Алекс Найт – Воительница (страница 35)
– Это поможет от тошноты, – заверила она меня.
– А вдруг там тоже личинки?
– Тебе действительно плохо? – голос Кассиэля прервал наш разговор.
Серафим показался в проходе гостиной. К празднику он облачился в белоснежный доспех легионера, волосы уложил в тугую косу сложного плетения. Красивый гад, когда я наверняка похожа сейчас на лахудру. Жаль, нельзя разбить его лицо.
– Накушалась ваших калитов, – на английском сообщила я, возвращая Риани стакан с неоднозначным содержимым. – Кажется, траванулась.
– Отравилась едой? – Кассиэль говорил на родном языке.
С ним даже комфортно не поболтать, а ведь на Земле я общалась с ним на эдемском.
– Думаешь, я притворяюсь? – скептически заломила бровь. – Делать мне нечего…
– Ты не будешь выступать?
– Выступлю. Я почти в норме, – чуть наморщила нос.
До нормы мне далеко, но бывало и хуже. Наверное, всё же не стоило есть столько незнакомой еды. До этого ведь я осторожничала, кушала только немного овощей и много мяса, особо не экспериментировала.
– Хорошо, – удовлетворённо кивнул он. Похоже, его интересует только выступление. – Риани, не отходи от… моей супруги, – со служанкой он разговаривал иным тоном, более жёстким.
Надо же, я удостоилась мягкого обращения.
– Слушаюсь, господин, – девушка низко склонилась и не поднимала головы, пока серафим не покинул комнату.
– Принеси мне обычной воды, пожалуйста, – взмолилась я. – И зеркало, наверное.
Кассиэль так хочет увидеть мой танец. Как бы эпичнее его разочаровать?
Риани унеслась выполнять мою просьбу с такой скоростью, будто её клюнул в попу клиф.
Картинка вызвала новый приступ тошноты. Похоже, атайя отказывается верить в приближающийся развод. Очень зря, тут надо праздновать.
Вскоре моя личная служанка вернулась. Я напилась прохладной воды, следом решилась взглянуть на себя в зеркало. Как ни удивительно, макияж выстоял, да и причёска не особо растрепалась. Выглядела я вполне свежо, а вот ощущала себя ужасно. Только вернуться к себе или ещё немного поваляться не представлялось возможным, приближалось время презентации танца.
– Ладно, идём, – вздохнула я, когда Риани приблизилась по состоянию к истерике.
Мы рисковали опоздать. Поднявшись с софы, я медленно поплелась на выход. В зал мы вошли как раз, когда завершился один из номеров и начали объявлять мой танец. Танец хозяйки вечера…
– Танец госпожи Натали, – объявили на весь зал.
Мою фигуру выхватил из полутьмы луч света, все взгляды обратились ко мне. А я… снова ощутила рвотные позывы. Но всё же упрямо сделала несколько шагов вперёд. Только организм на этот раз возобладал над силой воли. Прижав ладонь ко рту, я пробормотала: «Мне плохо» и рванула прочь, точнее на поиски унитаза. Он наверняка по мне соскучился.
Риани, само собой, побежала следом за мной. Но, как только я извергла из себя выпитую ранее воду, потребовала отвести меня к лекарю. Девушка была напугана, потому к лазарету чуть ли не бежала. Благо, нужный специалист находился на месте. Добрый дядечка с короткими золотистыми волосами и в свободной алой хламиде внимательно меня осмотрел, провёл какие-то манипуляции с моей кровью, после чего бросился готовить мне какой-то состав.
– Всё так плохо? – поинтересовалась я настороженно.
На самом деле чувствовала себя уже лучше. Потому сидела на высокой кушетке, болтала ногами и с любопытством осматривалась. Полные стеллажи различных трав, баночек с неизвестным содержимым, миниатюрных мешочков вызывали живой интерес и одновременно скепсис. Всё же я дипломированный медик. Мне странно наблюдать выставление диагноза каким-то кристаллом.
– Вы правы, имеет место яд. Но… судя по всему, в малом количестве. Организм уже справился. Только нужно его поддержать, исключить негативные последствия, – пояснил мужчина, возвращаясь ко мне со стаканом, в котором дымилась жидкость неизвестного содержания.
– Надеюсь, вы меня не отравите, – произнесла с подозрением.
– Рисковать местом личного лекаря серафима? – удивился он. – Пейте скорее, госпожа, – попросил он.
Вздохнув, я сделала, как просили. Жидкость оказалась почти безвкусной, но в желудке сразу наступило облегчение. Да и в голове прояснилось. Вот только было непонятно, как провернули отравление. Я взглянула с сомнением на Риани, и та сразу бросилась на колени.
– Это не я, клянусь, – она чуть ли не ударилась лбом об пол. – Вы так добры ко мне. Только благодаря вам моя мать получила помощь. Я верна вам до смерти, госпожа! – и подскочила, бросившись к кинжалу на поясе лекаря, намеренная подтвердить свои слова.
– Прекрати! Я и не думала, – закатила глаза. Девушка сразу прекратила попытки украсть у лекаря оружие. – Но вокруг меня весь день только слуги. На приеме я поела лишь этих дурацких калитов.
– Этот яд мог быть и в косметике, – сообщил лекарь. – Нужно проверить ваши покои, я могу сообщить господину Кассиэлю. А вам следует вернуться к себе и отдохнуть. В сопровождении охраны…
– Я сама себе охрана, – поморщилась, спрыгивая с кушетки. – И чувствую себя отлично. Спасибо…
– Талий, госпожа, – представился он. – Талий Керст.
– Очень приятно. Ещё раз спасибо, но я пойду.
Прежде чем он возразил, я пробежала к выходу из смотровой, хотя та больше походила на лабораторию. Риани рванула за мной.
– Он прав, госпожа, вам нельзя оставаться одной, – запричитала она, семеня следом.
– Хоть ты не начинай. И вообще, когда я тебя слушалась?
– Никогда, – кашлянула она.
– Вот именно. А ты продолжаешь распыляться, – я с улыбкой помотала ладонью возле своего плеча.
Девушка задумчиво замолкла. Я же продолжала идти в сторону своих покоев, а про себя обдумывала случившееся. Вот и объяснение странной реакции желудка. Необычная еда стала просто катализатором, а дело на самом деле было в яде. Кто-то хотел убрать жену серафима. И теперь вставал вопрос, постаралась Теберника или другие недоброжелатели Кассиэля? Ещё дворцовых интриг мне не хватало для полного счастья.
До слуха донеслась задорная мелодия, когда я проходила возле открытого окна. Это заставило остановиться и выглянуть наружу. Ишимы смеялись, танцевали, выпивали, прогуливались вдоль установленных лавок с товарами. В саду царила атмосфера настоящего праздника. Ничего общего с пафосным приёмом во дворце. Идти к себе как-то сразу расхотелось.
– Госпожа, вы куда? – пискнула Риани, когда я запрыгнула на подоконник.
– Прогуляюсь, – я мельком улыбнулась девушке и сиганула вниз.
Лететь было недалеко, всего три метра, но для обычного человека, коим меня сделал брак с Кассиэлем, и они катастрофичны, потому пришлось удержаться рукой за подоконник, оттолкнуться от стены и совершить кувырок. Причёска такого уже не выдержала, драгоценная сетка вылетела вместе с клоком моих волос. Прошипев про себя, я пнула её ногой в соседние кусты и, почёсывая макушку, двинулась в сторону праздника.
Пробежавшись взглядом по лавкам с различными товарами, я обрадованно выдохнула, когда заметила выставленную на продажу карнавальную одежду. Продавщица побледнела при моём появлении. А на предложение обменять моё платье на любое из её лишь ответила сконфуженным кивком. Я запрыгнула в лавку, выбрав одно из платьев: ярко-алое, блестящее, с юбкой-солнцем и длинными свободными рукавами. Имелись в продаже и маски. Одна из них полностью закрыла моё лицо, создавая широкий хохолок из перьев на моей голове. А волосы покрыла тёмно-бордовая вуаль. Все детали необычной для Эдема внешности были тщательно замаскированы, и я отправилась на поиски приключений.
Теперь на меня не оглядывались, можно было слиться с толпой, что я и сделала. Атмосфера общего веселья захлёстывала эмоциями. Кто-то сунул мне в руки фужер с вином. После отравления и резкого очищения кишечника хватило двух глотков, чтобы ощутить лёгкое опьянение. Следом меня утащили танцевать, и я окончательно забылась. Наверное, впервые с моего пробуждения в новом мире. Невзгоды последних месяцев, тоска, разочарование – всё ушло, и я просто танцевала, наслаждаясь моментом. А вскоре в толпу обычных ишимов ворвались профессиональные танцоры. И вот одного из них, весьма симпатичного юношу с алыми волосами, я украла себе. Танцевать с профи было одно удовольствие. Он легко угадывал фигуру заданного движения, подкидывал, поддерживал и… так соблазнительно улыбался, что я вдруг ощутила почти забытое… Интерес внутренней сущности. Суккуб вышел из комы. А я уж подумала, что он погиб.