Алекс Орлов – По следу жемчуга. Механик (страница 3)

– Кровь пили? – уточнил Браун подхватывая вслед за кэпом очередной ящик.

– О, если бы! Теперь им этого было мало… Осторожно, тут уплотнение вспучилось – не споткнись…

– Спасибо.

– Так вот, теперь они оставляют только кости и шкуру.

– Ужас какой… Куда ставить?

– А вот сюда бросай… Ага, порядок, пошли обратно.

К тому моменту, когда вся палета была перегружена в небольшой грузовой отсек новенького буксира, Ливингстон узнал о супергнусе все. И то, что насекомые на этой планете сделались обоеполыми, и что плодились в болотной лагуне, куда лучше не соваться. А также то, что они сбивались в стаи тысяч по пятьсот, и сверх определенного числа особей в свою банду не принимали ни одного суперзлодея.

– А все потому, что банду большего размера тут никак не прокормить, вот и получилось у них такое ограничение – чисто эволюционно… – подвел окончательны итог кэп, ставя предпоследний ящик, а последний поставил старлей Браун.

– И кого же они тут едят? – спросил он разминая поясницу.

– Сейчас весна, большая миграция тритонов. Вот на них и охотятся.

– Так тритоны, это же наверное, в воде? – уточнил Браун и Ливингстон снова подавил улыбку, ожидая, как будет выкручиваться этот кэп-выдумщик.

– Так ныряют твари, я не говорил?

– Не говорил.

– Ныряют и даже не боятся кукрыпоксов.

– Кукры…?

– Поксов. Это рыбки такие небольшие. Собираются по весне в стаи и атакуют двустворчатых моллюсков у которых за зиму панцири слабеют. Грызут, практически, даже камень. Но супергнусов не могут. У тех от этой эволюции случились такие изменения, что даже зубы кукрыпоксов не могут прокусить их псевдохитиновый покров. Так что, если стая встретиться на пути, лучше маневрировать, а то не только без краски, но и без антенн с датчиками останешься – у нас тут такое уже случалось.

Капитан посмотрел на Ливингстона и тот, спрятав улыбку, спросил:

– Так что, взлетаем?

– Разумеется, сэр. Поднимайтесь на борт, там у нас отличный гальюн и мейдеры универсальные. Новое поколение – ох, никому не пожелаешь…

4

Каюта для случайных пассажиров оказалась, почти что премиум-класса, но на ее осмотр, Ливингстон с Брауном затратили не больше минуты и бросив свои чемоданы на колесиках, поспешили в капитанскую рубку, куда их кэп Валентайн пригласил, чтобы они могли посмотреть, как будет происходить атмосферный взлет.

Браун согласился сразу, а Ливингстон для виду покривлялся, но и ему было очень интересно посмотреть, как все будет происходить – с зорями, лунными отражениями и всякими прочими гало.

У каждой планеты были свои особенности. И если в предыдущих переходах пассажиры ютились в каютах без окон и с выходом в гальюн через машинное отделение, то здесь радушный хозяин предложил им полную свободу. Да и судно оказалось совершенно новым.

– А нам не нужно будет куда-то пристегиваться? – уточнил Ливингстон с интересом осматриваясь в просторной кабине.

– Тогда вы ничего не увидите из-за моей спины. Так-то можно и из каюты смотреть через монитор. А тут у нас вон какая красота – настоящая панорама, – произнес кэп Валентайн, делая рукой широкий жест указывающий на фальш-окно, имитирующие лобовое остекление, словно на дорогом внедорожнике.

Ливингстон хотел заметить капитану, что это тот же монитор, как и тот на который они могли посмотреть прямо из каюты, однако промолчал, ведь на главной панораме демонстрировалось настоящее трехмерное изображение в динамике, а не обычная плоская картинка.

Полковника раздражало подчеркнутое добродушие этого Валентайна.

Прежние попутчики разговаривали с ними «через губу», а этот – сама любезность. И каюту предоставил хорошую, и судно у него новенькое с огромной силовой установкой.

С такой не требовалось висеть по полтора часа перед освободившимся окном телепорта, чтобы зарядить прыжковые накопители. Кнопочку нажал и сразу – фьюить!

– «Кальвадос», ваш стартовый эшелон подготовлен. Откроется через десять секунд… – прозвучал в громкоговорителе синтетический голос диспетчера.

– Ну, братцы! Держитесь за спинку моего кресла и этого будет достаточно!..

Ливингстон с Брауном переглянулись. Полковнику снова хотелось возразить, но в глазах своего молодого коллеги он увидел такой азарт, такое ожидание увлекательных приключений, что был вынужден улыбнуться, дескать – он тоже весь в предвосхищении.

«Предвосхищение. Слово-то какое неприятное,» – продолжал мысленно комментировать Ливингстон.

Заработали стартовые двигатели и пробежав сотню метров на коротких шасси, буксир оттолкнулся от бетонной полосы и почти вертикально пошел вверх, однако через полкилометра снова полетел по горизонтали, ожидая дальнейших распоряжений диспетчерского пункта.

– Дайте «лево-восток-двадцать четыре»! – потребовал диспетчер и кэп тотчас выполнил указание.

– Теперь «вниз-восток-семьдесят восемь»!

Буксир резко нырнул и «туристы» едва не подлетели к потолку, но хорошо, что крепко держались за спинку кресла.

Браун даже нервно хохотнул, от такого неожиданного приключения, а Ливингстон разом забыл о своем предосудительном отношение к капитану судна.

– Прошу прощение, камрады… Кажется на нас движется облако супергнуса!

– Круто! – воскликнул от восторга Браун и взглянув на старшего лейтенанта Ливингстон удивился тому, насколько его теперешний заместитель выглядел сейчас по-детски.

С искрящимися от восторга глазами и улыбкой от уха до уха.

А ведь это он и глазом не моргнув, буднично выполнял инструкции от Вилли и на «особом острове». И лишь уточнял: сегодня?

– Сегодня, – подтверждал полковник, внимательно следя за изменениями на лице подчиненного, ожидая заметить какие-то гримасы нежелания, признаки неповиновения, но – нет, Браун просто отправлялся к себе, чтобы взять пистолет, а потом ехал на взлетку, откуда стартовал на своей легковесной «стрекозе».

А к концу дня возвращался с трофеями – некоторым количеством мешочков, в которых находились океанские алмазы и крупный коллекционный жемчуг.

Эти подношения Ливингстону были не нужны, системы сбора и доставки с островов приносила ему этого товара значительно больше, однако то, что Браун без утайки предоставлял все, что добыл из тайников «особого острова», заставляла его верить в свой талант руководителя и даже – уважаемого руководителя, в противном случае Браун все это попросту бы присваивал.

Зори, многолуния и многочисленные гало замелькали на полноценной трехмерной панораме, когда кэп Валентайн стал бросать свое судно из сторону в сторону, пытаясь обойти огромное облако супергнуса. Но несмотря на подлинный испуг «туристов», которые в отчаянии хватались за спинку пилотского кресла избежать столкновения с супергнусом все же не удалось.

И зашумели, загрохотали тысячи и тысячи жестких псевдохитиновых корпусов разбиваясь о новенькую, качественно окрашенную броню буксира, оставляя на нем заметные царапины и даже сколы.

– Ах ты ж досада! – воскликнул кэп Валентайн, когда судно наконец выскочило из плотного облака насекомых.

– А в чем досада!? – тотчас уточнил возбужденный приключениями Браун.

– Бабе своей хотел во всем великолепии показаться – на новом судне! Она у меня на Строукле орбитальным диспетчером работает!

– А что теперь мешает?

– Ой, да мы теперь, как решето после боя выглядим! Они нам половину датчиков снесли! Твари! Нам теперь, похоже, на ремонт…

Между тем, после такого приключения, полковник Ливингстон сумел, наконец, начать адекватно воспринимать реальность.

Буксир уже находился в сиреневом облачном слое – совсем рядом с орбитальным космосом и его смешанным вакуумом. Жаль, конечно, что почти незамеченными пронеслись все эти атмосферные красоты. И гало.

Пропущенное спектральное гало было особенно жаль. Зато теперь Ливингстон познакомился со «вторым слоем» своего, казалось бы, давно проверенного подчиненного.

– Позвольте, капитан, но Строукл находится совершенно в другой градуативной пенеакермации, нежели наш маршрут, – заметил полковник не в силах сдержать свою язвительную натуру.

– И чо? – уточнил кэп Валентайн, уставив на пассажира тяжелый взгляд.

– Ничего, просто вспомнил. И пожалуй, мы пойдем в свою каюту, правда, Браун?

– Правда, сэр, – сразу согласился старший лейтенант, поскольку уже давно терпел по легкой нужде.

И они ушли, воспользовавшись тем, что судно теперь двигалось ровно.

5

Пробыв на этом буксире более двух суток пассажиры с удивлением выяснили, что капитан Валентайн не придерживался расписания путевого графика, ведь всякий раз проходя мимо какого-то узлового пункта они с изумлением читали на экране маршрутного приложения новые неизвестные им названия.

– Куда он нас везет, сэр? – спрашивал Браун по два раза на дню и полковник Ливингстон только пожимал плечами. Хотя ему, конечно, следовало пойти в кабину и разобраться с Валентайном. Что за цирк? Они были официальными должностными лицами и их следовало везти согласно указанному в путевых документах маршруту. А он что делал?

Используя свои тяговые возможности, новенький буксир, то и дело бросался в огромные телепорты предназначенные для прохождения скоростных пассажирских лайнеров и военных крейсеров. Потом выпрыгивал неизвестно где и это было недопустимо.

В конце концов, у Ливингстона заканчивался запас одноразовых сорочек и белья.