Алекс Рауз – Стихия духа (страница 56)
Мятежники тоже не теряли времени. Огненных умельцев среди них больше не было, зато, видимо, затесался земляной. Трава под стеной бугрилась.
Таали прошел мимо дерущихся прямо к ней, не удостоив никого взглядом. В хаосе эмоций он чувствовал злобу и страх каждого. Они питали, придавали сил, поднимали. Но все еще недостаточно высоко.
Он прикрыл глаза, затянул чужие чувства. А потом раскинул руки в стороны и взмыл над глупой эльфийской преградой.
– Хватит, – негромко сказал он, но его голос раздался в ушах у каждого. Эльфы изумленно замерли, подняв глаза. Никто из солхари не владел левитацией.
Стена из деревьев рухнула, растворилась легкой серой дымкой, а в лесу резко потемнело. Наступившие в полдень сумерки украли последние звуки. Теперь были только Таали и его слова.
– Эта война бессмысленна. Из мира людей прибыла девушка, которая побывала на нашей родине… – Он недолго помолчал, давая эльфам осознать эту мысль. – Демоны уничтожили все, бороться больше не за что.
И прежде чем ему успеют возразить, Таали снял ментальный щит с Нэссы. Выцепил спрятанные, самые болезненные воспоминания наемницы. Те, что она никогда не откроет, но они будут подкрадываться по ночам, мучить неясными кошмарами. Бездна, которую не способно выдержать человеческое сознание, не сойдя с ума.
Он открыл их для солхари, транслировал в голову каждого мятежника. Ненадолго, на несколько мгновений, но этого хватило, чтобы они обреченно попадали на колени, схватились за головы. Кто-то закричал, и Таали тут же вернул щит на место.
– Агнесс Саир, благодарю тебя за согласие посетить Тринваир. Твоя память останется в веках, ты остановила нашу войну.
Нэсса, не сводившая с него глаз, презрительно поморщилась. Насмешку в его словах он позволил уловить лишь ей. Но Нэсса промолчала, он чувствовал, что даже она боялась, сколь сильно ни желала бы это скрыть.
Мартин обнял ее за плечи, будто пытаясь спрятать от окружавших эльфов, но прятать было некуда. Мальчишка не знал, что будет дальше, и явно жалел, что привез свою подругу в «безопасное место».
Таали лишь улыбнулся. Ему не было больше дела до них.
– Совет всегда врал вам, – еще жестче продолжил он. – Именно сегодня я окончательно убедился в этом. Мне жаль, что нашим братьям пришлось погибнуть из-за лжи. Эту боль уже не смоешь, но сейчас в моих силах вернуть баланс, восстановить справедливость. Д’аари не…
– Замолчи! – перебил его Мириал. – Ты сам не ведаешь, что натворишь своими словами, мальчишка! Ты убьешь нас всех!
И тут Таали позволил себе расхохотаться. Верховный был таким жалким и слабым. Беспомощный старик в попытке удержать остатки уплывающей власти.
– Мириал, твое лицемерие не знает границ. Как замечательно загребать жар чужими руками! Хочешь уничтожить угрозу? Есть полукровка, мечтающий выслужиться перед Советом. Полукровка с сильным даром, желающий твою красивую дочь. Он ведь во что бы то ни стало привезет в Тринваир человека, запустившего Слияние. А там мало ли что случится в дороге… А если она доберется, есть д’аари, есть соплеменники, до одури ненавидящие людей. Можно положиться на них.
– Я растил из тебя преемника, который будет чтить законы нашего мира…
– Ты растил слугу, Мириал. Послушную марионетку в Совете, полуэльфа, доказывающего широту твоих взглядов, усмиряющего ненависть мятежников своим высоким положением вопреки грязной крови. Ты чувствовал, что твоя власть слабеет, и тогда нашел меня. Если к твоим словам станут глухи, их мог сказать я. А ты вложишь мне их в рот. Продашь за высокое положение и свою дочь. Как давно ты сам все понял? До того, как стал Глядящим? Не поэтому ли ты так высоко взлетел?
– Ты нас погубишь, – уже тише прошептал он. Вся мощь и сила разом покинули его, и Мириал как никогда напоминал обычного старика. Но Таали был неумолим.
– Д’аари не боги! Они лишь духи природы, призванные помогать и служить нам. Они подчиняются воле эльфов, как любая другая стихия.
В доказательство своих слов он вновь повернулся к Мириалу. Вокруг него все еще вихрем плясали д’аари. Чуть быстрее, испуганней.
Под взглядом полукровки они заметались. Д’аари, безусловно, обладали разумом. И пытались сбежать.
Но воля Таали была непреклонна. И они подчинились.
Взмыли вверх, описав широкий круг над мятежниками, и сложились в одно короткое слово над их головами. Имя.
ТААЛИ.
В царящих посреди ясного дня сумерках они окрасились в кроваво-красные цвета и вспыхнули ярче закатного солнца.
Никто не сказал ни слова. Но боль, сквозящая в сознании почти каждого эльфа, была ощутима, делала воздух душным и плотным. Порождала слезы и ненависть.
– Но вместо того чтобы служить поддержкой и опорой, д’аари позволили нам заблуждаться. Позволили Тринваиру быть таким несправедливым. А Верховный Глядящий мастерски играл на этом заблуждении, подчинив себе жрецов. Уничтожая всех, кто мог обладать другой магией, всех, кто мог помешать его безраздельной власти, даже из иного мира. Он решал, как и каким будет Тринваир… И мы все видим, к чему это привело.
– Я желал только блага и процветания нашим землям. Что ты натворил… – прошептал Мириал, и его лицо исказилось от боли. Он едва устоял на ногах. – Хаос поглотит нас всех…
Этот клинок не остановил никто. Кровь пролилась на мраморный пол дворца Совета, Мириал медленно и траурно опустился на землю, убитый своими союзниками. Последняя месть свершилась, и старый мир канул в небытие.
– Вы свободны и сможете сами сделать мир справедливым. Мир, в котором дети не будут умирать от голода в одиночестве только потому, что у них другой разрез глаз или проснулся необычный дар. Мир, где не будет Первого Круга и мятежников, где все равны и получат то, что заслужили. Я смогу дать вам такой мир. Мне не нужно врать, передо мной можно не скрывать подлинные мысли и мотивы. Я пойму и приму вас любыми. Не надо быть лучше ради меня. Разве не таким должен быть истинный, честный бог?
И последние солхари опустились на колени.
В общей неразберихе на Орлиэна больше не обращали внимания. Пусть скованный цепями, лишенный магии… Он мог двигаться, и этого было достаточно.
Он дополз до отца, почти бездыханного после сильного истощения магией. Но сейчас это не важно.
Его мир, его братья были готовы упасть на колени перед этим извергом! Они считали его защитником! И только Орлиэн знал, насколько все заблуждались. Он был в лагере, когда Таали инструктировал мятежников, расписывал каждый их шаг и обещал победу. Он был рядом со стеной, когда Таали призвал эльфов для защиты Совета. Ублюдок с самого начала играл на две стороны!
Этот спектакль был спланирован, выверен до мелочей. И Орлиэн знал, темному эльфу наплевать на мир и справедливость, он хотел лишь власти, и демоны его знают, где он набрался такой силы.
Мириал был прав, Таали уничтожит Тринваир… Но что он мог сделать, один против всех? Его словам не поверят. Его магия пропала. Его боги посрамлены. Он проигрывал, но яростно сопротивлялся.
Впервые страх покинул его. Своя жизнь больше не имела значения, когда на карту поставлено все. И так близко лежали ножи Нэссы.
Нэссы, которую он рискнул взять в этот мир, чтобы предотвратить войну навсегда. Без боли и смерти, остановить мятежников. Прорваться в Совет. Занять место отца и менять старые уклады. Там, в руинах королевского дворца Авелора, он понял многое.
Ножи. Таали так неосмотрительно повернулся спиной. Он не бог, он не бессмертен. А метко целиться Орлиэн умел с детства.
Пусть это будет его последний вздох, но он спасет свой народ от монстра…
Пока Орлиэн полз, Таали успел опуститься на землю. Все эльфы вокруг него все еще стояли на коленях. Цель была легкой.
Тихо свистнув, его нож отправился в полет. Точно в спину, без промаха…
Но встретил совершенно другую преграду.
Когда Таали обернулся на звук, перед ним беззвучно оседал Квентин. На лице жреца застыла счастливая улыбка. Он успел. Он спас друга.
И странное чувство сковало грудь тугим узлом. Таали уже успел забыть, что такое боль. Мука, способная разрушить каменные стены…
Завалы разбирали до самой ночи. Почему обрушился дворец Совета, никто не знал. К счастью, жертв почти не было. Аэрим, чье тело нашли под грудой мрамора, погиб немного раньше, от истощения. Единственный Глядящий, пытавшийся избежать войны… Эльфы сочли это очередным знаком, окончательным разрушением старых устоев.
Они работали вместе, рука об руку, чистокровные и мятежники. Вернее, мятежников больше не было. Остались лишь напуганные, разбитые общим горем многовековой лжи эльфы. Единый народ, которому предстояло выстроить свой мир заново.
И конечно, никто не заметил исчезновения Орлиэна. Высокомерный, презрительный выскочка Древнего Рода не вызывал симпатий даже у «своих». Его терпели за высокое положение, за неприкосновенность, которой больше не существовало.
Вокруг старого дома Таали было пустынно. Эльфы, не участвовавшие в сражении, давно вернулись в город.
Где-то среди них была Данара. Искала его глазами в толпе, ждала, надеялась на последнюю встречу… Но Таали не пришлось отгонять прочь мысли о ней, ведь они и так не задерживались в воспаленном сознании. В голове, которая должна была окончательно лишиться эмоций после сегодняшнего вознесения.
Все шло по плану, пока не вмешался он…