Алекс Рудин – Аристократ на отдыхе. Том 3 (страница 50)

И он скрылся из вида.

Матросы убрали трап и отвязали толстые канаты. Пароходик, гордо рокоча мотором, медленно пошел к середине реки.

Мы с Кирой отошли к борту, чтобы не мешать пассажирам.

— Удивительный балбес, — с улыбкой сказала Кира, имея в виду Барятинского.

— Это его сильная сторона, — усмехнулся я, открывая шампанское.

Пробка хлопнула, напугав почтенную даму в широкополой шляпе, которая держала в руках крохотную лохматую собачонку.

Дама злобно покосилась на нас, а собачонка визгливо тявкнула.

Я сделал глоток освежающего холодного вина и протянул бутылку Кире.

— За здоровье Гриши!

— Из горлышка? — засмеялась Кира. — Пропала моя репутация!

— Это так важно для тебя? — спросил я.

— Конечно, я же адвокат. А для юриста репутация — самое главное. Знал бы ты, с каким трудом я ее зарабатывала.

— Расскажешь?

— Непременно. Но ничего интересного в моей жизни не происходило. Пансион для детей-сирот, потом университет. Потом практика в юридической консультации.

Кира зябко поежилась.

Я улыбнулся.

— Но сейчас у тебя все хорошо?

— Да, — решительно кивнула девушка.

И с улыбкой покосилась на меня.

— Я живу намного интереснее с тех пор, как познакомилась с тобой.

Кира отважно глотнула шампанского и закашлялась сквозь смех.

— Пузырьки в нос ударили!

И тут я заметил Елизавету Темникову. Девушка мрачно смотрела на нас.

Я помахал ей рукой, но Темникова отвернулась и перешла к другому борту. Сделала вид, что ничего не заметила.

Я усмехнулся. Забавная ситуация, но ничего удивительного. Столица тем и замечательна, то здесь на каждом углу непременно встретишь знакомого. Даже, если знакомых у тебя — раз-два, и обчелся.

— Эй, а мне шампанского! — возмутился вернувшийся Гриша.

Он где-то умудрился отыскать хрустальные высокие бокалы, и уже протягивал их нам.

— Горячего не будет, — предупредил он. — Оказывается, на пароходе нет кухни. Зато буфетчик обещал оливки и сыр.

— Годится, — кивнул я, разливая шампанское по бокалам.

— Гриша, ты балбес! — рассмеялась Кира.

Барятинский польщенно ухмыльнулся.

А я снова поймал пристальный взгляд Лизы Темниковой.

Нет, так не пойдет! Неизвестно, что она себе напридумывала, но возможные осложнения лучше гасить в самом начале.

Придется мне поговорить с Лизой — по-дружески. А если так — почему бы не сделать это прямо сейчас?

— Как ты смотришь на то, чтобы пригласить в нашу веселую компанию еще одну девушку? — спросил я Гришу.

— Положительно! — с восторгом заявил Барятинский. — Вообще-то, я планировал завести роман с Кирой, но после твоего появления, Никита, у меня нет шансов.

— Болтун! — возмутилась Кира.

Мочки ее ушей порозовели.

— Видишь мрачную блондинку, которая то и дело поглядывает на нас? — спросил я Барятинского. — Пригласи ее.

— Тогда одолжи мне твой бокал, — заявил Барятинский. — Не могу же я предложить девушке шампанское из горлышка. Так только ты умеешь.

— А к чему церемонии? — удивился я.

Гриша забрал у меня бокал и, улыбаясь, направился к Темниковой.

— Елизавета Темникова? — нахмурилась Кира. — Дочь того банкира, у которого ты купил пароход?

— Ага. Мы познакомились по дороге в Столицу.

— Не похоже, что она рада знакомству.

— Это поправимо, — улыбнулся я.

И тут в моей голове раздался голос Умника, и все легкие мысли мгновенно испарились.

— Никита! — встревоженно сказал менталист. — Вокруг дома собираются какие-то странные люди! Один из них пытается открыть калитку!

Глава 19

— Умник, сколько их? — спросил я.

Мой разум как будто раздвоился. Одна половина внимательно слушала Умника, а вторая соображала — что делать мне.

— Их много, Никита! Двенадцать… нет, уже пятнадцать! Они еще подходят.

— Спокойно, Умник! Попробуй взять их под контроль. Я скоро буду.

— Никита, что случилось? — спросила Кира, увидев изменившееся выражение моего лица.

— Не сейчас! — ответил я, нетерпеливо оглядываясь по сторонам.

Проклятье!

Мы находились на самой середине широкой реки. Петербургский остров — вот он, шагов пятьсот! Но это не по суше, а по воде, да еще придется бороться с сильным течением Невы.

Расталкивая пассажиров, я побежал в рулевую рубку.

Молодой матрос в белой форменной рубахе с синим отложным воротником небрежно держал деревянные спицы штурвала. Рядом, за столом неторопливо завтракал капитан парохода — он макал свежий круассан в кофе.

Когда я ворвался в рубку, капитан чуть не поперхнулся круассаном.

— Фто вам нуфно? — возмущенно спросил он.

— На берег мне нужно, срочно! — ответил я и рявкнул на матроса:

— Поворачивай! Правь на Петербургский остров!

— По какому праву вы здесь командуете? — вскочил капитан.

Но я брякнул ему на стол толстую пачку купюр.