Алекс Орлов – Расплата за кристалл (страница 76)

– К Джонсону.

– Каков характер заявления?

– Ты не имеешь права этого спрашивать! – возмутился Суздалец.

– А ты имел право у меня сотню из кармана вытаскивать, а? – взвился от гнева начкар, нависая над Суздальцем.

– Ну, я же потом сказал, что это я взял… Мне тогда очень нужно было… – жалобно промямлил Суздалец, понимая, что для такой ситуации это лучший образ.

– А я с бабой в ресторане как чмо выглядел, когда офиц счет принес, а я такой в карман, где все было рассчитано, а тут – раз, и сотни не хватает!.. А я же помню, что все было под ключ, как надо, а тут не хватает. Стал потом вспоминать, поднял записи видеокамер в клубе и увидел, как ты ко мне подходил, сука!

– Я, конечно, извиняюсь, но самого факта тяги сотенной на видео все же не было.

– Вот гад, а? Вот ты гад! Когда отдашь сотню, алкаш? Теперь-то уже никогда, ведь тебя не сегодня завтра на комиссию вызовут.

– Да с чего ты взял? – делано изумился Суздалец.

– Все об этом только и говорят.

– Я тебе вот что скажу, Чинчер, меня снова на службу вернут, и с первой получки я тебе отдам твой сотняк, хотя за подставу с девушкой, конечно, извини. Нехорошо получилось.

Начкар немного успокоился, отдышался и сказал:

– Так что за дело у тебя к Джонсону?

– Временное удостоверение продлить нужно, – сказал Суздалец, показывая просроченное, с поблекшими красками и уже без голограммы.

Чинчер взял документ, покрутил в руках и вернул Суздальцу.

Это было совсем другое дело, ведь даже временное удостоверение – это не пустяк, а значит, Суздалец мог и не врать, говоря, что его скоро вернут на службу.

– Ладно, иди даже без сопровождающего, но учти – разит от тебя крепко.

– Это вчерашнее, после службы, – сказал Суздалец, хотя на самом деле принял утром. Ну, чтобы проснуться по-настоящему, а не вообще.

Позже он собирался принять специальную таблетку, чтобы перегар погасила, но забыл. Теперь нужно принять.

Остановившись перед дверью в главное здание, Суздалец достал из кармана коробочку, выудил пару таблеток и забросил в рот. После чего потянул дверь и прошел на площадку контроля.

– О, какие люди к нам! – произнес один из невидимых контролеров.

– Ты зачем сюда явился, на расстрел, что ли, вызвали? – спросил второй.

– Олсен, я тогда не знал, что это твоя жена, честное слово, – повинился Суздалец. Он легко определял по голосам всех операторов контроля, хотя они сидели в кабинках за зеркальными перегородками.

– Какая же ты скотина, – проговорил третий оператор.

– Тони, с твоей машиной вышло случайно, просто она была очень похожа на мою, поэтому…

– Поэтому ты взломал электронный допуск?!

– Тони, я просто решил, что мой ключ забарахлил, поэтому и пошурудил там немного! – начал оправдываться Суздалец.

– Прибить бы тебя, – выдохнул Тони, вынужденно выставляя зеленый свет. За ним зеленый зажгли и трое других операторов.

Створки рубежа открылись, и Суздалец выскочил в досмотровый тоннель, где работали излучающие экраны, просвечивавшие посетителей насквозь. Утверждалось, что в щадящих режимах, но что происходило на самом деле, мало кто знал. Характеристики специальной техники были засекречены.

«Может, я из-за этих лучей и забухал?» – подумал Суздалец, выходя из туннеля. Он внимательно прислушался к своим ощущениям, но никаких новых не обнаружил.

Тяжело вздохнув, он прошел к лифтам, размышляя о том, как много неудобств принес своим коллегам через эту пьянку. И как стыдно потом выслушивать их рассказы о его похождениях.

Лифт открылся, из него вышла симпатичная сотрудница с папками дел, но, увидев Суздальца, шарахнулась в сторону и побежала прочь.

Он оценил ее фигуру. Неужели у них что-то было? Жаль, что он не помнил этого.

Поднявшись на нужный этаж, Суздалец пошел по коридорам, вдыхая знакомый канцелярский запах. Здесь он бывал нечасто, вся служба проходила в основном «в поле», а свой офис у их сектора был на смежной территории, подальше от начальства.

Постучав в дверь кабинета, он прислушался. Никакого ответа. Он постучал сильнее и услышал глухой скрежет.

«Тут он», – подумал Суздалец. Он узнал звук передвигаемых стульев, а значит, начальник ночевал в кабинете из-за очередного аврала.

Наконец замок щелкнул, и дверь открылась.

– Ты? – удивился Джонсон, заправляя в брюки мятую рубашку. Потом растер руками отекшее лицо, пригладил волосы и сипло сказал:

– Ну проходи.

Суздалец вошел и, подождав, когда Джонсон вернется за рабочий стол, взял стул и сел.

– Зашиваетесь? – спросил он, глядя на разложенные на столе стопки отчетов, а также на мигающие экраны полудюжины планшетов, на которые поступали отчеты с мест.

Джонсон не ответил, внимательно читая сообщения с одного из планшетов.

– Эх, ну как же это, а? – произнес он с досадой. Потом быстро напечатал ответ и, поднявшись, направился к холодильнику.

Открыл его, выудил бутылку ярко-желтой колы и, запрокинув голову, принялся пить, возбуждая в сознании Суздальца нездоровые ассоциации.

У него даже спазм в горле случился, от желания вот так выпить, но колы он не хотел.

Джонсон оторвался от бутылки и, взглянув на посетителя, спросил:

– Хочешь?

– Нет, спасибо, – покачал головой тот.

– Чего пришел-то и кто тебя пустил? – поинтересовался Джонсон, возвращаясь за стол.

– Вот с этой штукой меня пропустили. Сказал, что пришел продлить, – пояснил Суздалец и выложил на стол просроченное удостоверение.

– А зачем продлевать? Без удостоверения ты не можешь?

– Могу. Но это меня сильно ограничивает. Вот вчера я потерял драгоценные минуты, пока пытался прорваться в этот самый Лаки Виллидж.

– Да, кстати, чем там дело закончилось?

– Свидетеля пытались похитить. Я обнаружил похитителей и преследовал их, в то время как они гнались за такси, в котором оный и имел место быть.

– Имел место быть… – повторил Джонсон. – Ты опять, что ли, бухой? Хотя сивухой вроде не несет, я бы сразу почувствовал.

– Да чего вы придираетесь к словам, сэр, это просто такой канцелярский сленг.

– Ладно, проехали. Что дальше?

– Если опускать подробности, погоня закончилась в этом пристанище богачей, где отставной, по моим предположениям, спецназовец, положил одной правой четверых негодяев, и их повязали прибывшие копы – братья наши меньшие.

– Все?

Суздалец поймал на себе внимательный взгляд начальника. Рассказывать про бой с бронетранспортером не хотелось, тогда могло всплыть и его героическое участие.

– Нет, не все. Потом была перестрелка на объездной дороге, когда другие участники шайки пытались отбить своих, я так понял. Но полиция там все быстро порешала, и я поехал домой.

– Ну, раз угрозы нашему свидетелю больше нет, продлевать документ я тебе не буду, обойдешься и без него. Все, можешь быть свободен, у меня много работы.

– Ну, как скажете, господин премьер-министр, – произнес Суздалец, поднимаясь.

– Ты еще троллить меня будешь, наглец?

– Троллить не буду, я хочу спросить о результатах проб, которые должны были прийти в лабораторию.