центр моей погибели. Снова набрасываюсь на её лоно глубоким французским поцелуем.
– Небесные черти!.. Это так приятно! – стонет Сена громче и запускает ноготки в мои волосы, ерзает бёдрами навстречу моим движениям.
Я чувствую ритм её тела, понимая где находится заветная точка, на которую необходимо нажать сильнее. Крепко сжимаю ладонями упругие ягодицы девушки, фиксирую её стройные ножки и с диким энтузиазмом довожу свою Зефирку до мощного оргазма.
– Курт…
Мое имя, сорвавшееся с её чувственных губ, запускает необратимую химическую реакцию внутри меня. Теряю контроль настолько быстро, что даже не успеваю расстегнуть брюки – просто хватаюсь за член сквозь ткань и сжимаю его до боли, чувствуя, как горячее семя вырывается наружу, пачкая одежду. Кончаю, как чёртов подросток, впервые прикоснувшийся к женскому телу.
Сена извивается под моими ласками, судорожно выгибая спину, её сладкие соки изливаются мне прямо на язык, заставляя стонать от наслаждения и отчаяния одновременно. Стыд и эйфория смешиваются в моей голове в сумасшедший коктейль.
– Обалдеть! Никогда бы не подумала, что это настолько круто! – она смущённо смеётся и тут же прячет раскрасневшееся лицо в ладонях. – Выброшу свой вибратор к чёртовой матери!
Я самодовольно приподнимаюсь и нависаю над ней, упираясь руками в сиденье по бокам от её головы. Вид её счастливого лица согревает мою падшую душу сильнее любого алкоголя. Кажется, я готов сделать своей жизненной миссией доставлять удовольствие этой светловолосой малышке, лишь бы потом эгоистично наслаждаться её сияющей улыбкой и сверкающими глазами цвета летнего неба.
– Не… ты невероятная… – сдавленно шепчу, будто впервые вижу её. Раскрасневшиеся щёки, выбившиеся из хвоста золотистые пряди волос, глубокое дыхание – лучшая награда для моего израненного сердца.
Медленно тянусь к её макушке и осторожно стягиваю резинку. Волосы рассыпаются мягкими шелковистыми волнами, обрамляя её лицо, словно нежное облако из солнечного света.
– Иди сюда…
Снова с хищным аппетитом зарываюсь пальцами в её густые локоны и целую в губы, смакуя каждое мгновение, растягивая его до бесконечности. Наши языки сталкиваются в медленном эротичном танце – чувственном поединке, который гораздо интимнее самого секса.
Отстранившись на секунду, продолжаю заворожённо смотреть ей в глаза, не имея никаких физических сил отвести взгляд.
– Так значит, я лучше твоего вибратора? – насмешливо хмыкаю, пытаясь скрыть самодовольство. С розовым фаллоимитатором меня ещё не сравнивали.
– Однозначно! – она довольно кивает и игриво задевает кончиком носа мой. – Думаю, ты вообще лучше многих мужчин. Хотя мне особо не с чем сравнивать… – беспечно пожимает плечами, даже не подозревая, что только что подожгла фитиль динамита под моей задницей.
– Что значит «не с чем»? – чуть не поперхнувшись собственным дыханием, уточняю я.
– Ну-у… в смысле секс был только с Ковальским.
– С кем?!
– Я так называю свой вибратор. Ты будешь смеяться, но он в форме пингвина.
– Пингвина?.. – мой мозг закипает от переизбытка информации.
– Ага! – она задорно улыбается, совершенно не замечая моего шокового состояния.
Господи Иисусе! Сена девственница!
У неё никогда не было мужчины.
Я ошеломлённо сверлю её взглядом, пытаясь осознать только что обрушившуюся на меня новость. Никогда прежде не был первым мужчиной для девушки. Это пугает! Отрезвляет! Напоминает о том, насколько мы с ней далеки друг от друга. Насколько глубоко я увяз в этом безумии.
Раньше я бы уже бежал от подобной ответственности на другой конец света без оглядки. Но с Сеной всё иначе – ровно наоборот. Меня это заводит до дрожи в коленях, дразнит воображение запретными мыслями и заставляет желать её ещё сильнее. Но это также волнительно, как страшно до зубовного скрежета. Потому что теперь всё становится серьёзнее.
Что это будет значить для нас обоих?
Я не смогу просто лишить её невинности, а утром потребовать забыть обо всём произошедшем. Не могу заявить права на её тело сегодня ночью и отвергнуть завтра утром, словно ненужную вещь. Всё происходящее между нами теперь уже не может остаться обычным развлечением без последствий. Для неё… да и для меня тоже… секс станет гораздо большим событием, чем просто повеселились и разбежались.
Проклятье!
У нас нет будущего.
Нет даже этой чёртовой ночи.
– Тебя это пугает? – Зефирка мгновенно замечает перемену моего настроения и нежно проводит пальцами по щеке, словно пытаясь стереть с лица мою хмурую маску.
– Нет, просто…
– Просто что? Ты резко изменился в лице. В этом нет ничего страшного, Курт. Да, я неопытна в постели, зато очень гибкая, – она снова задорно хихикает, и этот звук разрывает моё сердце на мелкие кусочки. – Уверена, нам будет весело!
– Да, – безнадёжно соглашаюсь я, отводя взгляд. Сейчас мне физически больно смотреть ей в глаза. Одна только мысль о том, что я больше никогда не позволю себе эту слабость, не почувствую её губы, ощущается нестерпимым жжением в груди.
– Эй! Посмотри на меня! Давай обсудим… – Сена пытается поймать мой взгляд, но я упрямо отворачиваюсь, распахиваю дверцу машины и холодно бросаю:
– Одевайся. Я отвезу тебя обратно в общежитие.
– Что? Нет! Ты не можешь вот так поступить! – шипит она возмущённо, но всё же подчиняется и начинает натягивать свои кислотные леггинсы. Я завожу мотор и выезжаю на дорогу, сжимая руль так крепко, будто хочу раздавить его в порошок.
– Ты просто так возьмёшь и отвезёшь меня домой? А сам поедешь трахаться к другой женщине? Ты издеваешься надо мной?
– Я ни с кем не собираюсь трахаться, успокойся, – ровно отвечаю я сквозь зубы, сильнее вдавливая педаль газа. Всё, чего я сейчас хочу – стереть из памяти образ стонущей подо мной Сены, забыть её вкус и то насколько как хорошо быть с ней.
– Тогда что это за номер? Останови машину! Давай поговорим! Тебя так напугало, что я девственница?
– Сена, меня это не пугает.
– А что тогда за биполярное расстройство? Верни мне того Курта, который минуту назад показывал мне звёзды перед глазами!
Чуть сдерживаю усмешку, Зефирка даже в такие накаленные моменты находит как пошутить. Но я не улыбаюсь – продолжаю изображать безразличие ко всему, что между нами произошло.
– Максвелл! Не веди себя как последний мудак!
А вот сейчас прямо в точку. Но лучше уж быть мудаком сейчас, чем тем подонком, который заберет её первый раз ради мимолётного развлечения.
– Извини… – чуть слышно произношу я. – Но большего предложить не могу.
Сена замолкает и прожигает меня взглядом ледяных лазурных глаз; её ярость буквально ощущается кожей и заставляет волосы на затылке вставать дыбом.
– А знаешь что? Плевать! – наконец выплёвывает она и демонстративно откидывается на спинку сиденья, скрестив руки на груди. – У меня претендентов миллион! Найду себе другого кандидата на роль распаковщика!
Вот только не надо пытаться вывести меня на эмоции. Этот дешёвый трюк работал разве что в старших классах!
Это я себе говорю, но, вот, тело предательски реагирует на её слова, воспринимая их за чистую монету: мышцы напрягаются до боли, а костяшки пальцев белеют от того, как сильно я стискиваю руль. Тем временем эта чертовка в обличье ангела продолжает живописно описывать, как именно планирует потерять девственность с кем-то другим.
Когда мы подъезжаем к общежитию, я резко выпрыгиваю из машины и распахиваю перед ней дверцу:
– Приехали!
– О-о-о, вы так галантны… – язвительно тянет она и протягивает мне руку. Я помогаю ей выбраться наружу и молча набрасываю своё пальто ей на плечи. – Были галантны! Пока вдруг не решили, что девственница для вас – это перебор!
Она саркастично машет мне рукой на прощание и летящей походкой скрывается за дверью общежития. Я провожаю её взглядом, пока она не скрывается за дверями здания, и понимаю: последствий сегодняшней ночи мне не избежать.
Я буду страдать.
Чёрт возьми… Как же я буду страдать!
Глава 21. Чемпионка без флага
Сена.
Сегодня мои первые международные соревнования в роли фигуристки сборной Канады. Воодушевлена ли я? – Нет! Впервые соревнования ощущаются не чем-то радостным и значимым, а рутиной, которая не принесет мне ничего хорошего. Рита наконец-то начала заниматься со мной индивидуально, она повысила сложность моего номера, но все равно запретила делать больше двух тройных и переставила их в первую часть программы.
Я никогда не думала, что буду настолько не согласна с тренером, хоть и понимаю, у нее есть олимпийская медаль, у меня – нет, она заслуженный мастер спорта и тренер, а я вчерашняя выскочка, чемпионка без флага.
Всплывают в голове слова моего первого тренера Екатерины Сенцовой, которая еще мою сестру довела до олимпиады двенадцать лет назад.
– Золотова! Ты какого хрена здесь делаешь? – резкий оклик Риты заставляет меня подпрыгнуть на месте и чуть не прикусить язык.