Алекс Рудин – Укротитель миров: магические твари (страница 35)

А что?

Под листом прохладная тень, туда не заглядывают птицы.

Да и маленького зелёного паучка на фоне листа почти не видно.

Сперва я ходил вдоль грядок внаклонку. Но через час понял, что к концу дня заработаю хронический радикулит, несмотря на молодость.

Тогда я стал передвигаться вдоль грядок на корточках и довольно быстро узнал, что такое судороги в ногах.

Дело осложнялось ещё и тем, что паучки по своему характеру были одиночками и не любили общество друг друга. Они разделили ферму Казимира на отдельные охотничьи угодья и боролись с тлями и мухами в гордом одиночестве.

Так что на квадратном метре тщательно осмотренных листьев мне редко удавалось найти больше одного паука.

Мастер Казимир и Сёма вернулись только к обеду. Моя банка была на две трети заполнена медленно копошащимися пауками, но разогнуться полностью я не мог.

Казимир молча забрал у меня банку, посмотрел её на свет. Одобрительно качнул бородой и ушёл в пристройку, где находилась его лаборатория.

Насколько я понял, именно там он исследовал магические свойства растений и изобретал свои адские зелья.

А может, просто спал в тишине и прохладе, кто его знает?

Сразу после обеда Казимир позвал меня в лабораторию. Пока я с любопытством разглядывал разнообразные колбы и пробирки, мастер сосредоточенно кипятил на газовой горелке какую-то странную смесь.

Я огляделся в поисках паучков — за утро я успел с ними сродниться — но обнаружил только пустую банку.

Реторта в руках Казимира негромко хлопнула и выпустила струйку ароматного пара.

Мастер мгновенно выключил горелку. Вставил воронку с бумажным фильтром в большую мензурку и принялся осторожно переливать туда содержимое реторты.

Когда мензурка наполнилась, Казимир помахал ей в воздухе, чтобы немного охладить, а потом протянул мне.

— Пей!

— Что это? — спросил я, осторожно принюхиваясь к запаху.

— Маскировочное зелье.

Жидкость в мензурке пахла варёной капустой и была ярко-изумрудного цвета.

В мою голову закрались справедливые подозрения.

— Ты эту хрень из пауков сварил?

Мастер Казимир сердито нахмурился.

— Тебе документы нужны, или нет?

— А при чём здесь документы? — поинтересовался я.

— Чтобы оформить документы, тебе надо выйти с фермы, — объяснил мастер. — А возле ворот тебя караулят. Серый внедорожник. Знаешь, кто это?

Я пожал плечами.

Машина Жана Гавриловича была чёрного цвета. Но кто сказал, что у него только один транспорт?

А ведь были ещё люди графа Стоцкого. Судя по тому, что рассказал о нём Казимир, так просто граф от меня не отстанет.

— Всё пить? — спросил я, — или одного глотка хватит?

— До дна, — велел мастер.

Я вздохнул и махом проглотил содержимое мензурки.

— И как это работает?

— Подожди десять минут, — ответил Казимир. — Посиди пока.

Ага!

Интересно, кто спокойно усидит на месте, выпив перед этим незнакомое магическое зелье?

Чтобы отвлечься, я продолжил осматривать лабораторию.

Вот это да!

На широком шкафу с лабораторной посудой стояла позолоченная копия Давида.

Или золотая?

Казалось, Давид с высоты шкафа осматривает лабораторию.

Я дотянулся и снял статуэтку со шкафа — тяжёлая!

— Откуда такое сокровище? — спросил я, всматриваясь в равнодушную физиономию Давида.

Мне померещилось, или Давид в ответ посмотрел на меня?

Да нет, просто солнце блеснуло на золоте.

Фух!

Сбрендишь с этими магами!

— Поставь на место! — строго сказал Казимир. — Графский подарок. Граф Стоцкий подарил в знак дружбы и сотрудничества.

Ничего себе!

Выходит, граф подогнал Казимиру несколько килограммов золота, а мастер ему меня не сдал?

Моё доверие к Казимиру окончательно окрепло.

Я взгромоздил Давида на шкаф.

— А теперь подойди к зеркалу, — кивнул мне мастер, с интересом глядя на меня.

Я сделал шаг к зеркалу, которое висело на стене, и замер.

Из глубины мутного стекла на меня смотрел Сенька.

Да ладно!

Я поднял руки к лицу, и Сенька сделал то же самое.

Тогда я ощупал волосы — по ощущениям они были мои, родные.

Отражение взъерошило рыжие вихры на своей голове.

Зажмурившись, я выдернул один волос и внимательно разглядел его. Волос был тёмным.

Тогда я поднёс его к самому зеркалу.

В руке отражения волос был медно-рыжий.

Охренеть!

— Теперь понял, как это работает? — спросил меня Казимир. — Иди, переодевайся. Сеньку я предупредил. Поедем с тобой в деревню.

Онперелил остатки зелья из реторты в толстостенную склянку и плотно заткнул её резиновой крышкой.