Алекс Рудин – Аристократ на отдыхе. Том 3 (страница 51)
— Возьми и заткнись!
— Что делать-то? — растерялся матрос, тараща глаза то на меня, то на капитана.
— Не слышал, что ли? — зарычал капитан, проворно пряча деньги в карман. — Правь к берегу! Его высокоблагородие спешит!
Матрос круто переложил штурвал. Пароход резко накренился,с палубы послышались крики пассажиров.
Вслед за мной в рубку ворвался Барятинский.
— Что случилось, Никита? — крикнул он, хватаясь за хлопающую в воздухе дверь рубки.
— На особняк Вознесенского напали, — коротко ответил я. — Умник один не справится.
— Я с тобой! — мгновенно сориентировался Гриша.
Но я отрицательно качнул головой.
— Нет! Присмотри за Кирой и Темниковой!
И повернулся к капитану:
— Полный ход, отец! Гони, как на вороных!
— Полный вперед! — скомандовал капитан матросу.
— Так набережная же! — возразил тот. — Разобьем пароход.
— Ремонт оплатим, — подбодрил капитана Гриша. — И премия за скорость!
Я благодарно кивнул.
Капитан, оттолкнув матроса, сам встал за штурвал.
— Давай, родимый! — крикнул он, до отказа переводя вперед рычаг хода.
Пароход отозвался бодрым рыком двигателя и, пеня тупым носом серую невскую воду, полетел к берегу.
— Умник, что у тебя? — вызвал я менталиста.
— Никита, они не поддаются! — в голосе демона слышалась паника. — Лезут через ограду! Троих убило охранным амулетом, но их слишком много. Никита, убитые опять встают!
— Умник, держись! — вслух заорал я. — Не пускай их в дом! Грызи зубами!
Серый гранит набережной стремительно приближался.
— Возле берега придется сбавить ход, — сказал капитан, крепко держа ручки штурвала. — Иначе не только пароход разобьем, но и людей погубим!
Я напряженно всматривался в берег. С воды он казался незнакомым — разноцветные дома утопали в зелени парков и скверов.
Где там особняк Вознесенского? Кажется, вон от той пристани до него ближе всего.
— Поворачивай влево! — крикнул я капитану. — Держи курс на ту пристань! Жми вдоль берега на полном ходу, не останавливайся!
— Понял, — кивнул капитан.
Я снова выбежал на палубу. Пассажиры с криками метались среди скамеек, словно стадо перепуганных овец. А пароход, набирая скорость, несся к берегу.
Но уже не прямо, а под острым углом. Его нос смотрел точно на пристань, которую я указал капитану. Возле пристани мирно качалась на волнах зеленая лодка, привязанная к чугунному столбику.
— Никита! — бросилась ко мне Кира. — Что происходит?
— Нападение, — коротко бросил я. — Гриша в курсе, слушайтесь его!
До гранитного парапета оставалось совсем немного, когда капитан опять повернул штурвал. Пароход дрогнул, поворачивая, и полетел прямо вдоль берега.
Я вскочил на низкий борт и замер, раскинув руки и удерживая равновесие.
Ну же!
Нос парохода налетел на лодку. Раздался треск дерева, завизжала какая-то женщина, и в этот момент я прыгнул. Перескочил над узкой полоской воды прямо на гранитный бортик набережной, оттолкнулся от него, в кувырке пролетел над тротуаром и покатился по мягкому газону.
Вскочил на ноги и, прихрамывая, помчался в сторону особняка старого графа.
— Умник, ты как? — позвал я на бегу демона-менталиста.
Но демон молчал.
— Умник!
И снова никакого ответа.
Я помчался так, что дыхание перехватило.
Ме хлопал меня по бедру, мешая бежать. На бегу я отстегнул перевязь, вытащил клинок из ножен, а ремень с ножнам отшвырнул в сторону. И помчался дальше, распугивая прохожих.
Задыхаясь, я проскочил переулок и оказался на улице, в которую выходили ворота особняка старого графа. Одна ажурная створка была погнута — чугунные прутья толщиной в палец! Но сами ворота устояли, и замок оказался крепким.
А вот калитку сорвали с петель и отшвырнули в сторону — она валялась прямо на тротуаре, я споткнулся о нее и чуть не упал.
Демоны особняк штурмовали, что ли?
Со стороны особняка доносились крики и рычание. Грохнул выстрел.
— Получи! — услышал я голос Вознесенского.
Старики отстреливались — значит, они еще живы!
Вперед, ликтор!
Я влетел в калитку и оказался лицом к лицу с одним из нападавших. Он обернулся, и я его узнал.
Тот самый прохожий, который толкнул меня на Марсовом поле и скрылся в толпе. Так вот, куда он спешил!
Я увидел страшное белое лицо, заросшее седой щетиной. Остекленевшие глаза вытаращились на меня, из открытого рта капала слюна.
Он широко растопырил руки и пошел ко мне. Кожа на его пальцах была содрана до костей.
Он что, ломал чугунную калитку голыми руками?
На бегу я рубанул нападавшего мечом наискось сверху, почти отделив голову и руку от тела. Он свалился мне под ноги, а я перепрыгнул через него и помчался дальше.
— Ник, это был мертвец! — просвистел демон Смерти.
Вот только твоей похвалы мне сейчас не хватало!
— Спасибо, Убийца, но мне сейчас не до комплиментов! Надо спасать Потапа. Ты можешь его найти?
— Ник, послушай! Кто-то поднял покойника и заставил его прийти сюда! Ты его не убил!
Что?
Я развернулся прямо в прыжке. И словно в замедленной съемке увидел, как почти разрубленное тело скребет руками по песку дорожки и медленно поднимается на колени.
Вот мертвые демоны!
И в самом деле, оживший покойник!
Одного взгляда мне хватило, чтобы понять, что он уже не опасен. По крайней мере, не так опасен, как оставшиеся.