Алекс Найт – (Не)Желанная жена драконьего военачальника (страница 8)
— Ты долго не выходила, я решил проверить.
— Лучше бы ты решил одеться, — буркнула она, отводя взгляд. — Я сейчас выйду. Дай мне пять минут.
Ну нет, если уйду, она заморозится окончательно и весь оставшийся срок нашего брака будет убивать меня укоряющими взглядами.
— Может, лучше продолжим? — вкрадчиво предложил я, двинувшись к девушке.
— Как-нибудь обойдусь.
— Я про водные процедуры. Хочешь, сделаю тебе приятно?
Она воззрилась на меня в немом изумлении. Щёки начали медленно краснеть. Ну наконец-то.
— Даже не думай, — процедила она, наблюдая, как я переступаю через бортик ванны.
— Ты забываешь, что это моя квартира.
— Тогда я уйду! — она снова подорвалась с места и тут же очутилась в моих объятиях.
Стиснув девушку руками, я откинулся назад, погружаясь в воду. Спина налетела на бортик, Виктория от неожиданности обхватила мою шею руками. Синие глаза широко распахнулись.
— Что ты творишь, Шейн? — качнула она головой, принявшись активно вырываться.
Я удобнее расположил её на коленях и прижал к груди сильнее. Вода вокруг нас забурлила, вновь нагреваясь, в воздух поднялся пар.
— А в чём проблема? Мы вроде женаты. Успели и посмотреть друг на друга и потрогать, даже почти занялись любовью. Почему бы теперь не помыться вместе? — я провёл ладонью по её спине, погружая пальцы во влажные волосы.
— Потому что я не хочу? — предположила она саркастически.
— Или потому что играла прожжённую стерву, а на деле оказалась неопытной девственницей?
Водяные потоки закружились вокруг нас, надавливая на спину девушки и вынуждая её прижаться к моей груди.
— Эй, Виктория, ты и целоваться не умеешь? — я поддел её подбородок пальцем, приподнял голову, заглядывая в пышущие злобой глаза.
— Хочешь научить?
— Пять лет преподавательской карьеры, у меня большой опыт.
— Так вот почему адептки так по тебе вздыхают. Обучаешь их целоваться?
— Только особенных адепток, которые слишком вкусно пахнут.
Большой палец скользнул по розовым губам, чуть приоткрыл их. Вода обжигала. Мне было комфортно, а вот Виктория уже тяжело дышала. Кожа разрумянилась. Судя по количеству исходящей от неё магии, она пыталась перехватить контроль над стихией, но пока безуспешно. Потому сапфировые глаза гневно сверкали.
— В этом твоя проблема, Виктория. Мужчинам, знаешь ли, нравится, когда на них смотрят с желанием или хотя бы с интересом.
— Ты пока не сделал так, чтобы я смотрела на тебя с желанием и интересом.
— Сейчас сделаю… — пообещал и заткнул её губы поцелуем.
Естественно, она не ответила. Но я не торопился, целовал долго и упорно. А водяные жгуты продолжали мять её тело, скользить по ягодицам, между ног, поддевать соски. Пока дыхание Виктории не сделалось тяжёлым и прерывистым и рот, наконец, не распахнулся, впуская мой язык. Аромат драконицы кружил голову не хуже креплёного вина. Злость давно забылась, уступив место инстинктам. Уверен, с ней происходило то же самое. Хотелось лишь скорее взять её, овладеть, сделать своей. Как тогда в кровати… Воспоминания пробежались морозом по внутренностям, заставляя опомниться.
Приподняв девушку, я раздвинул её ноги и вновь посадил на себя. Чуть ближе, и уже ворвался бы в узкое лоно. А так, головка лишь скользнула по горячему входу, срывая с уст девушки вздох. Виктория опомнилась, попыталась отодвинуться, но водяные жгуты вновь толкнули её на меня, позволяя мне вновь наброситься на её рот. Проведя рукой по её бедру, я отыскал большим пальцем набухший клитор. Надавил, погладил. И так несколько раз, заставляя Викторию задыхаться и стонать в мои губы. Твёрдые соски тёрлись о грудь, упругие ягодицы приподнимались и опускались в такт моим движениям. Ногти девушки до боли впивались в мои плечи. Пока вдруг тело её не содрогнулось. Виктория со стоном выгнулась в спине и запрокинула голову, дрожа в экстазе подступившего оргазма.
— Ну как, понравилось? — я притянул Викторию за талию, припал губами к затвердевшему соску, прикусил его.
Мои руки тоже дрожали. Хотелось скорее опустить её на себя, самому дойти до разрядки. Но стоило потянуть девушку вниз, как её тело закаменело, напоминая, что я имею дело с обиженной Викторией Вилдбэрн.
— Неплохо, — ответила она и, схватившись за края ванны, поднялась на ноги.
Такая привлекательная, соблазнительная. Предстала во всей красе, чтобы сообщить, что мой оргазм пройдёт без неё.
— Я устала, пойду спать, — Виктория выбралась из ванны и нервным движением сорвала полотенце с крючка, чтобы тут же в него замотаться.
— Мы бы могли продолжить твою инициацию.
— Мой резерв растёт и без дополнительных толчков. Спокойной ночи, Грант, — так и не взглянув на меня, она покинула комнату.
Стерва… Догнать, что ли, и снова отшлёпать?
Откинув голову на бортик ванной, я прикрыл глаза. Ну ладно, сама напросилась. Я ей устрою чувственный экскурс во взрослую жизнь. Такой, что она сама на меня набросится.
Глава 10
Утром мы благополучно проспали, причём оба. Кажется, даже подорвались с кроватей одновременно и чуть не столкнулись лбами в коридоре на пути к ванной. Виктория предстала с заплетёнными в косу волосами и в максимально закрытой белой шёлковой пижаме. Под глазами пролегли следы утомления, похоже, несмотря на усталость, о которой она постоянно повторяла, заснула поздно.
— Ну как, жива? — усмехнулся я. — Или ещё не пришла в себя?
— Жива, — тихо ответила она.
— И судя по стонам, тебе вчера понравилось. Не такая ты и замороженная.
— Мне приходится быть замороженной, потому что с тобой иначе не выходит, — вздохнула она как-то устало.
— Ты сама ко мне цеплялась, — возразил я. — Считала, что я обязан тебя защищать.
Итан вступил в прямое противостояние с Советом, загремел в тюрьму, а потом сбежал. Виктория же осталась в столице. А так как действия Совета не совсем правомерны и потому никак не могут отразиться на ней, она захотела это ярко продемонстрировать возвращением на учёбу в академию. И всё бы ничего, но она решила, раз я выполнил просьбу Итана по защите Джослин, то теперь его союзник и обязан помогать ей. Она обращалась ко мне с поводом и без. И в итоге прибежала по мои руку и сердце, когда Генри решил женить на ней своего сынка.
— Потому что ты действительно защищал нас с Джослин, — возразила она сердито. — Либо просто Джослин… Без разницы. Сам виноват, — фыркнула, возвращая себе роль ледяной королевы.
— Ты там что-то себе надумала, а я виноват?
— Именно. С девушками та-ак сложно, — внезапно хихикнула она, и в груди от этого звука странно-болезненно потянуло. Когда в последний раз я видел её улыбку или слышал смех? Не помню. — Я первая в душ, если ты не против.
— Может, пойдём вместе? — приподнял я брови, стараясь избавиться от непонятного чувства тоски.
Виктория сделала неловкий шаг назад, увеличивая расстояние между нами, и даже попыталась прикрыть грудь, хотя застёгнутая под горло рубашка и так скрывала все изгибы её соблазнительной фигуры.
— Не принимай на свой счёт то, что произошло. Это лишь инстинкты и желание хоть как-то заглушить расстройство от первого раза.
— Долго придумывала объяснение своему оргазму? — я протянул руку к её лицу, обвёл кончиком пальца линию тёмного следа усталости под правым глазом.
Она отпрянула, смерив меня хмурым взглядом.
— Это неважно. Что случилось, то случилось, — Виктория отвернулась и скользнула в ванную.
Я не стал следовать за ней. Но только потому, что мы действительно могли опоздать. Увидимся позже. Вызову её к себе. Я же её преподаватель.
Сборы прошли быстро. Всё же Виктория была будущей военной, так что была готова даже раньше меня, учитывая, что мне пришлось уступить ей ванную.
— Выходные проведёшь со мной, — сообщил я, когда мы покинули квартиру.
Виктория снова вошла в образ безупречной представительницы древнего драконьего рода. Собранная, серьёзная и ледяная. Того и гляди отморозишь пальцы, если попытаешься прикоснуться. Но пахла она мной, это почует каждый. И мне это нравится, хотя жёнушке в этом лучше не признаваться.
— Пожалуй, откажусь. Я бы хотела сократить общение.
— Нужно встретиться с моим отцом. Мы должны сообщить ему о нас.
— Он нормально воспримет? — в голосе девушки мелькнула тревога. — То есть… он достаточно восстановился, чтобы не возникло проблем со здоровьем?
— Да. Ему намного лучше. Мне приятно, что тебе не всё равно.
— Близких надо беречь, — вздохнула она, а синие глаза на миг потускнели.
— Да, — я тоже вздохнул.