Алекс Найт – Фальшивый брак. Невольная жена императора (страница 80)

Анэйс кивнула и зашла за спину матери, чтобы приняться развязывать шнуровку её одеяния. Жаклис пододвинула мне стул к алтарю и направилась к полке с книгами. Немного подумав, я воспользовалась приглашением и села. Сигаль протянула мне тонкую пластину, ключ от блокиратора.

— Можешь снять. В одном из видений ты напала на меня, когда я решила разлучить тебя с мужем. Пришлось ограничить тебя.

Я совершенно растерялась, но всё равно спешно избавилась от наручника. Силы вернулись в тело, стало легче дышать.

— Ты не права, я знаю, что такое семья, но заставила себя забыть, — заговорила она, обнажая плечо.

Из-под рукава выскользнула окровавленная тряпица. На дряхлой коже пылал кровоточащий ожог в виде сигмы.

— Что это? — насторожилась я.

— Тюрьма, — пояснила она. — Я стала тюрьмой для врага, — и развернулась к чаше.

Она подняла руки, и водная гладь покрылась рябью, формируя пугающие образы чёрной земли, погибших лесов, населённых жуткими тварями, порождениями мглы. Следом мне показали города из тёмного камня, с живущими в них странными существами, тела которых будто сотканы из тумана.

— Что это такое? — поражённо уточнила я.

— Это видение пришло мне в день моей инициации, — устало вздохнула Сигаль. — Миссией моей жизни стало предотвращение гибели нашего мира. Но чтобы исполнить её, мне пришлось забыть о сострадании и любви. Дочь меня боится, внучки ненавидят, внук уничтожает ведьм, правнука я даже не смогла увидеть. Но наш род продолжается, мир готов к войне. Всё не зря... — прохрипела с тоской.

— Я ничего не понимаю, — покачала головой в замешательстве, только душу отчего-то сжало тисками от горечи её слов.

— А что тут понимать? Наш мир должен был погибнуть под гнётом иномирного захватчика. О беде стало известно лишь мне, юной ведьме, хоть и сильнейшей. Я знала, что нас ждёт, а ещё знала, что предупреждение никто не услышит вначале, а потом ведьм истребят, чтобы мы не мешали. Я знала многое, мне были открыты судьбы всех стран. Ритуал за ритуалом, множество лет в попытках сформировать путь. И когда я увидела его, пошла по нему без раздумий. Отринув сострадание. Я стала подобной нашим врагам, но не жалею о своём выборе. Иначе бы мы не пришли к тому, где мы сейчас. И не обрели защиту от врагов.

Она развернулась ко мне в кресле. Обнажённую спину покрывали такие же кровоточащие ожоги сигм. А в центре темнела рана, будто гнилая, сочащаяся сукровицей.

— Это мгла. В моём теле живёт асатру. Но он заперт. Я впустила его, чтобы усилить себя, увидеть больше, чем способна ведьма, познать планы врагов, и создать защиту.

Значит, в её теле иномирный подселенец?!

— Как видишь, мгла скоро заберёт мою жизнь. Мне осталось немного, считанные часы. Потому ты здесь, Валери. Ты должна продолжить моё дело, — она вновь развернулась ко мне.

— Что вы имеете в виду? Тоже отравить себя или… Вы говорите пространно, лишь намёками, объясните по существу.

— Когда мне пришло видение, я увидела и возможные пути будущего. Тебе же известно, как работает наш дар. И все они были ужасны, все вели к гибели, лишь один путь должен был нас спасти. Но это был путь войны, изоляции, путь страданий для тех, кто рождён с уникальным даром воздействовать на пространство. Ты знаешь историю дочерей императора Кириуса, своего мужа, сложно было и внучкам короля Альвиана…

— Внучкам? У него одна внучка.

— Две. Одна с таким же активным даром, как у твоей сестры. Она скоро вернётся в семью. Но я этого не застану. Зато ты сможешь предупредить о её появлении короля Тироса. Два мага, две ведьмы и одна гладио с портальным даром закроют Разлом. Ты должна собрать остальных. Я не успею, — она протянула руки, чтобы принять у Жаклис толстую древнюю на вид книгу. — Это гримуар нашего рода, его начала вести ещё Валери Сигмарская. Там всё записано. Я отдаю его тебе.

— Гримуар нашей прародительницы? — я забрала книгу, но не потому что хотела, просто руки Сигаль задрожали от слабости, и мне пришлось ловить хрупкий на вид талмуд. — Не дочери, не Виолет, мне?

— Ты переняла мой дар, его же ты передашь обеим дочерям вместе с этой книгой, — устало улыбнулась она. — Это бремя. Я знаю, как оно тяжело. Потому постаралась нести его как можно дольше.

Стерев слёзы с глаз, Анэйс принялась снова заботливо зашнуровывать платье на спине матери.

— Мой личный гримуар передашь сестре. Жаклис отдаст его. Позже. Жаль, что я не могу сделать это лично, но… видение было ясным. В портал должен был войти твой муж. Чтобы защитить наш народ.

— Всё равно не понимаю. Почему вы держали это в секрете? — я в замешательстве провела ладонью по обложке книги, на которой было написано имя моего ведьмовского рода.

— Ты знаешь особенности нашего дара. Чтобы не изменить ход событий, — она поднялась с кресла.

Сделала несколько неловких шагов в сторону выхода, но потом встряхнулась и выпрямила спину, глядя ровно, непоколебимо.

— Настало время ритуала, — произнесла твёрдо и покинула комнату.

Анэйс присела передо мной на колени, мимолётно сжала мою руку и вновь поднялась, чтобы устремиться за матерью.

— Книгу не урони, — буркнула Жаклис, следуя за ними.

Вот теперь я её узнавала…

Мой взгляд натолкнулся на картину на стене. Бабушка и мама сидят в креслах, мы с Виолет стоим за их спинами вместе с похожим на нас мужчиной, наверное, нашим братом, у ног сидят дети, много детей. Два мальчика разного возраста и две девочки-близняшки, все с рогами, наши с Домиником дети, только Максу здесь уже лет четырнадцать. Рядом два близнеца мальчика помладше, и одна девочка. Семья, несколько поколений. Фальшивка. То, чего не случилось. Бабушка выбрала мир, пожертвовав родными.

Прижав к груди гримуар, я покинула комнату. Мы спустились на первый этаж и вышли на улицу. Перед трибуной собралась будто вся деревня. Ведьмы, их шевалье, беженцы.

— Валери, — из дома вывели и Доминика с Ланцелотом.

Я сразу прижалась к мужу. Судорожно вдохнула его аромат. Он в порядке, мы вместе.

— Что происходит? — спросил он с тревогой, обнимая меня за плечи.

— Не знаю. Но бабушка, судя по всему, не мировое зло.

— Сёстры мои, — Валери выступила на трибуну. — Мы долго ждали. И сегодня я готова объявить начало нашего исхода.

Женщины громко зашептались, кто-то даже вскрикнул от неожиданности. Мы с Домиником по-прежнему ничего не понимали.

— Сегодня наш лес лишится своей силы и перестанет быть нашим домом. Теперь вы свободны выбрать себе новый. Я передала вам свои знания, вы должны нести их миру, чтобы защитить его от общего врага. А наши союзники помогут вам в этом. Сегодня в наш лес придёт объединённая армия Кириуса, Тринаты и Альвиана. Они не враги, но видят врагов в нас. Вы должны разубедить их, снять защиту, принять их как добрых гостей. И каждая из вас должна выбрать, с кем из союзников уйти. Они вас примут. Моя внучка, моя преемница, новая глава ковена позаботится об этом, — она развернулась, указывая на меня. — А её муж и шевалье император Доминик Грамон защитит вас.

— Она мне не врала… — прошептала я ошеломлённо.

Ещё могла убедить себя в том, что в гостиной наблюдала спланированный спектакль, но бабушка перед лицом всего ковена отдавала власть мне.

— На этом моя миссия завершена. Сегодня я отдам жизнь за вас, чтобы передать свои знания внучке, — она вытянула руку и в ней сформировалось стило. Оно тоже принимало форму кинжала. — Прощайте, сёстры. Счастливого вам пути.

Бабушка развернулась ко мне. Ловкие движения рук рисовали сложные сигмы.

— Прощай, Валери, — она занесла кинжал над собой, и только тогда стало ясным, что она собралась делать.

— Нет! — я рванула было к ней, но не успела.

Кинжал вонзился в грудь по самую рукоять. Из раны хлынула кровь и чёрная дымка. Сигмы вспыхнули, окружая тело оседающей Валери Сигаль в защитный купол. Последняя из сигм коснулась моего лба. Меня накрыло чередой невероятных видений. Мне предстали смерть и увядание нашего мира. Разлом должен был раскрыться в полную мощь, когда силы защитников иссякнут. Но Валери увидела иной путь. Она пошла на связь с асатру, изобразила желание сотрудничать и впустила одного из них в себя, чтобы получить силу и узнать больше о врагах. И тогда она увидела финал, но путь к нему был заковырист, сложен и опасен.

Она отказалась от любимого и отыскала мужчину со спящим портальным даром. От него она зачала дочь. Девочка стала активной портальщицей. Валери убедила Абсолона, что на пути мира в стране он должен жениться на ведьме, и её дочь лучшая партия. Но даже Анэйс потеряла веру в мать, и пошла против её планов, попыталась сбежать от своей судьбы. Валери пришлось остановить её и обречь на жизнь в заточении. Абсолон намеревался освободиться от жены, казнить, потому была разыграна её смерть. Дочь вернулась к матери и раскаялась в своей слабости, но теперь она потеряла связь с детьми.

Сына Абсолон растил в ненависти к ведьмам, а дочь держал под строгим надзором. Тогда Жаклис отказалась от своих сил и сумела попасть во дворец, стала доверенным лицом короля и смогла получить должность гувернантки будущей ведьмы и портальщицы. Однако они не рисковали сообщать Виолет всего, боясь выдать себя Абсолону, потому её воспитывали как средство достижения целей, а не как союзницу. Она должна была вернуть сестру домой, а для этого королю нашептали план по завоеванию Тринаты.